В спортивной медицине накоплено достаточно сведений о том, что очаги инфекции, не проявляющие себя в покое и при обычной нагрузке, активизируются в условиях изматывающих тренировок. При наличии инфекций в организме занятия спортом нередко провоцируют поражение наиболее интенсивно работающего органа – сердца. При нынешнем темпе роста спортивных результатов тренеры сознают, что существует риск того, что уже через пять лет спортсмен может выйти из строя.

12.4. Тактическое мышление спортсменов как вероятностное программирование (тактический риск)

Особенностью многих видов спортивной деятельности является тактическое противоборство, необходимость перехитрить соперника, а это связано с тактическим мышлением спортсменов.

Тактика – это искусство подготовки пути (разработка плана) достижения победы и ведения соревновательной борьбы. Суть тактики состоит в использовании в ходе соревнования специальных знаний и умений, которые, с одной стороны, позволяли бы с наибольшим эффектом реализовать спортсмену или команде свои физические, психические и технические возможности, а с другой – затруднить действия соперников. В ходе планирования тактики определяется совокупность средств и приемов, которые наиболее эффективны в данных условиях соревнования (с учетом не только собственных возможностей, но и особенностей сильных и слабых сторон соперника, погодных условий, турнирной ситуации и т. д.). Вероятностный характер тактического мышления связан с отсутствием достаточно полных сведений о противниках, их замыслах. Поэтому спортсмены и тренеры строят не абсолютный (стопроцентный) прогноз, а относительный, вероятностный. Ведь спортсмены должны учитывать, что соперник тоже готовит им какие-то сюрпризы. Отсюда имеются неопределенность ситуации и риски принимаемых решений.

Построение плана спортивной деятельности применительно к конкретному сопернику связано с прогнозированием будущей ситуации с учетом наиболее вероятных действий соперника. Итогом прогнозирования является построение спортсменом концептуальной модели деятельности, т. е. обобщенного образа-эталона ситуаций и адекватных им действий. С помощью этих моделей спортсмен сначала распознает ситуацию, затем сравнивает ее с ситуациями из прошлого опыта, относит ее к определенному классу и выбирает способ ответа. Построение концептуальной модели позволяет спортсмену принимать быстрые и адекватные решения. Поскольку концептуальная модель деятельности формируется на основе интеграции опыта и знаний спортсмена, у новичков и опытных спортсменов она существенно различается. Выявлено, что у новичков и баскетболистов третьего разряда имеется много ошибок перцептивного опознания, очень продолжительны поисковые операции. При этом новички чаще ориентируются при выборе оптимального хода на случайные признаки. Все это создает риск ошибок в распознавании ситуации и принятия неэффективных решений.

Прогностические способности различаются у представителей разных видов спорта. «Игровики» лучше предсказывают вероятность более редкого события, а спортсмены-единоборцы лучше предсказывают более частые события. Это связано с тем, что в спортивных играх у спортсменов формируется установка на ожидание не только типичных, но и неожиданных событий. В единоборствах же события более предсказуемы.

Мышление в условиях срочного решения задачи и лимита времени обозначают как оперативное мышление. Вследствие быстрой смены ситуаций спортсмен не успевает их классифицировать и искать правильный ответный ход. В этих условиях необходимо пусть даже приблизительное (вероятностное), но мгновенное решение. Поэтому спецификой оперативного мышления является большой удельный вес интуитивных и рискованных решений.

Оперативное мышление связано с феноменом антиципации, т. е. предвидением действий в данный момент. Антиципация у представителей единоборств и спортивных игр осуществляется лучше, чем у спортсменов из других видов спорта. При этом «игровики» лучше предсказывают вероятность более редкого события, а единоборцы – более частого. Это связано с тем, что тактика игры разнообразнее по сравнению с тактикой единоборства (ведь помимо себя и соперника имеются партнеры, действия и позицию которых на поле тоже приходится учитывать), поэтому у «игровиков» постоянно формируется установка на ожидание не только типичных, но и неожиданных событий.

Иногда правильное, казалось бы, решение не дает нужного эффекта, так как спортсмен не учел своего состояния или состояния партнера по команде в данный момент (сильное возбуждение, утомление). Поэтому при принятии решения об использовании того или иного тактического действия спортсмену нужно следить не только за состоянием соперника, но и за своим собственным, и состоянием партнеров.

Принятие тактического решения в ходе спортивной борьбы зависит от прогнозирования спортсменом риска и его склонности к переоценке или недооценке каждой ситуации как рискованной. Принятие же того или иного решения, его быстрота зависит от решительности/нерешительности спортсмена. Колебания спортсмена при принятии решения приводят к двум негативным исходам: либо благоприятный момент упускается, либо у спортсмена, выбирающего, каким ударом поразить ворота соперника, этот удар в итоге вообще не получается.

Риск в принимаемых решениях может быть обусловлен тем, что при оценке действий соперника спортсменами проявляется своеобразный эгоцентризм. Любому сопернику спортсмен приписывает более слабые ходы, чем себе. Причина этого не в легкомыслии спортсмена, а в том, что тем самым спортсмен оставляет себе больший простор действий, больше возможностей для поиска интересных тактических ходов, больше надежд на успешное противодействие.

Список литературы

Абрамова И. Г . Риск в профессии учителя. СПб., 1994.

Абрамова И. Г. Педагогическая рискология. СПб., 1995.

Абрамова И. Г . Теория педагогического риска: Автореф. дис. … д-ра наук. СПб., 1996.

Абрамова И. Г. Риск в педагогической деятельности: теория и практика // Магистр. 1999. № 5.

Абрамова И. Г. Риск – источник самодвижения // Классный журнал. 2001. № 2.

Абрамова И. Г. , Белякова Л. Ю . Менеджмент педагогического риска. СПб., 2005.

Абрамчук В. А. Риски в бизнесе, менеджменте и маркетинге. СПб., 2002, 2006.

Абчук В. А . Теория риска в морской практике. Л., 1983.

Абчук В. А. Принятие решений в условиях неполной информации. Л., 1987.

Агапеев В. Е. , Розанцева Д. Н. Риск как основание защиты имущественных интересов граждан – участников дорожно-транспортных происшествий // Права и свободы советских граждан и роль милиции в их обеспечении: Сборник научных трудов Московской высшей школы милиции МВД СССР. М., 1981.

Адмиральская И. , Джавоева И. , Петровский В. Фактор риска // Наша психология. 2009. № 5.

Азаров В. Н. Стиль действования: импульсивность – управляемость // Вопросы психологии. 1982. № 3.

Азаров В. Н. Анкетная методика измерения импульсивности // Новые исследования в психологии. 1983. № 1.

Азаров М. В. Идентификация категории отношения индивидуума к риску // Аспирант и соискатель. 2004. № 2.

Аксенова О. Е. Синдром школьной дезадаптации у детей младшего школьного возраста // Психология ХХI века: Материалы Международной межвузовской научно-практической конференции студентов и аспирантов. СПб., 2003.

Александрова Л. А . Психологические ресурсы адаптации личности к условиям повышенного риска природных катастроф: Автореф. дис. … канд. наук. М., 2004.

Алексеева Е. Е. Взаимоотношение педагогов и детей в дошкольном образовательном учреждении: Материалы III съезда Российского психологического общества. СПб., 2003. Т. 1.

Алешина Н. А. Формирование представлений об объектах экологического риска при обучении подростков принятию решений в учебных ситуациях: Автореф. дис. … канд. наук. М., 2009.

Альгин А. П. Новаторство, инициатива, риск. JI., 1987.

Альгин А. П. Риск и его роль в общественной жизни. М., 1989.