Как-то утром, когда с неба ещё не сошла луна, Хиба катил её коляску, чтобы посетить его деда, и старик привёл их далеко за открытое додзё.

В лесу там находилась растрескавшаяся прогалина и небольшая хижина.

Дом выглядел жилым. Они прошли по узкому грязному полу и достигли небольшого участка, покрытого татами. Хиба и его дед постарались вместе усадить её туда.

— Я ою.

Я помню.

Её туманное зрение увидело, как над горной грядой, которая для неё выглядела как тень, поднимается свет.

Последующий контраст между светом и тьмой явил естественные вещи, такие как деревья, горы и реки, равно как и неестественные, вроде городов.

Девушка вспомнила, как ей говорили, что здесь её назвали Микаге.

Она посмотрела на молодое лицо Хибы, увидела там улыбку, и образовала на собственном лице такое же выражение.

…Я хотела эволюционировать.

Она вспомнила свою тогдашнюю мысль.

Микаге нахмурила лоб и глянула на Сибил. Та смотрела на неё со слегка опущенной головой.

— Хиба-сама находится там, где необходима его сила.

И…

— Из-за того, что это может Вам навредить, он не попросит Вашей помощи; но лишь потому, что заботится о Вас, как никто другой.

Услышав это, Микаге приоткрыла уста.

— О.

Но.

Произнеся это, она неожиданно кое-что осознала.

…Но что я хочу делать?

Микаге хотела знать. Вместо того чтобы просто принять собственное незнание, она хотела узнать ответ на этот вопрос.

— И-иу.

…Откуда ты знаешь происхождение моего имени?

Об этом знали только несколько близких ей людей.

Едва лишь Микаге об этом подумала, как услышала снаружи удивлённые возгласы.

Она гадала, что произошло, и Сибил прильнула к ней.

В следующий миг девушка услышала взрыв, и палатку снесло прочь.

В лунном небе происходило два обмена.

Одним были лучи света, а вторым скорость.

С одной стороны находилась гигантская фигура с четырьмя металлическими крыльями и несколькими пушками, с другой — небольшое тело с крыльями света и копьём.

Это Котт и Казами.

Казами периодически махала крыльями, удерживая дистанцию.

Котт мог одним движением преодолевать громадное расстояние, и его промежуточное ускорение было мощнее всего.

С другой стороны, Казами имела лучшую начальную скорость и умела совершать крутые повороты.

Однако разница в расстоянии, покрываемом одним действием, просто слишком велика. Даже когда она периодически взмахивала крыльями, одно движение его крыльев их разделяло.

Ныне они находились к северо-западу от Станции Курасики. Снизу мерцал свет, но не от домов. Он исходил от громадной площади, заполненной особняками, башнями и декоративными лампочками аркад.

— Парк развлечений. Или это тематический парк?

От северного входа Станции Курасики растянулись Сады Тиволи Курасики, темой для которых служил Ганс Христиан Андерсен.

Казами спустилась к освещённому храму европейского стиля в центре.

Время на часах в тускло освещённой аркаде приближалось к девяти вечера, но снаружи Концептуального Пространства будет уже за одиннадцать.

…Это задержка между созданием Концептуального Пространства и подачей электричества?

Девушка глянула на чёртово колесо справа, как раз когда с неба прибыла атака.

Казами влетела в парк развлечений и спланировала через освещение центральной аркады, покрывающей трёхполосный путь ко входу.

Она двигалась быстро, и освещение скрывало её крылья света лучше деревьев.

Воспользовавшись крыльями, Казами отталкивалась от кирпичной дороги и змейкой петляла между деревьев, глядя назад и периодически стреляя из пушки G-Sp2. Когда Котт обернулся и увернулся в ста метрах сверху, она цокнула языком. С летящим шагом девушка избежала ответного огня, планируя над кирпичной тропой.

Казами юркнула между деревьев.

Плоская белая крыша перед её глазами накрывала выход из тематического парка. Заметив с обеих сторон пустые передвижные киоски и лавки для попкорна европейского стиля, девушка улыбнулась,

В следующий миг Казами пронеслась между воротами выхода, преследуемая пулями света.

Она вылетела вперёд, где широкая дорога разделилась налево и направо. За ней располагалось большое белое здание Станции Курасики и автостоянка.

Ветер отличался от тематического парка, ей досталась широкая площадь для движений, а освещение за спиной казалось горячим.

Стояло лето, и девушка заметила на крыше здания станции огни пивного сада.

…Если подумать, Каку говорил, нам нужно сходить в один из таких, когда мне исполнится двадцать. Правда, он имел в виду тот, что в Татикаве.

Не было особой причины ждать, но он бывал чрезмерно серьёзен о самых странных вещах.

С неба расплескался свет.

Бомбардировка прорвала крышу входа в тематический парк и разнесла асфальт.

Казами взмахнула крыльями и в качестве обманного манёвра двинулась направо. Её противник обладал машинальным умением принимать решения, памятью и прогностической способностью. Если девушка двинется по прямой, он с лёгкостью предугадает её действия, поэтому вместо широкой дороги она намеренно пролетела вдоль проложенного камнями пути.

Она нарушила свои привычные движения скачком, тряхнула крыльями и затем быстро запустила себя в сторону железнодорожной станции.

Казами парила.

Между станцией и тематическим парком располагалась белая терраса. Радиусом около пятидесяти метров, её центр оставался открытым, и там развесили украшения европейского стиля. В центральном дворе стояла трёхэтажная часовая башня.

Казами поднялась над террасой, поэтому могла разглядеть её зелёную крышу.

Затем услышала далеко на юге низкий звук и увидела в той стороне дым.

— В штаб-квартире взорвался Бог Войны или что-то такое?

Ей хотелось верить, что медицинская палатка с Сибил и Микаге осталась невредимой, но девушка всё равно нахмурилась.

— Они в порядке.

Казами сказала себе, что вернётся позже, и повернулась вперёд.

Она взлетела на террасу, с хмурым лицом кивнула, и услышала неожиданный звук. До неё донесся звон, и от колонок, установленных на центральном дворе, заиграла классическая музыка.

Колокол в Концептуальном Пространстве отбивал на девять часов.

В то же время на часовой башне началось движение. Циферблат сверху раскрылся, и нечто показалось наружу.

— Кукольный театр?

Внутри часовой башни смоделировали представление на основе сказок Андерсена. Со всех четырех сторон установили кукол, и каждая изображала разную историю.

Четыре сказки медленно поворачивались под музыку.

— Ах.

Казами осознала, что её это отвлекло, поэтому быстро глянула вверх.

Однако…

— Обозрение разрешается.

В небе над головой Котт прекратил стрелять и остановился.

Казами горько улыбнулась. Она услышала звуки за станцией и увидела, как в южное небо поднимается чёрный дым.

— Ничего. Не думаю, что сегодня мой конец, потому однажды вернусь сюда посмотреть на это с человеком, который для меня важнее всех. Я буду смотреть на это удивительно волнующее механическое королевство и его кукольный театр под звуки колоколов.

— Принято.

Котт двинулся сквозь небо над парком развлечений. Он развернулся и нацелил на неё пушки.

Тем временем, девушка медленно вознеслась к облакам, не сокращая между ними расстояние.

Они оба неспешно поворачивались, Казами внизу, и Котт сверху.

Когда музыка позади них завершилась, а часовая башня закрылась, Котт кивнул.

Последний звук послужил для них сигналом.

— !..

Казами начала действовать.

Казами мчалась сквозь воздух.

Чтобы добраться до правой стороны Котта, она поднималась, двигаясь мелкой дугой.