— И что он сделал?

— Сорвал акулу и ушел. Думаю, он знает, кто это был — ну, то есть понятно же, что это его пытались спровоцировать.

— Да, пожалуй, — кивнул Джек, оглядываясь через плечо. — Лучше иди возьми ланч, пока очередь короткая.

— Уже. Сейчас вернусь. — Джек проводил его взглядом, а, повернувшись, увидел напротив себя Акитру.

Фиолетовоглазый фэйри ухмылялся — синяки на левой щеке и под губой почти сошли.

— Привет, сладенький. — Акитра потянулся и взял несколько картофелин с его подноса. Джек спрятал руки под стол и выпрямил спину, не спуская взгляда с длинных изящных пальцев фэйри. — Ну, как первый день учебы? Профессора тебя не слишком обижают?

— Все нормально, — буркнул Джек. — Чего ты хочешь?

— Чего я хочу? — повторил Акитра и, сняв верхнюю булочку с его гамбургера, выбрал все соленые огурцы, а потом положил ее на место. — Я хочу знать, зачем ты связался с этим грязным фей-боем. Лучше пойдем посидим со мной и Майкой. Если, конечно… — Он прикрыл усмешку ладонью. — Если, конечно, тебя не смущает то, что он видел, как эта красноволосая шлюшка полировала тебе шары. — Джек закоченел, стиснув лежащие на коленях руки в кулаки. — Не стоит, эта дешевка падает на колени всякий раз, как слышит вжик молнии. Это не твоя вина. Ну же, пошли, пока не вернулся этот фей.

— «Этот фей» — мой друг, — сквозь зубы проговорил Джек, — и я всегда предпочту общество Зэйдена твоему. А теперь проваливай, а то я напишу на тебя жалобу.

Акитра поднялся из-за стола, продолжая самодовольно ухмыляться, но глаза его стали жесткими и холодными, точно аметисты.

— Повежливее со мной, маг, если не хочешь постоянно оглядываться в душе. — Он вдруг положил ладони по обе стороны от подноса Джека и наклонился вперед, оказавшись всего в нескольких дюймах от его лица. Джек почувствовал запах соленых огурцов. — Думаешь, в первый день все было плохо, погоди, пока я прижму тебя к стене, когда между нами не останется ничего, кроме мыльной пены. Ты будешь умолять, чтобы я тебя трахнул. — Так же неожиданно он выпрямился и направился в другой конец зала, оставив дрожащего и задыхающегося Джека одного.

Он вздрогнул, когда Айзери поставил свой поднос на стол и медленно опустился на скамью.

— Что ему было нужно? — спросил тот.

Джек заставил себя глубоко вздохнуть, прежде чем ответить.

— Ничего, — сказал он. — Он просто любит портить другим жизнь. Так… — Он протянул руку и стащил горсть картошки у Айзери. — Знаешь, что твой сосед выкинул на конструктивном взаимодействии?

Айзери застонал.

Глава 11

— Увидимся за ужином, — крикнул Джек, останавливаясь у двери класса химии и провожая глазами спину Айзери, который пошел дальше по коридору на биологию. Грязный фей-бой. Слова Акитры крутились в голове, вызывая тошноту. И плевать, из каких фэйри он сам, он не имеет права никого так называть, тем более Айзери.

Распахнув дверь, Джек шагнул в аудиторию и осмотрелся. Вместо одиночных парт тут были рабочие столы, поцарапанные и покрытые пятнами, по бокам от них друг напротив друга стояли высокие табуреты. Примерно половина уже оказалась занята.

— Входите и садитесь, — произнес кто-то — видимо, преподаватель, хотя того нигде не было видно. — Тот, с кем вы сядете, станет вашим партнером в этом триместре, так что выбирайте тщательно. Мне не нравится, если люди начинают пересаживаться, когда я уже распределил инвентарь. — Голос доносился откуда-то с задней части зала, и, идя по проходу между столами, Джек наконец заметил мужчину в плотном кожаном фартуке и запачканных защитных очках — тот мыл пробирки и колбы в одной из больших раковин у дальней стены.

Найдя решение этой загадки, Джек принялся искать место. Несколько столов оставались свободными, но сесть и ждать, пока кто-то выберет тебя… Джек не решился искушать судьбу. Сомнительно, конечно, что Акитра или Чариас окажутся на Общей Химии, но он не хотел рисковать.

— Привет, — сказал он, подходя к дружелюбному на вид парню с длинной серо-голубой косой. — Это место занято?

— Вообще-то, да. — Тот виновато улыбнулся. — Я жду друга, прости.

— Ничего, — кивнул Джек, снова оглядывая зал.

— Зато вот ему нужен партнер. — Парень показал на передний стол. — Мы вместе ходим на историю — он очень неглупый.

— Спасибо, — улыбнулся Джек, шагнув к соседнему столу. Парень, сидевший за ним, сгорбившись, читал книгу.

— Привет, — поздоровался Джек. — У тебя есть пара? — Тот посмотрел на него, и Джек изумленно отпрянул. Его глаза были ярко-золотыми с вертикальными зрачками, как у кошки… только не совсем.

— Какие-то проблемы? — спросил он.

Джек покачал головой:

— Нет, просто твои глаза… Ты… вер? — Иногда, если дух был достаточно силен, это сказывалось на внешности носителя, делая ее похожей на его животную форму. Чаще всего такое встречалось у избранных духом оборотней.

