-Что ты, как ты можешь теперь быть один, когда почти счастлив и почти женат на акуле бизнеса?!

Стеблев еще смеялся, а вот Громову было не до смеха. Они вышли из здания и разошлись в разные стороны. Павел знал, что не поедет домой, он не стал возвращаться туда, где завтра его будет ждать, ненужная ему жена. Долго колесил по городу. От невесты было десять пропущенных, чтобы «дорогая» не надоедала, предупредил, отправив смс со скудным «отмечаю победу, сегодня не жди». Заехал в бар, хотел напиться до беспамятства, а вместо водки заказал черный кофе. Время бежало вперед, приближая ночь. Пальцы подрагивали и все вокруг, казалось только и ждет, когда наступит вечер. А за ним ночь. К десяти часам Громов не выдержал и рванул в до боли в груди знакомый двор.

Она была там. Тонкие пальчики сжимали сигарету, а та дрожала, вспыхивая ярким огоньком и освещая бледное, измученное ожиданием лицо.

Павел вышел из машины и почти побежал. Остановился,резко присел на корточки, отобрал и выкинул из ее рук отраву, вцепился в коленки и потянул на себя, чтобы обнять, прижаться губами к впадинке на шее и почувствовать, как ее руки еще ближе прижимают к себе его голову.

-Поехали со мной.

Ночь, оживленная трасса и двое влюбленных, в предвкушении продолжения долгожданной встречи. Это была его квартира. Громов давно думал продать ее, но держал так, на всякий случай. Тысячу раз задерживался допоздна на работе и ехал сюда, чтобы не тащиться за город. Здесь он ночевал недавно, два дня назад, когда, стыдно признаться, прятался от назойливой, но тогда еще так ему нужной алчной женщины. Завтра он станет ее мужем, конечно ненадолго, но и это время будет тянуться невыносимо долго, если вдали от любимой.

Ключи упали на стол в прихожей, не снимая обуви, он потянул девушку за собой в спальню. Не разрывая объятий шел вслепую. Знал, стоит открыть глаза и он не сможет спрятать свою боль. Снимал ее невзрачную кофту, когда думал, какой эгоистичный поступок совершает. Стаскивал через голову свою рубашку, всего на миг, глядя в ее ничего не видящие зацелованные им бархатные карие глаза. Приказывал совести заткнуться и оставить в покое, в тот момент, когда прижимал девичье тело к стене и обрушивался поцелуями.

Целовал. Целовал. Целовал. Всю, не оставляя ни одного места на теле девушки, чье появление в его жизнь принесло так много радости и сожалений. Целовал, когда они упали на широкую кровать, отдаваясь с искренним безумием и любовью.

Мужчина скрипнул зубами, разжал свои пальцы на тонких запястьях, завтра здесь останутся следы. Вновь поцелуями постарался загладить свою вину. Шея девушки в нескольких покраснела от дневной щетины. Он и эти места покрывал поцелуями. Грудь. На ней он не стал сдерживаться и намеренно оставил свои метки на белом теле. Нужно влажными поцелуями их приласкать, убедиться – они настоящие.

Плоский живот вздрагивает от легкой щекотки, когда он проводит цепочку воздушных поцелуев вниз, чтобы и на внутренней стороне бедра горячими губами уменьшить тупую боль от мелких синяков.

Ноги. Эти стройные ножки так крепко сжимали его, что он боялся сойти с ума. От счастья. От той не ведомой им ранее эйфории, когда держишь в руках единственную женщину, с которой не расстанешься никогда. Громов влюбился. Скудные объяснения его поведению и тоске по Алисе не привели ни к чему. Он лишь очередной раз удивился своему слабоумию, когда понял простую истину и принял ее, больше не собираясь отпираться.

-Я люблю тебя.

Слова слетели с его губ в темноте ночи и эхом отозвались в ответ.

-Я люблю тебя.

Сжимая крепче нежное тело, Громов расслабился. Вот, значит, какая она, любовь? Они были счастливы.

Утро встретило дождем. Алиса подняла голову с подушки и посмотрела на Павла.

-Люблю…

Почти неслышно прошептала и зарылась в подушку, боясь сглазить.

-Доброе утро, принцесса.

