«Если постоянно всех подозревать, то с ума можно сойти», - решила девушка.

День был хлопотный, поэтому сразу после ужина княгиня вернулась в свои покои, с удовольствием избавилась от всех украшений, включая гребень, и распустила волосы.

Деяна так туго стягивала их, что к вечеру у Светы начинала болеть голова. С этим тоже надо было что-то делать, ходить всю жизнь с головной болью желания не было.

Светлана отпустила служанок, впрочем, их комнаты располагались здесь же, поэтому если бы они понадобились княгине, ей стоило их только позвать.  Двух из четырех фрейлин, которые собрались дежурить у нее в приемной, она тоже отправила отдыхать.

- Вы только с дороги и устали не меньше моего, - сказала она девушкам. – Ничего страшного, если к своим обязанностям вы приступите с завтрашнего дня.

Наконец, она осталась одна, можно было расслабиться и побыть самой собой.

Светлана, перебирая и лохматя распущенные пряди, вошла в спальню, покосилась на смежную дверь, но из-за нее ни звука не доносилось, видимо, князь опять завис с неотложными делами.

Что ж, она и одна хорошо отдохнет!

Кровать, застеленная легким одеялом, манила свежестью белья, взбитыми подушками и обещанием комфорта. Света не удержалась, воровато оглянувшись на дверь – не увидит ли кто? – залезла на ложе, оценила его мягкость и попробовала немного попрыгать. Увы, пружинных матрасов здесь не знали, и тюфяки набивали чем-то просто мягким – пухом, например. На нем не попрыгаешь. Вернее, попрыгаешь, но без того удовольствия, которое дарят пружины.

Вздохнув, девушка отогнула одеяло и скользнула внутрь, блаженно вытягивая ноги, поправила подушку и ойкнула, что-то задев. Стремительно вскочила, отбросив и одеяло и подушку, и пораженно уставилась на  косточки, похоже, куриные.

Сон как рукой сняло.

Ну, и как это понимать? Кто входил в ее спальню, куда охрана смотрела?

Первый порыв был – звать охранников, служанок и поднимать всех на уши, но потом, поразмыслив, девушка решила не доставлять вредителю удовольствия.

В конце концов, она магичка или где? Да, не умеет, да, не училась, но попробовать-то можно?

Не прикасаясь к косточкам, Света внимательно их осмотрела – обычные, уже  подсохшие – не сегодня обглоданные или полежали где-то на солнышке-ветерке.

Интересно, кто и, главное, как их сюда принес? Телохранители постоянно дежурят у ее покоев, это значит, что внес кто-то из ее прислуги или фрейлин?

Или – Светлана посмотрела на смежную дверь – внести могли и через спальню мужа.

А если она попробует представить, кто это мог быть?

Княгиня села прямо на пол, благо, там был толстый ковер, облокотилась о кровать и закрыла глаза.

Косточки. Лежат, одинокие. Они хотят к человеку, который их принес. Нет! Это тот, кто их принес, очень хочет забрать косточки назад! Очень, очень! Прямо, не может ни сидеть, ни лежать, у него горят руки, чешется все тело.  Терпеть невозможно. Человек торопится, он хочет забрать свой подклад, как можно быстрее. Да, да, он идет, он уже близко, скоро он заберет косточки!

Светлане показалось, что она услышала какой-то звук.

Открыла глаза – точно, звук идет из-за двери в купальню. Пригнувшись, чтобы ее было не видно, княгиня смотрела, как тихо открывается дверь и входит… Сигур!

Мальчик воровато оглянулся, подошел к кровати, схватил косточки и громко закричал, когда Светлана перехватила его руку и сжала, не позволяя ни вырваться, ни разжать пальцы и выкинуть кости.

Что тут поднялось!!!

Сбежалось, наверное, пол дворца, включая Рагнара и родственников.

Сигур, поняв, что убежать не получится, вырываться перестал, но ревел так, что Света  опасалась потопа.

- Алана, что случилось? Сигур, что ты тут делаешь? Отпусти его, зачем держишь? – Рагнар растолкал зрителей и протиснулся в спальню. – Все – вон!

Зрителей, как корова языком слизнула.

- Посмотри, что у него в руке, - спокойно ответила Светлана. – Я держу, чтобы он не успел выкинуть.

Князь нагнулся и высвободил кости.

- Сигур? – обратился он к мальчику. – Зачем ты принес княгине кости? И, - повысил голос, – каким образом мальчик попал в спальню? Кто стоял на дверях?

