Нет, нет! Лира не собиралась убивать Руфину! Она бы просто изгнала девушку. За пять лет, прошедших с момента обращения охотницы, она ни разу не решилась на убийство. В Прэсто, курортном местечке к югу от столицы, где она коротала вечность последние четыре года, летом было много отдыхающих семей со скучающими детьми-подростками, и скучающая вампирша собрала маленькую компанию, вроде клуба по интересам. Дэви временно покинул свиту, он издавна отводил думам несколько лет одиночества, и бессмертные развлекались, как могли... Скоро по Прэсто пошли слухи о клубе самоубийц, впрочем, не имевшие под собой реального основания. Да, интерес учредительницы был лишь один - живая человеческая кровь, но юная вампирша не убивала никого из участников, она по-прежнему не нуждалась в большом количестве крови. Семеро по очереди дарили Лире капли своей жизни за одну возможность общения с настоящим вампиром. Число семь было не случайно - таким образом Лира составляла себе меню на неделю. В то время как еда льстила себе сравнениями с семью чудесами света и семью планетами древности...

   Сейчас троих из компании здесь не было. Давид, студент, отсутствовал довольно часто. Лаура - талантливая поэтесса и музыкантша, лежала в постели, ослабевшая от болезни, над лечением которой её родители бились не первый год. А легкомысленная Калери гуляла где-то...

   Лира увлеклась рассказом больше собравшихся. Голос бывшей охотницы постепенно наполнился эмоциями, зазвенел:

   - В год Восьмого Бала Карды Бенедикту Гесси удалось собрать ополчение и он пошёл к замку герцогов Дэви, желая разгромить главное убежище вампиров старой столицы. С ним шли профессиональные охотники на вампиров и простые смертные со всей Термины. Это была последняя, уже безумная попытка изгнать carere morte из их цитадели. "Argento soleque" начертал Гесси на своём щите. Кто знает значение этих слов?

   - Серебром и солнцем, - сказал Адриан, а Эрин добавила:

   - Девиз охотников на вампиров.

   - Девизом охотников эта фраза стала позже, в Доне. А тогда... последняя крупная битва цитадели бессмертных была краткой, но жестокой. В сумерках армия вошла в замок Дэви. Тогда и выяснилось, что carere morte среди защитников крепости не было.

   Адриан усмехнулся, угадывая окончание истории.

   - Убитые были челядь и охрана герцога. Они сражались, находясь под чарами carere morte. Самого Альбера Дэви и его семью найти не удалось. Гесси предположил, что они бежали подземным ходом, и отправил отряд на поиски герцога. Охотник опасался за жизни смертных, ибо Владыка вампиров, Александр Дэви, давно объявил войну своему отцу... Герцога Альбера нашли в пещерах под замком. Они надеялись сбежать на лодках по подземной речке.

   - Стигий, - вставила Руфина.

   - Стигий... - Лира усмехнулась. - Герцог был мёртв, вся его семья также. Владыка вампиров настиг их прежде Ордена. Он выпил кровь из сердца отца - так ещё Первый вампир, Макта, поступал со своими врагами.

   - Разве бессмертные не стремятся сохранить свой смертный род? - спросил последний участник собрания, Марк. Он был любимым донором вампирши. Энергичный, весёлый... Принимая его кровь, Лира на несколько часов обретала его силу и уверенность.

   - Это был не тот случай! Владыка мстил своему отцу. Дэви принял бессмертную кровь и стал вампиром только чтобы защитить жену и сына - единственных, дорогих ему людей. Но младенец заболел, и Альбер нарочно промедлил с помощью. После смерти дитя, не достойного, по его мнению, титула герцога, он прогнал жену Владыки и она сгинула, - Лира сделала краткую паузу, ей нужен был воздух для новых слов. Эрин, едва дождавшаяся этого момента, выпалила:

   - А Разрушенная башня?

   - А! Башня обрушилась во время штурма. И она сыграла роль в окончании последней битвы Карды! Едва пробило полночь, carere morte, дотоле скрывавшиеся в пещерах под "Тенью Стража", вышли на охоту. Вампиры убили почти всех захватчиков, немногим охотникам удалось спастись. Carere morte поднимались через разрушенную в дневной битве башню, и их было так много, что казалось, из башни как из трубы валит густой чёрный дым... Среди вампиров были и убитые днём обитатели замка - Владыка вампиров Александр Дэви сам обратил их куклами, сделав последних из рода своими рабами. Потом он жалел об этом. Дэви понял, что закрыл для себя двери в вечность смертных. До сих пор он с завистью смотрит на Калькаров и Лакусов - на тех, кто видит поколения своих потомков.

   Лира замолчала. Освещенные светом свечей, лица её слушателей казались красивыми и умиротворёнными.

   - Этот любопытный эпизод в истории позапрошлого века объясняется ссорой двух знатных родов Карды - Дэви и Гесси, - заметил Марк.

   - Неудивительно. Историки и перенос столицы в Дону из Карды объясняют интригами министров Короля.

   - А что там случилось на самом деле? - со смешной серьёзностью спросила Эрин.

   Взгляд вампирши скользнул по рисунку в её альбоме.

   - Об этом в следующий раз, - сказала она.

   Собравшиеся молчали, но Лира ощущала на своём языке вкус их сотен вопросов, недоумений, впечатлений. Вампирша решила не обманывать их ожидания.

   - Многих интересует вопрос, считаются ли carere morte живыми или же они умирают в момент обращения, - тихо сказала она. - Я скажу. Если под жизнью понимать совокупность химических реакций происходящих в организме, то, безусловно, лишённые смерти не лишаются жизни при инициации. Некоторые жизненные процессы, такие как дыхание, в их теле прекращаются, но остановка дыхания ещё не значит смерть. Многие мельчайшие живые существа также не нуждаются в кислороде. А сердце у вампиров бьётся. Различие со смертными состоит в гораздо более медленном ритме - вплоть до почти полной остановки у голодного Высшего. Подобно сердцу у carere morte начинает функционировать и расширенный сосуд, несущий тканевую жидкость, в области поясницы. Carere morte обретают большую физическую силу, их слух, зрение, особенно, ночное - необыкновенно обостряются. Но также много они теряют. Многие органы тела бессмертного подвергаются обратному развитию. Внешняя привлекательность бессмертных - это только чары, истинный их облик болезненный, бледный. Вампиры бесплодны, но бессмертны и таким образом причастны вечности. Они живы, а не мертвы, иначе не было бы легенды о Даре, способном исцелить их от проклятия... - Так говорили в Ордене охотников.

   Руфина поморщилась. И Марк тоже. Всё, что так или иначе касалось Ордена охотников, не задерживалось в их головах. Этих юных интересовало только одно... -

   - Что о вампирах думают вампиры? - спросил Адриан.

   Довольная удесятерившимся вниманием аудитории, Лира приготовилась начать, как вдруг внизу раздался стук в дверь.

   Адриан вскочил, бросился отворять. Вампирша не остановила его. В Карде, в Доне за такую опрометчивость они могли бы поплатиться жизнью - но не здесь. В Прэсто Лира не боялась нетерпеливых стуков в дверь. Курортный городок был чист как от вампиров, так и от служителей Ордена.

   Тем более, что этот стук был знаком вампирше.

   Опоздавшая девушка молча скользнула в комнату. Её звали Калери Тензис, и она была самой старшей в компании. Её жесты, движения были по-кошачьи мягки и развязны. Небрежно одетая, с неприбранными мелкими чёрными кудряшками волос, дама сомнительного рода занятий - она и раздражала, и притягивала Лиру. Она единственная позволяла себе появляться на собраниях с сигаретой, с расширенными от морфия зрачками или вовсе нетрезвой, пользуясь привилегией старейшей участницы. Калери знала и предыдущие две группы, собранные вампиршей в первые годы в Прэсто. Сейчас двое из тех милых ребят пополнили ряды carere morte, вызвав новые толки о "клубе самоубийц", остальные разъехались по домам. Осталась только Калери. Вампирша привечала её и не гнала. Даже когда кровь девушки была безнадёжно испорчена очередной гадостью, Лира всё же пила её. Через эту кровь она приобщалась к суматошной, яркой, богатой впечатлениями жизни смертной. Она пила её вино и её коньяк, грезила от её морфия, болела её болезнями... а потом, постанывая от брезгливости, брала Марка или Давида, чтобы разбавить, растворить до полного исчезновения дрянную кровь потаскушки.