Я не трогала Фунчозу. Я понимала, что ему нужно время, чтобы снова обрести самообладание.

Но тут Полковник Триггер ворвался в штаб с таким порывом, словно хотел наброситься на нас и придушить голыми руками, мы все как ужаленные подскочили с мест.

Я тут же рефлекторно выставила вперед кулаки. На Полковника Триггера! А потом немедленно убрала их, пока он не видит. Не поймите меня неправильно, но сегодня мои рефлексы прошли такую адскую проверку, когда зомби выбегали слева, справа, валились сверху с крыш, что мои мышцы до сих пор были напряжены и дергались от всякого резкого звука.

- Ну что? Наигрались в куклы-домики? — заорал он так, что эхо отскочило от стен, и его вечный стакан, стоявший на столе напротив кресла, завибрировал.

Командиры тут же вытянулись в струнки. Мы, сержанты, тоже. Но порасслабленнее, нам-то достанется меньше, чем лидерам.

- Жизнь на базе надоела? Ну тогда валите с нее к чертям собачьим! Я даже ради вас сделаю исключение из Протокола, и вы пойдете зимовать в ваши великолепные леса и деревни с чудными пейзажами!

Триггер подошел к Фунчозе.

- Думаешь, легко отделаешься, свалив все на Тессу? Черта с два, идиот! Пусть уж лучше Генерал ее винит во всех бедах, нежели узнает, что вы пытались бунтовать!

Фунчоза вдавил голову в плечи, но это вряд ли защитило бы его, если бы Полковник захотел ее откусить.

- Думаете, мне стыдно за ваш бунт?

Триггер оглядел все присутствующих и свирепел с каждой секундой, что наши рожи раздражали его.

- О да! Будьте уверены, мне за него очень стыдно! Но вовсе не потому что он возник! А потому что вы даже нормальный бунт организовать не можете!

Тут уже командиры уставились в пол. А вы что думали? Фунчоза за всех один будет отдуваться? Вот вам, пожалуйста, получите и распишитесь за последствия ваших действий.

- Посюсюкали там, похрюкали, поплакали, пожаловались мамочке, чтобы нос утерла! Вот, что это было! Детские сопли! — ревел Триггер.

Я впервые видела его в таком актерском амплуа. И он мне даже понравился. Триггер всегда такой сдержанный и рассудительный сейчас же потерял всякое выдрессированное самообладание и рвал и метал, готовый нас не хуже зомби в клочья порвать.

И вот мне интересно, он так бесится из-за потерянных двадцати солдат? Или за потерю одного конкретного человека? Или за то, что мы его конкретным дураком перед Генералом выставили? Теперь ведь уже и не узнаешь, было ли у него что-то с Тессой.

Фунчоза говорил, что он — старый, она — страшная со всеми своими шрамами от ожогов на пол лица, нашли будто бы друг друга.

- Чертовски дрянной из тебя командир, Тормунд! И я хочу, чтобы ты это знал! Ты — самый худший из всех собранных здесь командиров! Ты тупее всех собранных здесь сержантов! Ты даже хуже Рафаэля, который тупой не по своей вине, а потому что природа его таким задумала!

Видно было, как Фунчоза начинал краснеть. Еще бы. Как выдержать такой позор — унижение перед твоими подчиненными, унижение перед твоими товарищами? А ведь еще утром мы думали, что станем героями.

Жизнь — сучья дрянь. Она кидает с верхушки на дно за одну секунду, и смотрит, как ты выстоишь перед такими ударами, веселится.

С минуту Триггер молча расхаживал по штабу. Мы продолжали стоять, не шелохнувшись, как живые памятники. Мы даже дышать боялись. Триггеру, как и всем нам, надо было просто пережить это событие. Ему бы еще и остыть не помешало.

- Калеб! — заревел он.

Нет, остывать ему еще долго.

- Да, сэр! — Калеб тут же вытянулся по швам.

- Что с Тессой? Я имею в виду, как вы потеряли командира?

Калеб дал себе секунду на подбор слов.

- Она не успела эвакуироваться, — ответил он.

Честно сказать, мы до сих пор не знали, как погибла Тесса, в какой момент. Там такой хаос был, что не удивлюсь, если я случайно задела ее Петушком.

- Что ж, — процедил Триггер сквозь зубы и сощурил глаза, вглядываясь в замершее лицо Калеба, — надеюсь, ты будешь не настолько тупым командиром, как твой предшественник.

