Поиск
Перевод А. Наумова
ПОБЕЛЕЛИ ВОЛОСЫ ТВОИ
Жене моей, Мухаррам
Побелели волосы твои,
выцвели, как синева в зените.
Как их под косынкой ни таи —
стали хлопком смоляные нити.
Так привычна эта седина,
но всмотрюсь — и странно мне немного:
неужели вправду так длинна
верности
высокая дорога?
Побелели волосы твои…
Отчего ж мне помнятся так ясно
эти ночи, розы, соловьи —
юности нетронутые яства?
Знаю я, что больше не вернуть
той весны в урюковом угаре.
Но неужто впрямь мы отшагали
нам с тобой определенный путь?
В зеркала зрачков моих смотри —
отражением тебя утешу:
в этом мире
мы с тобой — всё те же,
хоть и белы волосы твои..
Перевод А. Наумова
ТВОЙ ГОЛОС — ЭХО НАШИХ ДНЕЙ
Нашей чудесной поэтессе Зульфии в день ее пятидесятилетия
В объятиях родных небес да будет вечен твой полет.
Твой голос — эхо наших дней, пусть он звучать не устает.
То вторя отзвукам веков, то трепету живы сердец,
звенит твой многострунный саз, как будто жизнь сама поет.
Вслед за Мехри и Надирой, Зебинисо и Увайси
ты новым факелом зажглась — и к новой жизни он зовет.
Когда на радость людям ты с утра берешься за перо,
сиянью светлого ума дивится солнечный восход.
На крыльях радостных надежд в грядущий мир устремлена,
летит к Плеядам песнь твоя и с неба звезды достает.
В твоих твореньях — пенье струн, свет, озаряющий сердца,
твой тонкий ювелирный труд пленительней из года в год.
Как зеркало твоя душа, в ней отразился весь Восток,
за щедрый, солнечный талант благодарит тебя народ!
Перевод С. Северцева
МЕТАНИЕ ЯБЛОКА
(Песня хорезмских девушек)
Мои косы волнисты, как волны Аму,
а зрачки от волнения зыбче волны.
Эй, джигит! Еще яблока я никому
не бросала по правилам старины.
Прямо к сердцу хорезмской девчонки стартер
подключи, комбайнер! Это сердце — огонь.
А язык у хорезмской девчонки остер.
Что, не веришь мне, Джуманияз? Ну-ка, тронь!
Там, где хлопок, нельзя хлопотать без души,
а в твоей нынче столько любви и добра…
Матназар, так кого же ты выбрал, скажи,
черноглазый, с бровями — как шерсть у бобра…
Если это — красивая Мамашариф,
не тревожься, по девушкам взглядом скользя.
Вас и в песне и в наших сердцах поженив,
завтра будем женить и взаправду, друзья!
Когда кончено дело, приходит пора
спелых яблок, цветов и счастливой любви.
Пусть метание яблок всего лишь игра,
я тебе его брошу не в шутку. Лови!
Перевод Р. Казаковой
РОДИНЕ
О Родина, земля, Отчизна золотая,
ищу тебе слова,
руду свою дробя…
В залитый солнцем мир мечтою залетая,
я с детства
матерью
именовал тебя.
Я знал, что от тебя — тепло души и тела,
и воздух в легких весь,
и сила слов и мышц;
и если пелось мне — то это ты мне пела,
а если я лечу —
ты мой полет стремишь!
И спетой песни звук, воды испитой сладость
останутся в душе,
навек в нее запав;
и, силу мне даря,
ты не простишь мне слабость,
коль растранжирю зря
бесценных дней запас!..
И шли года мои.
А их немало было!
И май надежд моих
сменил июль забот.
Снял урожай сентябрь.
И поздний час пробило.
Дохнуло январем: итог подводит год.
Мать-родина, но ты ведь
тоже стала старше!
И радость и беда
в прошедшем стали в ряд…
А я гляжу вокруг — и вижу: ты всё та же!
Да что я говорю — моложе во сто крат!
Сверкают юностью электростанций очи,
и гребень из лучей —
над чащею лесной.
И желтизну пустынь,
и пятна почвы тощей
смываешь ты с лица хлопковой белизной!..
О мать моя земля, Отчизна золотая,
твой самый малый вздох
я мыслью стерегу.
И в давние года мечтою залетаю…
Но «мама» говорить неловко старику!
И я горжусь тобой!
Так дочерью гордишься,
что превзошла отца блистательной судьбой.
О Родина, ты впрямь мне в дочери годишься,
и разве старику
угнаться за тобой?
Но слышу я в ответ:
«Тебе ль в тиши усесться,
Гафур,
и ждать, чтоб век
твой садик посетил?
Покуда реки жил в твое впадают сердце,
пусть тают на висках
снега твоих седин!»
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: