ГЛАВА 13

Ночь была с голосами, что звали его, манили за границей света его свечи. У его локтя точки огня сияли от изогнутых листьев Ветви. Марлен думал, что с ней рядом будет спокойнее. Но ее сияние было холодным. Это был лишь предмет. Он мог ее растопить.

Он сидел за большим столом в своем кабинете в новом доме у дворца. Марлен не спал один с детства, у него никогда не было столько своих комнат. Это было честью. Комнаты с высокими потолками и длинными окнами, впускающими свет луны, казались пещерами от тишины.

Он писал при свечах, как во время учебы, и Марлен тщетно искал чистоту того времени. Песня была в голове такой ясной в ночь его победы, а теперь казалась хрупкой, бледным мотыльком вне досягаемости. Он отодвинул бумагу и взял одну из книг, купленных в тот день на ярмарке. Деревянная обложка и старые пожелтевшие страницы. Он листал ее как можно осторожнее.

«Что он знает? — думал лихорадочно он, убирая пальцами волосы с глаз. — Как он мог сделать такое? Только если знает то, чего не знаю я».

Книга казалась бредом: гадание, порталы и ритуалы. Он знал идеи, но не читал серьезно пыльные концепты. Тут мог быть ключ к тому, что задумал Дариен, куда он собрался. Вряд ли Дариен Элдемур пошел бы за легендой. Он был не таким. Но он пообещал это всему Тамриллину. И пропал, хоть Марлен пытался найти его ради Никона.

Этой цены ждали от него, это был путь к вершине, о которой он давно мечтал.

— Ты поведешь скромный отряд стражи замка, — сказал лорд Геррард опешившему Марлену прошлой ночью. — Король хочет, чтобы будущий придворный поэт доказал ему так верность. Известно, что Дариен был твоим другом. Друг стал изменником.

— Я уже предал их, — Марлен выдавил улыбку. — Мы больше не друзья.

— Ты предал его, прости уж, гадким образом, — сказал Никон Геррард. — Ты разрушил ему карьеру ради своей выгоды. Ты должен доказать, что готов наказать его за оскорбление Короны, — он склонился и впился в Марлена взглядом. — Это не все, конечно. С местом придворного поэта придет много силы. Я хочу увидеть, можешь ли ты применять власть.

Разум Марлена был в хаосе. Теперь ему стало лучше, и он был в ярости. А как же искусство? Что насчет него? Он подавил желание порвать книгу на куски.

Придворный поэт сказал еще кое-что, прежде чем отпустил Марлена:

— Опасно, если распространятся слова Валанира Окуна и Дариена Элдемура. Тогда вновь откроются двери, что должны быть закрытыми ради безопасности королевства.

Снова откроются двери. О чем Никон Геррард? Все легенды, все о чарах, что Марлен послушно учил на уроках истории в Академии… были лишь выдумкой. Что хотел передать придворный поэт? В них была толика правды?

Это было не самым важным вопросом. Ему нужно было найти Дариена, и он станет придворным поэтом. Весть уже летела к поместьям Хамбрелэй, чтобы родители узнали о его победе. Было подвигом для младшего сына выиграть Серебряную ветвь, получить отряд стражи под руководство. Даже лорд Хамбрелэй должен был признать это.

Ничего, если он не признает. Старый пень давно определил курс Марлена. Поиск Дариена будет последним не выверенным шагом, что он себе позволит. И он начнет заново. Может, даже сможет управлять событиями, чтобы спасти жизнь Дариену. Он не видел Мариллу со дня конкурса, но и не хотел. Она и ее отец были тьмой в голове Марлена, что усиливала тень в его сердце. Он мог избежать этой тени, когда закончит делать то, что должен. Время еще есть.