Отчего у Саямы закралось подозрение.

…Она предугадала мою атаку?

Но этот вопрос вызвал два новых.

Во-первых — если она её предугадала, почему попала под удар?

И во-вторых — чего она добивалась, принимая атаку, которая её обездвижит?

В то же время его глаза сфокусировались на том, что лежало впереди.

В семи метрах от себя он увидел, как Микоку заваливается назад после того, как колени лишились сил.

Но это не всё.

Только тогда парень осознал, что она собирается сделать.

Девушка держала в правой руке кинжал.

И падая, она резко дёрнула им одной лишь грубой силой.

Вслед за этим Саяма увидел, как его иное «я» взмахнула клинком.

Предугадав, что она сделает, он воскликнул.

— Подожди!

Микоку взяла клинок обратным хватом и прижала к собственному затылку.

Он услышал глухой звук, когда она втиснула кинжал до самого основания в заднюю правую сторону шеи.

— !!

И потянула его вперёд, к Саяме.

Она пыталась перерезать продолговатый мозг, чтобы снять дрожь от контузии.

————.

И девушка сделала именно это.

Микоку ощутила, что её разум мгновенно прояснился, поэтому спокойно встала.

На её губах стояла улыбка, а на лбу выступил пот, но глаза уставились прямо перед собой.

Тоцука вертелся в своём падении над головой, а обломки деревянного меча лежали брошенные на земле.

Теперь, когда она жива и может двигаться, результат очевиден.

— Если я поймаю Тоцуку в падении, победа будет за мной.

Саяма покачал головой и остался в защитной стойке.

— Подожди.

— Я не стану ждать. Поймав тот меч, я одержу победу.

Она вытянула правую руку навстречу падающему клинку.

И медленно при этом прогнулась назад.

— Саяма Микото, ты пытался меня обездвижить, чтобы добиться ничьей, не так ли? Меня действительно нельзя победить другим способом…во всяком случае, из общедоступных.

— …Стой.

Саяма сделал неполный шаг вперёд, но она покачала головой.

Девушка пыталась поймать Тоцуку, который вертелся прямо над головой, но в тот же миг он выдал крик.

— Подожди, Тода Микоку!

— Я не стану ждать. Я приняла то же решение, что и ты… но выбрала иной метод.

У неё был свой способ приведения мира к равновесию.

— Я знаю, что искусна только в сражении, и что все воспринимают меня как последнего лидера Топ-Гира.

Поэтому…

— Извини, но я возьму всю ответственность на себя. …Прими эту ничью и прости их всех. Ты понимаешь, не правда ли? Даже Хаджи был жертвой.

— Подожди!! — закричал Саяма. — Смерть — наихудший из вариантов, Тода Микоку!!

Когда он шагнул ей навстречу, она в отместку швырнула левой рукой кинжал.

И подняв обе руки, Микоку развела их, отклонилась и оставила грудь полностью беззащитной пред падающим носителем итога.

Тоцука.

В этом Концептуальном Пространстве меч в союзе с той, чьё имя вырезает жизнь.

Металлический наконечник падал, чтобы пронзить её грудь и вставленный туда философский камень.

Там её сила регенерации и жизнь.

Но клинок Тоцуки мог вырезать жизнь, так что сломай он камень и проткни её, девушка умрёт.

Такого итога желала Микоку.

С её кончиной Топ-Гир потеряет лидера. Сино выберет счастливую жизнь, и Тацуми тоже. Даже Алекс сможет мирно дожить остаток своих дней.

И взвали она ответственность на себя, Хаджи и остальным, сражавшимся с ней, не причинят вреда.

Лоу-Гир не сможет требовать других жертв или ещё чего неразумного.

Микоку переживала об отрицательных концептах, но если Ноа начал пробуждаться, несомненно, сама Ноа что-то с этим сделает.

…Всё будет нормально.

Сино уже не с ней, но с силой родителей внутри, она не одинока.

Этого знания достаточно.

Даже лишившись жизни, она не будет чувствовать себя одинокой.

Её сражение подойдёт к концу.

