— А ты заставь меня, — отозвался Акитра, делая шаг к ним.

Джек стиснул зубы и сунул руку себе между ног, задохнувшись, когда случайно задел собственный член. Он с трудом нащупал концы тесьмы, потянул за них, и узел развязался. Облегченно вздохнув, Джек убрал пуговицу и почувствовал, как действие амулета проходит. Больше никогда.

Он выпрямился и потянулся к руке Майки, чтобы тот помог ему встать, но в этот момент Акитра шагнул еще ближе, и Майка, отбросив руку Джека, стиснул кулаки.

— Майка, не надо… — начал он, но тот уже рванулся вперед и саданул Акитру кулаком под дых, выбив из него воздух.

Акитра охнул и согнулся пополам, и Майка тут же заехал коленом ему в лицо. Заляпывая пол кровью, Акитра качнулся, споткнулся и повалился на пол у стены. Джек думал, что этим все и кончится, но Майка снова кинулся на него и, схватив за волосы, двинул в челюсть. Акитра поднял руки, пытаясь заслониться, но даже не думая отвечать. Майка выпустил его, сделал шаг назад и ударил Акитру ногой по ребрам.

— Майка, хватит. — Джек вскочил на ноги, увидев, что тот выпрямился и приготовился еще раз пнуть Акитру.

Джек схватил его и оттащил от упавшего фэйри, спасая того от удара ногой в лицо.

— Отвали, Джек! — закричал Майка, пытаясь вырваться. — Ты представить себе не можешь, на что он способен. Ты не представляешь…

— Он ничего не сделает, — отрезал Джек, встав перед Майкой и не выпуская его запястий. — Он просто играет… ты же знаешь, какой он. Хватит уже.

Майка все еще свирепо смотрел на Акитру, тщась высвободиться из рук Джека, несколько капель крови попали ему на лицо.

Джек оглянулся на Акитру, который лежал на боку у стены, заливая кровью из носа пол:

— Проклятье, Акитра, скажи ему, что ты просто пошутил.

— Думаешь, я стал бы шутить о подобном? — спросил тот, еле ворочая языком. Он застонал и попытался разогнуться. — Ты будешь кричать… умолять… и истекать кровью… — Он замолчал, чтобы отдышаться, прежде чем встать на ноги. — И когда я с тобой закончу, ты вообще ничего больше не будешь чувствовать, даже если сумеешь выдержать чужие прикосновения.

— Сукин сын! — закричал Майка, чуть не сбив Джека с ног, когда снова бросился на Акитру.

Джек обхватил Майку обеими руками, подняв над полом и схлопотав локтем в челюсть.

— Акитра, выметайся отсюда, пока я его не отпустил и не помог надрать тебе задницу, — бросил Джек, отворачивая лицо, когда Майка снова попробовал вырваться и заехал ему в висок.

— На твоем месте, Джек, — протянул Акитра, — я бы волновался о своей заднице. На твоем месте я бы бежал, не оглядываясь, потому что мне плевать, на какую планету ты отправишься, в какой окажешься галактике, какой части вселенной… я тебя найду.

— Но ты не на моем месте! — отрезал Джек, пошатнувшись и отшвырнув Майку на кровать.

Тот тут же попытался вскочить, но Джек придавил его к матрасу, выкрутив руку. Он смотрел на Майку, стараясь успокоить колотящееся сердце, притвориться, что стоять спиной к Акитре ему совсем не страшно, но все же вздохнул с облегчением, только когда услышал, как захлопнулась дверь и, обернувшись, увидел, что Акитра ушел.

Выпустив Майку, Джек неловко шагнул назад, но, споткнувшись о Майкину одежду, плюхнулся на пол посреди комнаты. Он сидел там, хватая ртом воздух, когда Майка наконец встал на ноги и вызверился на него.

— Зачем ты остановил меня? — прорычал он. — Ты же слышал, что он говорил: он хочет уничтожить тебя, забрать тебя у меня. Он всегда все у меня забирает. Он хочет, чтобы я был одинок и несчастен, чтобы ему было перед кем бахвалиться и злорадствовать. — Он поднял джинсы и замешкался, пытаясь попасть ногами в брючины. — С меня хватит, — сказал он, резко натягивая джинсы до пояса. Он ухватился за аметистово-ониксово-стальной пирсинг в пупке и, так и не сумев открутить нещадно трясущимися руками застежку, вырвал его прямо так. Джек поморщился, когда на его голую грудь и ногу брызнула кровь. — Хватит. Он не может забрать тебя у меня. Ты мой. Мой! — Он схватил рубашку и вылетел из комнаты, оставив Джека одного.

Глава 51

Пока он поднялся и надел штаны, Майки и след простыл. Джек оглядел коридор — в желудке похолодело от дурного предчувствия — и уперся взглядом в дверь Акитры. Если Майка пошел за ним…

Джек побежал туда и толкнул дверь, но в комнате оказалось пусто. Разрываясь между облегчением и разочарованием, Джек направился вниз по коридору, постепенно перейдя на бег, и резко затормозил перед душевой — при виде измазанной в крови дверной ручки к горлу подступила тошнота. Дрожащей рукой Джек открыл дверь и шагнул внутрь.

Он услышал шум воды и, обойдя разделительную перегородку, увидел Акитру — тот стоял, согнувшись над раковиной, и смывал кровь с распухшего лица — Джек раздосадованно вздохнул.

— Ты его видел? — спросил он, задержавшись у двери.

