– Он вовсе не обязательно действовал сам. Во всяком случае, это доказывает, что у Хэрроу есть связник в Европе и он вполне может планировать там операции с его помощью.

Керри и сама не была уверена, что существует связь между раскольниками из «Одной планеты» и польским делом, так что подобное предположение означало скорее миролюбивый жест в сторону Поля, некую гарантию передышки в сражении. Это была хорошая прелюдия к разговору.

– Что вы еще там нашли?

– Все отчеты о заседаниях совета эпохи разрыва с Хэрроу.

Поль снова восхищенно поднял голову.

– Поверхностный анализ позволяет заключить, что события разворачивались в три этапа. На первом – два с половиной года тому назад – сложилась сама группа «новых хищников. Тогда это было просто движение нескольких несогласных, объединившихся вокруг своего гуру, Хэрроу. Руководство «Одной планеты» было раздражено, ибо не одобряло раскола в своих рядах, но не считало проблему серьезной.

– А на втором этапе?

– Второй этап начался прямо перед разрывом, точнее говоря, примерно за месяц. Это было два года назад. Хэрроу вдруг поменял тон. Он информировал руководство об одном секретном проекте и призвал начать действовать. Это был прямой шантаж: либо вы со мной, либо я работаю в одиночку. Он утверждает, что располагает всеми необходимыми средствами. Руководство приходит в ужас. Начинаются жаркие споры. Одни утверждают, что он просто блефует. Они полагают, что на Хэрроу не нужно обращать внимания и все само собой кончится. Другие считали, что он говорит правду. В отчетах появляются интересные факты. Так, Хэрроу арендовал суперсовременный офис в Канзасе, стал много ездить и посетил ряд городов не только в Штатах, но также в Индии, Китае и Бразилии. Раньше у него никогда гроша за душой не было, а теперь кто-то его весьма щедро финансировал.

– Ну, и что же они решили в конце концов?

– Победили сторонники статус-кво. Совет постановил игнорировать ультиматум Хэрроу. В то же время его не исключают из организации, чтобы не делать парню липшей рекламы.

– А на третьем этапе лидирует Хэрроу?

– Именно так. Теперь уже он берет инициативу в свои руки. Примерно месяц спустя он объявляет о выходе из «Одной планеты». За два дня до назначенного срока руководство собирается на заседание и принимает решение вскрыть нарыв, Одному из членов совета поручается составить список сторонников Хэрроу, чтобы потом исключить их всех скопом.

– Но все это было бесполезно, потому что Хэрроу уехал…

– Ну да, они просто боялись, что он затянет «Одну планету» в свой дикий проект через кротов, которые могли остаться у него в организации.

Керри помолчала, чтобы придать больше веса тому, что собиралась сказать.

– Все это подтверждает наши опасения: группа Хэрроу действительно планирует действовать совершенно независимо от «Одной планеты». И парень на это способен: кто-то щедрой рукой дает ему средства.

– У тебя есть наводка на этого «кого-то»?

– Из документов понятно одно: ни у кого из группы Хэрроу нет таких финансовых возможностей, так что речь идет о человеке или организации, не имеющем отношения к «Одной планете».

Поль кивнул и задумался. Он встал и подошел к крыльцу, спускавшемуся на лужайку. В материалах Керри зиял один пробел. Она и сама это знала, так что все предшествующее было лишь приглашением к разговору, где должны прозвучать соображения Поля.

– Нигде в отчетах не говорится, в чем суть проекта Хэрроу?

– Нет, – ответила Керри. – Похоже, то, что Хэрроу говорил на совете, нигде не зафиксировано. Они постарались убрать всякое упоминание об этом даже из конфиденциальных документов. Ясное дело, не хотели заслужить обвинение если и не в сообщничестве, то в недонесении о преступлении, поскольку проект Хэрроу конечно же криминальный. Это вытекает из всей его человеконенавистнической идеологии.

– Конечно, – согласился Поль. – Суть дела понятна, но когда начинаешь действовать, надо определить цели, средства и время… Как по-твоему, какой конкретно план он им предлагал? Что могло так напутать боссов «Одной планеты»?