Поэтому она подняла голову к небесам и выставила грудь навстречу клинку, который её пронзит.

Как раз перед тем, как всё это случилось, на поле боя вбежала девушка.

Она преодолела короткую дистанцию, вырвавшись из-за пределов поля зрения двух, сосредоточенных на себе.

— Нет!

Девушка обняла Микоку, которая пыталась всё закончить, лишив себя жизни.

Она обняла её, оттолкнула, и в следующий миг падающий металлический меч пронзил её согнутую спину до груди.

С глухим звуком девушка остановилась, споткнувшись вперёд с вытянутыми руками, крепко вцепившимися в Микоку.

Вместе с шорохом ткани меч на её спине рухнул под собственным весом.

Он упал к талии девушки, что сдвинуло и её.

Это приблизило её приподнятое тело к Микоку.

Движение сопроводил влажный звук широкого клинка, погрузившегося в её живот и выпавшего со спины.

И с тяжёлым грохотом меч упал на покрытую песком землю.

После чего послышалось только дыхание.

Оно звучало так, будто лёгкие девушки покидает весь воздух.

Микоку не понимала.

Что произошло перед её глазами?

Что произошло с ней?

Почему здесь Сино?

Почему Сино её остановила?

Она не понимала ничего из этого, кроме одного: что теперь будет с Сино.

С помутневшим разумом Микоку встала, потянув Сино за собой. Её согнутые руки цеплялись за бронированную форму своей сестры, и она наконец сумела встать на дрожащих ногах.

Но Микоку не знала, что делать.

— Ах…

Из горла вырвалось только напряжение, даже не вздох.

Но она ощущала жар и дрожь, исходящие от Сино.

Тепло девушки выплёскивалась на живот Микоку, стекая по поясу и бёдрам.

!..

Она не знала что, почему и как. Даже не могла разозлиться, убежать, вдохнуть или выдохнуть, поэтому просто молчала. Воли хватало лишь на то, чтобы как-то слушать слабый голос Сино.

— Микоку…

Ах.

— Хорошо.

Что ж здесь хорошего? Здесь и близко нет ничего…

— Микоку, ты трусиха, поэтому я подумала, что ты можешь такое сделать. Из-за того, что ты трусиха…

Погоди. Погоди. Прошу, стой. Не… ничего не говори. Иначе… Иначе… Если ты скажешь…. Если ты скажешь… это прозвучит как проща…

— И потому что ты добра.

Она услышала голос, говорящий «Прости».

Микоку пыталась сказать «стой», но не смогла. Не смогла сказать, поэтому дальше молчала. И эта тишина казалась неким наказанием. Голос Сино продолжал, соединив в себе толику счастья и даже смутную радость.

— Я всегда знала… но это так очевидно… что я забыла.

Сино подняла опущенную голову.

Не смотри на меня. Не смотри. Я понятия не имею, какой ужасный вид у меня на лице.

Но Сино всё равно посмотрела и одарила её улыбкой, от которой хотелось её остановить.

— Ты на деле добрее всех, правда? Вот почему ты так труслива и стараешься никому не навредить. …Вот ты кто, правда?

Сино губами промолвила «Прости».

И улыбаясь, закрыла глаза.

Увидев эту улыбку, лицо Микоку перекосило, и она приоткрыла уста.

— Сино!

Её голос — дрожащий голос — наконец-то вырвался наружу.

Глаза Сино немного приоткрылись, но она только кивнула с мягкой улыбкой и опущенной головой.

— Отныне ты можешь быть доброй, не боясь, ладно? В конце концов… В конце концов, я уже живу без своего концепта… и все ко мне так добры.

Тело Сино погрузилось в грудь Микоку. Она ощущалась лишь как обмякшая масса дрожащего тепла.

— Я больше не буду для тебя обузой, так что…

На этих словах тело Сино покинули остатки сил.

Поэтому Микоку её обняла.

И вдруг поняла, что Сино носила вместе с надтреснутым синим медальоном ещё и красный клуазоне.

Она осознала, что Сино продолжала носить его всё это время.