Акитра вскинул голову — красная от крови вода текла по его лицу и капала с подбородка — и его отражение уставилось на Джека заплывшими глазами. Одна сторона лица уже начинала багроветь, а губа в двух местах лопнула, но это не помешало Акитре угрожающе улыбнуться Джеку.

— Я вижу только нас с тобой, — отозвался он неразборчиво, по подбородку потекла кровавая слюна. — Не слишком умно с твоей стороны, приходить сюда одному…

— Ну сколько можно, а? Я знаю, почему ты злишься — ты любишь его — и мне жаль, что ты нас вот так застал, но я тут ни при чем. Научись, мать твою, стучать.

— Ни при чем? — зарычал Акитра, забрызгав кровью зеркало. Он сплюнул в раковину и повернулся к Джеку. — Ты, дрянь, все подстроил. Сначала заключаешь дурацкую сделку, а когда я прихожу, чтобы выполнить условие и выпить гребаный чай, то вижу твой член у него во рту!

— Я говорил, что принесу тебе его, — поднял голос Джек. — И это была не моя идея, Майка сам это начал. Он не принимает таблетки и ни хрена не соображает, и я не знаю, где он, мать его, и мне совсем, совсем не хочется выслушивать сейчас твои претензии! — Джек развернулся и выбежал в коридор, чуть не сбив с ног парочку парней, стоявших у двери. Один из них пробормотал что-то про очередь в душ, но Джек лишь промчался мимо них в другой конец коридора.

Без рубашки и босиком, Джек толкнул двойные двери и вырвался в тихий туманный сквер. Не обращая внимания на холодный бетон, обжигавший ступни, Джек побежал вдоль лужайки к больничному крылу и заглянул в комнату с белыми, будто стерильным, стенами — но здесь было спокойно и пусто. Ну конечно, Майки тут нет. Крутанувшись на пятках, Джек бросился наружу, по коже побежали мурашки — он обежал взглядом сквер и задумался. Куда Майка мог пойти? В столовой в это время обслуживают только вампиров. Майка мог бы быть в центре отдыха или просто бродить где-нибудь в темноте.

Ноги замерзли и ныли, пока Джек шел между общагой и столовой. Но еще даже не открыв дверь, уже понял, что Майки и там нет. Джек остановился, уставившись на двух вампиров, играющих в баскетбол и пытаясь отдышаться. Это глупо. Кампус огромен. Тут сотня мест, где он может быть, и Джек просто не сумеет обойти их все. Зато сумеет администрация. У них ведь не просто так есть комендант общежития. Она может обратиться к ректору, к профессорам, да даже к гребаным уборщикам, и Майку отыщут, прежде чем он совершит какую-нибудь глупость.

Промчавшись по общаге, Джек остановился у своей комнаты, чтобы взять рубашку и обуться, и обнаружил Майку, сидящего на кровати, подтянув колени к груди, с пузырьком таблеток в руке. Он тупо посмотрел на Джека — лицо его было бледным и безжизненным. Все внутри завязалось в узел, глаза сами собой скользнули к пузырьку. Джек закрыл дверь и, подойдя к кровати, облизнул пересохшие губы.

— Где ты был? — спросил он. — Я искал тебя.

— Гулял. — Майка отвернулся и уставился в окно.

Джек нерешительно присел на край его кровати.

— Майка… — мягко начал он, — сколько таблеток ты принял?

— Я хотел убить его, — сказал тот без выражения. — Думал, он собирается отнять тебя у меня. Я обвинил его в том, что у меня нет друзей. Решил, что он следит за мной, наблюдает, чтобы лишний раз убедиться, что я не найду кого-нибудь еще, потому что ему нужно, чтобы я был только с ним, чтобы было над кем издеваться и перед кем хвастаться.

— Майка… — снова начал Джек, но тот, казалось, не слышал.

Джек осторожно протянул руку и вытащил пузырек из его пальцев. Майка не стал сопротивляться. На этикетке было написано: «30 таблеток» — Джек спешно высыпал их на покрывало и стал считать.

— Я их не принимал, — сказал Майка, — хотя, наверное, стоило.

Все тридцать оказались на месте, и Джек облегченно вздохнул.

— Ты ведь не хочешь этого. — Джек собрал таблетки обратно в пузырек и закрыл крышкой. — Не хочешь делать себе плохо. Через пару дней все придет в норму. Ты сам сказал, помнишь?

— Я собирался убить его, — повторил Майка с отчаянием в голосе и повернулся к Джеку. — Я не знаю, откуда взялись эти мысли, Джек. Он не такой. Не такой. Он лучший друг, что когда-либо у меня был. Мне кажется, ему даже плевать, что у меня нет крыльев. — Он спрятал лицо в одной ладони, а другой скользнул по измазанному кровью животу — туда, где недавно был пирсинг. Его плечи затряслись, и Джек отвел глаза.

Когда Майка успокоился, Джек решительно поднялся и убрал пузырек себе в комод.

— Ты ведь будешь в порядке, если я отлучусь минут на пятнадцать-двадцать? Я обещал кое-кому принести чай. — Майка молча кивнул. — Я туда и обратно, — сказал Джек, — а потом мы сможем поговорить… если хочешь… — Он схватил кружку с отбитым краешком и высыпал ручки и карандаши на кровать, прежде чем вытереть пыль и карандашную стружку.

— Поговорить о чем? — наконец спросил Майка, прочистив горло, сел и вытер слезы с лица. — У меня случается нервный срыв, и ты сразу решаешь, что мне надо поговорить? Я, конечно, псих, но не человек. — Джек рассмеялся от облегчения — Майка почти походил на самого себя.