Керри помотала головой. Ей было нечего больше сказать. Оборона никогда не была ее сильной стороной в игре, и Керри решила обратить вопрос к самому Полю.

– У тебя есть мысли на этот счет? Расскажи, что ты накопал на Хэрроу.

– Пойдем, – предложил Поль. – Прогуляемся и подумаем.

Это вошло у них в привычку. Она появилась в не такую давнюю, но уже доисторическую эпоху, когда детей учили опасаться припрятанных микрофонов. О серьезных делах следовало говорить на ходу и на открытом пространстве. Для Керри и Поля такие прогулки быстро превратились в удовольствие. Это был лучший способ избежать служебных ограничений и лишнего любопытства.

– Надо пройти по цепочке с самого начала, – сказал Поль, опуская со лба на нос солнечные очки.

Они стали спускаться по лужайке к пруду.

– Итак. Отец Теда Хэрроу – отпрыск почтенной семьи из Новой Англии. Он разорился и кончил жизнь в нищете из-за неравного брака. Его мать – оторванная от своей среды индианка. Я ее видел. Она живет неподалеку отсюда в Айдахо. Ей крепко досталось в жизни, и она ненавидит весь род человеческий. Она не переносит индейцев, потому что считает их выродившимся народом, а также белых – потому что они ее не приняли. Но больше всего на свете она презирает черных, которые стали для нее воплощением нищеты. Похоже, что все это передалось ее сыну. Молодой Хэрроу водится с индейцами из резервации. Он лепит свое мировоззрение из чего придется, как бездомные подбирают всякий мусор для постройки хижины. Он бежит в Канаду, чтобы не попасть на войну в Заливе. В Ванкувере сближается с какими-то экологами. Они говорят ему о природе, дают читать книги, втягивают в потасовки с полицией. Вернувшись в Штаты, он появляется в «Одной планете», где его грубоватая простота приходится ко двору.

– Похоже, мы все это и раньше знали.

– Согласен, но я же сказал, что хочу восстановить всю картину.

Они подошли к пруду. Между кустами по берегу вилась протоптанная в черной грязи тропинка, огибавшая пруд. Поль и Керри двинулись к ней, продолжая разговор.

– Четыре года назад Хэрроу встречает в «Одной планете» первых бунтовщиков. Они обвиняют руководство в потворстве буржуазному духу. Хэрроу с ними согласен. Членам совета удается удержать власть. Хэрроу остается в «Одной планете», но начинает обдумывать свой план. Прямолинейное мышление и опыт активных действий ведут его к радикальным решениям. Он обладает огромной харизмой и цельностью натуры. Его идеи ужасны. Хэрроу предлагает просто-напросто объявить войну человечеству. Он формулирует свои мысли с невозмутимостью варвара, не раскрывая до времени средств, которые приведут его к цели. Ты и сама заметила, что его ранние тексты окрашены в поэтические тона. Все его образы заимствованы из арсенала индейцев.

Керри начала понимать, что все эти дни в Провиденсе Поль заново делал ее работу. Он постарался устранить пробелы в ее гипотезах и неувязки в доказательствах. Сейчас он предлагал ей новую версию всех тех выводов, которые она изложила на последнем собрании.

– При зарождении группы «новых хищников» Хэрроу ограничивается туманными рассуждениями о зловредности рода человеческого и его бесконтрольного размножения. У него еще нет четкого плана действий. Он без разбора вываливает свои мысли о способах сдержать давление людей на природу. Да здравствует СПИД, детская смертность и войны… Холера уже фигурирует среди прочих напастей, но в то время он не придает ей особого значения. Он вспоминает об этой болезни только метафорически. Но это не простая метафора. Холера, как известно, болезнь бедняков. В отличие от большинства радикалов, Хэрроу не придает большого значения промышленной деятельности человека. Нет, он больше всего боится, что на свете расплодится слишком много нищих. Это не столько итог размышлений, сколько горький опыт прожитой жизни. Именно это я понял из общения с его матерью. Маленький Тед сам жил в бедности. Она пропитала его шкуру, хотя он и умудрился выбиться в люди. Он ненавидит бедняков так, как может их ненавидеть только тот, кто презирает самого себя.