Всего для организации питания в пути требовалось пять тысяч тонн хлеба и 500 тонн мяса. В индивидуальном потреблении это составило чуть больше десяти килограммов хлеба и одного килограмма мяса на человека на весь срок перевозки, которая длилась от 10 до 23 суток.

Оперативный состав на весь путь следования обеспечивался сухим пайком из расчета суточной нормы хлеба — 300 г., сухарей — 200 г., консервов мясных и рыбных — по 150 г., сахара — 35 г. и чая — 2 г.

Это переселение обошлось стране в 150 миллионов рублей. На эти деньги можно было бы построить около 700 танков Т-34. (Напомним, что на первый день войны Советский Союз имел 1860 танков всех типов.)

Но свершилось то, что свершилось.

Одним из последних, как и обещал Берия, Чечено-Ингушетию покидал эшелон с руководящими работниками республиками и религиозными авторитетами. Погрузку их вещей и отправку проводили без конвоя. В пути высокопоставленных переселенцев сопровождала лишь группа оперработников. Станция назначения — город Алма-Ата.

В этот же день Берия направил на имя Сталина последнюю шифртелеграмму.

А в Казахстане и Киргизии уже заканчивалась подготовка к приему спецконтингента.

Совершенно секретным постановлением Государственного Комитета Обороны (ГКО) для обеспечения переселенцев продуктами питания выделялось шесть тысяч тонн муки, три тысячи тонн крупы. Сельхозбанк получил указание выдать спецпереселенцам ссуды на строительство домов в размере пять тысяч рублей на семью с рассрочкой до 7 лет.

По постановлению СНК СССР, каждая депортируемая семья кроме зерна должна была получить по одной голове крупного рогатого скота в счет погашения долга за оставленный на родине скот и зерно.

К моменту прибытия эшелонов было подготовлено более 75 тысяч помещений, пригодных для жилья, причем 60 тысяч — за счет уплотнения местного населения. Как правило, каждая семья переселенцев получала отдельную комнату, 60 процентов наделялись земельными участками. Для санитарной обработки прибывших было оборудовано 11 тысяч бань, мобилизовано 2100 медработников.

Последний эшелон СК-268 прибыл к месту своего назначения на станцию Риддер Томской железной дороги 20 марта. А уже на следующий день на столе и Берии лежала докладная записка. В ней отмечалось, что было отправлено 180 эшелонов с общим количеством переселяемых 493 269 человек. В пути следования народилось 56 младенцев, умерли 1272 человека, что составляет 2,6 на каждую тысячу перевезенных. (Смертность в ЧИ АССР за 1943 год составила 13,2 на 1000 жителей.) В лечебные учреждения было направлено 285 больных. По причине заболеваемости сыпным тифом пришлось отцепить 70 вагонов (2896 человек) для санобработки. При нападении на конвой убит один и при попытке к бегству ранено два спецпереселенца.

И здесь НКВД перевыполнил план, переселив на 33 783 человека больше, чем планировалось.

Как и полагается, за образцовое выполнение заданий партии и правительства, большое количество участников операции было представлено к правительственным наградам. Начальники оперативных секторов Аполлонов, Кобулов, Круглов, Серов, нарком госбезопасности СССР Меркулов и начальник ГУКР «Смерш» Абакумов удостоились орденов Суворова первой степени.

До сих пор не могу понять, почему для награждения был выбран этот орден. Уж не потому ли, что именно Суворов засадил в железную клетку и привез в Москву смутьяна и бунтовщика Емельку Пугачева?

Вот так была окончена операция «Чечевица» — выкошена трава и с корнем вырваны из родной земли люди.

Только 19 января 1957 года была восстановлена Чечено-Ингушская АССР.

Уже находясь в Чечне во время первой и второй войн (или, как их называли в официальной печати — контртеррористических операций), я часто вспоминал документальные цифры и факты, связанные с проведением спецоперации «Чечевица». Не этой ли историей полувековой давности объяснялась жестокость нынешних бандитов, захватывавших заложников, отстреливавших пленникам пальцы, рубивших головы даже иностранцам. Безусловно, у злости и ненависти много причин. Многие обусловлены современными глупостями и политическими «загогулинами» власти, но есть, по крайней мере, одна родом из прошлого. Ведь у любого народа на социальную несправедливость долгая память. А у чеченцев, где каждый знает и помнит своих предков едва ли не до седьмого колена, это проявляется особенно сильно. И в мыслях нет попыток оправдывать бандитов. Просто хочу понять истоки этой ненависти и хоть как-то предупредить то, чтобы она больше не повторилась.

Нигде и никогда.

За время своей командировки в Чечню, которая длилась без малого год и пришлась на самое жаркое время второй войны, мне много пришлось узнать об этой республике и ее жителях. Разное приходилось слышать. И хорошее, и плохое. Вместе с правнуком Льва Николаевича Толстого — Владимиром Толстым в июле 2001 года специально приехали в станицу Старогладовскую, чтобы посмотреть, что осталось от дома-музея величайшего русского писателя. Рискованная была поездка. От музея, увы, осталось немного. Но главное — в пламени двух войн уцелел дом — бывшая школа восьмилетка, построенная еще в 1913 году. Конечно, большинство экспонатов расхищено, музей был закрыт. Директор Хусайн Загибов рассказал нам, как, рискуя жизнью, спасал самые ценные экспонаты. Так и было: бандиты грабили, люди, которым дорога история, спасали. И те, и другие — представители одного народа, может быть, даже одного тейпа.

Впрочем, это тема отдельного очерка. Просто вспомнил эту историю в связи с тем, чтобы лишний раз напомнить старую истину: нет плохих народов. Но на уровне обыденного сознания ксенофобия, нетерпимость к другой нации зачастую складывается потому, что о плохом говорят больше и громче. Поэтому расскажу не просто о хорошем, а об удивительном человеке. К сожалению, сейчас даже в Чечне о нем знает далеко не каждый. Чего уж говорить о россиянах…

За подвиги, совершенные в годы Великой Отечественной войны, всего шесть воинов-чеченцев стали Героями Советского Союза. Но их могло быть гораздо больше. Просто после февраля 1944 года, когда в одночасье весь народ Чечено-Ингушетии был выселен с обжитых мест, наградные документы чеченцев клали «под сукно», а о совершенных ими героических поступках будто забывали. Лишь через многие десятки лет справедливость восторжествовала, и герои получили заслуженные награды. Увы, далеко не все. Ну, например, кто сейчас помнит, что среди героев-защитников Брестской крепости было 200 бойцов и командиров из Чечни? Они погибли все до одного, выполнив свой воинский долг. Никто из них не струсил, никто не сдался врагу. К глубокому сожалению, их имена до сих пор не известны. И только в Чечне еще можно услышать об этих людях.

Спросите у ветеранов-фронтовиков: какие ассоциации вызывают у них эти три слова? И в девяти случаях из десяти вам расскажут байку о том, как в годы Великой Отечественной войны чеченцы хотели подарить Гитлеру белоснежного красавца коня, за что и были депортированы Сталиным. Это лишний раз иллюстрирует факт, насколько живучи слухи, даже если под ними нет абсолютно никакой реальной исторической основы.