Никто не удивился новому назначению в Маяке. Но все удивились тому, как он выругался на Тессу. Может, у них и впрямь не было ничего, а мы зазря ее донимали идиотскими шутками? Мне вдруг еще стыднее стало перед ней.

- Отныне ты являешься командиром отряда специального назначения Маяк! Вот тебе гребанная Библия, давай клянись живо!

С этими словами Триггер вытащил из шкафа растрепанную книгу, на которую они все клялись честно и достойно исполнять роли командиров, пока смерть не разлучит их или что-то в этом духе.

Триггер громко хлопнул книгой о стол, наверное, пытаясь пробить в нем дыру насквозь.

- Я…я, — начал Калеб, но замялся.

- Чего ты-ты? Как ты будешь командиром, если двух слов связать не можешь? — неистовствовал Триггер.

- Я не знаю слов клятвы, сэр! — произнес оторопевший Калеб.

- Ну так придумай что-нибудь! Вы же тут все мастера по части выдумки всякой чепухи про волшебные деревни с кисельными берегами и супер сильными кровососами, переворачивающими БМП!

Калеб сглотнул.

- Клянись, давай! Долго я буду ждать? — орал Триггер.

Калеб подошел к столу, взял потрепанную Библию и замер, ища поддержки. Библия не должна касаться поверхности во время дачи клятвы, ее надо держать навесу. Но Триггеру походу было начхать. Подоспела Бриджит с красными опухшими глазами. Вот же дерьмовая у них участь. Они друга потеряли, а Полковник так изгаляется над ними! Ублюдок! Я вдруг стала проникаться глубоким чувством сопереживания всему Маяку, хотя еще три часа назад он меня жутко бесил.

Калеб приложил ладонь к сердцу, вторую положил на Библию, которую Бриджит держала с каменным лицом безразличного мертвеца.

- Я клянусь соблюдать Протокол военной базы и строго выполнять приказы моего Полковника и Генерала…

Калеб оглядел нас всех, он понятия не имел, что говорить и сочинял нечто подобное стандартной командирской присяги.

Но тут рядом стоявшая Ляжка шепотом напомнила ему вторую часть клятвы, и Калеб закончил:

- Клянусь достойно исполнять воинский долг, мужественно защищать базу и всех ее жителей от внешних и внутренних угроз.

- Аминь, твою мать! — воскликнул Полковник.

Он выхватил Библию из рук Бриджит, открыл дверь шкафа и бросил старую книгу так, словно ненавидел ее всю жизнь. Даже не так. Словно она ему всю жизнь испортила. В самом деле, какие у него проблемы с религиями?

- А теперь вернемся к тому, что произошло там сегодня! Сколько было зараженных?

Мы стали переглядываться. Мы до сих пор не знали точную цифру.

- О, не говорите, что вы считать разучились! Я вот настолько близок, чтобы вас всех арестовать и на ваше место взять более лояльных солдат! — с этими словами он посмотрел на Фунчозу. — Может, они будут тупые, но, по крайней мере, они будут четко выполнять мой приказ!

Фунчоза продолжал смотреть в пол.

- Хотите и дальше служить в отрядах? Так делайте то, что я вам прикажу! Сказал пристрелить — стреляешь! Сказал пощадить — убираешь свой палец нахрен с курка! Сказал бежать — бежишь до тех пор, пока сердце не остановится! И если я сказал, что деревня — под зачистку, значит, идешь и зачищаешь!

Он снова перешел на крик. Я все ждала, когда этот стакан на столе треснет.

- А теперь для особо тугоумных, и это не Рафаэль, повторяю свой вопрос: сколько было зараженных?

Я даже оглохла от его ора.

- Триста… может триста пятьдесят, сэр. Мы не смогли точно сосчитать, — ответил Антенна.

Наконец Триггер замолк. И эта тишина была какой-то неестественной. Как и застывшая поза Триггера. Он словно анализировал, услышал ли эти слова в реальности или же они ему показались?

- Повтори, — уже спокойнее произнес Триггер.

- Около трехсот. Может, чуть больше. Мы не можем сказать точно.

Триггер сверлил Антенну взглядом следователя, ведущим допрос, который точно уверен, что преступник врет. Но потом он оглядел нас всех, и мы смотрели на него глазами верных псов. Пожалуйста, поверь нам. И прекрати так пронзительно орать. У меня голова болит. И еще я есть хочу.