— Ага. — Парень протянул ему руку. — Я Липки. — Джек, который уже собирался пожать ее, замер и уставился на его ладонь. Тот расхохотался: — Нет, ты не так понял — меня зовут Липки. Если точнее — Липколап. Я вергеккон.

— О. — Джек улыбнулся и наконец пожал его руку. — Я Джек. Вергеккон, да? Это объясняет глаза.

— Ага, раньше они были карие. Некоторых людей это пугает, но… — Он пожал плечами. — Мне нравится.

— Да, они классные, — подтвердил Джек, скидывая сумку и ставя ее на пол рядом с пустым табуретом. — А на зрении это отражается?

— Немного. Я не всегда различаю цвета, но зато могу видеть движение в почти полной темноте.

— Класс, — повторил Джек, садясь.

После часа обсуждения периодической таблицы профессор Леалис, маг огня и алхимик, решил отпустить их пораньше. Убирая в сумку тетрадь, Джек заметил, что Липки все еще стоит у стола.

— Я-то думаю, почему твое лицо кажется мне знакомым, — протянул тот, когда Джек застегнул сумку. — Мы же в одной группе по конструктивному взаимодействию. Ты в паре с Чариасом.

— Ага, это я, — скривился Джек и, закинув сумку на плечо, пошел к двери — Липки пристроился рядом. — А ты знаком с ним?

Тот покачал головой:

— Нет, но я немало о нем слышал. Он для многих вроде героя.

— Он? Герой? — Джек недоверчиво покосился на Липки. — Прости, не заметил в нем ничего геройского.

— Я сказал «вроде» героя, — хмыкнул тот, выходя в коридор. — Ты сейчас куда?

— На Практическую Магию.

— Клево, у меня следующим курс Писательского Мастерства, так что нам вроде по пути. Когда я назвал Чариаса героем, я имел в виду, что он… пример для всех. Он ни от кого не зависит, и пока он дает Шадораку отпор, все мы — все, кто не хочет в стаю, так сказать — тоже можем ему противостоять.

— А кто такой Шадорак? — спросил Джек.

— Большой черный громила-лось, — пояснил Липки. — Ты стопудово встречал его — его трудно не заметить — около шести футов, чернокожий, бреется налысо.

— Да, я его встречал, — кивнул Джек. — Он грозился мне руки поотрывать, когда увидел, как я разговариваю с одним из волков.

— Ага, это он, — усмехнулся Липки, хотя Джек не видел в этом ничего смешного. — Он пытается собрать всех алирравудских оборотней в одну стаю с ним в роли альфы, и он не гнушается угрозами, когда кто-то пытается возмущаться. Если бы не Чариас, уверен, мало кому хватило бы смелости отказать Шадораку.

— А ректор что, ничего не может сделать? — удивился Джек. — Наверняка угрозами заставлять людей вступать в банду — это нарушение университетских правил.

— Во-первых, люди слишком боятся Шадорака, чтобы жаловаться ректору, во-вторых, любой имеет право организовать внеклассный кружок, пока не нарушает правила, конечно.

— А так как никто на него не жалуется… — Джек вздохнул. — Зачем ему это? Он хочет власти? Или ему просто нравится, когда все перед ним отчитываются?

Липки пожал плечами:

— Кто знает. Он говорит, что это ради нашего же блага, что сильное чувство принадлежности к коллективу не даст нам провалить экзамены — кстати, очень умно, потому что девяносто процентов отчисленных из Алирравуда — оборотни. Но мне, например, и одному хорошо, и отчисляться я не собираюсь. По-моему, это моя. — Он остановился перед аудиторией номер двести шестьдесят и сверился с расписанием. — Ага, тогда до завтра. Рад был познакомиться, Джек.

— Я тоже, — ответил он, и Липки исчез за дверью. А Джек пошел дальше к двести восьмидесятой.

Практическая магия шла целый год и была разбита по триместрам на обереги и талисманы, руны и чары и варева и декокты, соответственно. Один из самых интересных предметов у Джека. Он занял место за первой партой и стал ждать.

Аудитория была поделена на две части: несколько ровных рядов парт перед большой доской, а за ними пустое пространство с шестью нарисованными на плиточном полу краской кругами, места между ними хватало ровно на то, чтобы мог пройти один человек. В центре каждого круга стояло по маленькому обшарпанному столику, поверхность которых покрывали выжженные пятна и капли свечного воска всех цветов радуги. Наверное, там они и будут накладывать чары. Вдоль дальней стены, за кругами, в несколько ярусов стояли маленькие — не больше квадратного фута — шкафчики.

— Итак, джентльмены, посмотрите сюда, пожалуйста. — Джек повернулся к доске, и именно в этот момент из угла зала выскользнул высокий табурет и остановился в центре. Табурет скрипнул, и на нем вдруг появился коренастый мужчина с седеющими каштановыми волосами и пронзительными зелеными глазами. На какое-то мгновение в аудитории наступила полная тишина. — Отлично, рад, что привлек ваше внимание, — тепло улыбнулся он. — Я профессор Ривэлин, и я буду вашим инструктором в этом триместре.

Большую часть занятия они провели за распределением шкафчиков и переписыванием примечаний с доски. Джека не отпускало ощущение, что последнее понадобилось, просто чтобы им было, чем заняться, пока они ждут своей очереди. Поскольку он сидел впереди, то его вызвали одним из первых.