Громов прижался поцелуем к ее плечу и провел носом до подбородка. Он с внимательно всматривался в ставшее родным лицо и сегодня, Алиса казалась более юной и ранимой. Ему было жаль, что они не смогут встречаться как все нормальные пары, но он был уверен, что у них получится сохранить эти отношения. Всего немного потерпеть и он будет свободен, только потерпеть.

-Добро утро, мой рыцарь.

Алиса указательным пальцем убрала непослушную прядь с его лба, но та и не думала оставаться на месте. Стоило девушке опустить руку, как волосы упали на место, прикрывая Павлу правый глаз и делая похожим на хулигана. Девушка рассмеялась над тщетной попыткой Громова смахнуть волосы.

-Ты в порядке?

-Да.

-Алиса, ты должна была сказать, что…

-Чш… Хочу в душ и твой кофе.

Павел прикрыл глаза и поочередно поцеловал ее пальчики, обещая себе сделать все возможное, чтобы Алиса была счастлива рядом с ним.

-Сейчас.

Он быстро поднялся с кровати и наклонился, взял на руки свою девушку и отнес в ванную. А кофе, оно подождет.

7.

Алиса вернулась домой только к часу дня. Отцу утром отправила сообщение с извинениями, сказала, что ночует у подружки, так получилось. Утром еще раз позвонила и просила не терять.

-Алиса, я знаю, что сегодня ты стала совершеннолетней, но…просто постарайся вернуться домой пораньше, я пеку праздничный торт.

-Спасибо, папа. Я скоро буду.

-С днем рождения, дочка.

-И тебя с рождением дочери.

-Твой подарок ждет в комнате, торопись.

-Хорошо.

Не нужно подарков, самым дорогим и важным в ее жизни был Павел.

В то время, как Алиса говорила с отцом, Громов был в другой комнате и пытался дозвониться до родителей. Мать ответила только после шестого гудка.

-Привет, мам.

-Здравствуй, сынок. Как ты?

-Отлично. Как отец?

-Лучше. На работе оформил больничный, сидит дома.

-Мам, я знаю, что ты не любишь об этом говорить, но, может ему не надо больше работать?

Пауза на линии была слишком долгой. Неужели обдумает? Павел затаил дыхание в ожидание ответа, только и в этот раз  ничего не изменилось.

-Нет, Паша, он не бросит свою работу. Что он будет делать дома, сидеть и переживать, как там его ребята? Справляются ли? Нет, он не согласится.

Сына расстроило упрямство отца.

-Мам, а как ему с таким давлением работать? Он и здоровье свое подпортил только из-за своих ребят. Я знаю, сколько сил и нервов нужно потратить обучая новичков, какая это ответственность следить за ними, они только на бумажке числятся специалистами.

-Знаешь? Ну, тогда и ты должен как ни кто другой понимать отца.

Женщина вздохнула и сменила тему.

-Что у тебя нового?

Громов посмотрел в дверной проем, убедился, что Алисы нет и тихо поделился своей тайной.

-Мам, я скоро женюсь.

Морщась и смущаясь, двадцатидевятилетний мужчина сполз по стене. Не было в его словах ни капли лжи, и женитьбу он имел в виду на Алисе, а не на той, другой. Про сегодняшнюю свадьбу Павел никому не собирался сообщать. Зачем? Это фарс, бизнес.

-П…поздравляю. Какая она, твоя избранница?

Голос матери стал теплым, доверительным и ему так хотелось с ней поговорить с глазу на глаз, что он стал продумывать поездку к родным.

-Самая лучшая. Мам, я люблю ее. По-настоящему люблю, больше всех.

-Я рада за тебя, сыночек. Приезжайте к нам, познакомимся. Паш, отец будет очень счастлив.

-Спасибо.

Алиса позвала его и приближалась к комнате, Павел вскочил на ноги, вышел на встречу, на ходу заканчивая разговор.

-Алис, ты знаешь, мы с тобой похожи на подростков, которые отчитываются перед своими родителями.

-Ты и подросток? Хотя-я, без твоего строгого костюма и с этой лихой челкой, вполне сойдешь за студента.

Громов рассмеялся и обнял ее, прерывая все дальнейшие рассуждения по поводу их поведения, возраста и статуса. Ему было безумно жаль, что придется расставаться, но это лишь на время. Завтра же он что-нибудь придумает и они встретятся. А с той, другой его связывает брачный контракт и договор, пусть она больше не рассчитывает на совместную койку.