- Он не через двери вошел, - ответила Светлана, накидывая на голову покрывало - вовремя вспомнила, что стоит тут простоволосая, хорошо еще, муж не отреагировал.

- Вернее, через дверь, но не ту, - кивок в сторону прихожей, - а вот через эту. – Пальцем на дверь купальни.

- Через потайной ход, - понимающе кивнул князь и снова обратился к плачущему мальчику. – Зачем ты пришел в спальню княгини, Сигур? И зачем принес кости?

Ребенок исподлобья взглянул на Рагнара и промолчал.

- Сигур, молчать не выход, - мягко заметил князь. -  Княгиня Алана – твоя госпожа, ты обязан защищать ее и чтить. Объясни, зачем ты пришел к ней ночью и принес кости?

- Я не хочу ее чтить! – выдохнул мальчик и покосился на девушку. – Зачем ты ее привез, разве нам было плохо? Зачем тебе жена? Пусть она уезжает!

Рагнар сжал кулаки, но ответил спокойно:

- Сигур, смотри – у твоего папы есть мама. И еще у него есть вы, его сыновья. Я тоже хочу, чтобы у меня была жена, как твоя мама у твоего папы. И чтобы у нас родились сыновья. Хочу  семью, понимаешь?

- Разве тебе недостаточно нас? – возмутился Сигур. – Мы – твоя семья, а Критен – твой наследник. Зачем нам чужачка?

- Княгиня – моя жена, - повторил Рагнар. – Как твоя мама – жена твоего папы. Я люблю и тебя и Критена, но хочу и своих детей иметь, понимаешь? Когда они родятся, я не стану любить тебя меньше, поверь!

- Станешь! – выкрикнул ребенок. – Ты выгонишь нас из дома, Критен не будет наследником, а я – его советником! Она – чужая! Она  колдунья и напоила тебя зельем! Я принес кости, они бы показали ее настоящее лицо и заставили уехать из нашего дома!

Рагнар растерянно обернулся на Свету и прижал к себе мальчика:

- Сигур, ты говоришь глупости! Никто вас из дома не  гонит, вы по-прежнему мои любимые племянники, и ты и Критен. Кто тебе рассказал такую ерунду? Ты же понимаешь, что нельзя входить в спальню княгини без ее разрешения и тем более, подкидывать ей всякие гадости? Я всегда считал тебя умным мальчиком, что с тобой произошло?

- Я не знаю, - прорыдал ребенок. – Я… я принес косточки еще днем. Бабушка  сказала, что они выгонят из дома плохого человека, если положить их ему под подушку. А сейчас я уже лег спать,  и вдруг у меня стало все чесаться, мне ужасно захотелось забрать кости. Я не смог устоять. Пошел и она, - пальцем в княгиню, - меня схватила.  Я не хотел ничего плохого! Только, чтобы она уехала, и мы жили, как раньше – без нее.

- Ну, ну, не плачь, - Рагнар погладил  племянника по голове. – Давай сюда эти кости и иди к себе.  Завтра поговорим.

Мальчик вышел, Света стянула покрывало, бросила его на пол, обошла мужа и села на оттоманку.

- И что ты будешь делать? – поинтересовалась она у супруга. – Он ребенок, но за его поступком явно стоит кто-то взрослый. Потом, мне не нравится, что в мою спальню можно легко проникнуть. Сейчас это безобидный мальчик и косточки, но ведь могло быть что-то намного серьезнее?

- Саломея, - выплюнул Рагнар. – Это ее работа. Она, смотрю, и Аскотта науськала, и Сигуру голову задурила. Насчет хода я завтра же привлеку Магора, он поставит магическую защиту. Никто, кроме меня и тебя  не сможет зайти через этот ход.

- Ясно, - кивнула Светлана. – Пока ход не запечатан, не хочу здесь спать. Я лягу у тебя?

- Конечно, - муж подхватил ее на руки, зарылся носом в волосы. – Триединый, какая же ты у меня красавица! Не бери в голову, это просто глупая шалость маленького мальчика, я завтра со всем разберусь!

  На следующий день весь дворец ходил на цыпочках: Рагнар творил  правосудие.

Саломея от всего отпиралась, обижалась, грозилась  и взывала к милосердию.

В конце концов, князь озвучил решение: боярыня отправляется домой и без приглашения во дворец и столицу не приезжает. Аскотту надлежит в ближайшее время вместе с заместителями и военными магами,  объехать приграничные гарнизоны, провести ревизию, прикинуть, что и где надо добавить или изменить.