- Под эти шаблонные пророчества можно всех людей подогнать, и будет правильно... И при чем здесь загробный мир?

- Да, но ведь не все люди родились в апреле. А еще смотрите, что здесь сказано: "Друзей следует искать среди лиц, рожденных между 24 июля 24 августа, под знаком Льва". А вы знаете, что я родилась 25 июля? Значит, самим провидением мы уготованы один для другого.

"А может, это она так хитро и тонко улещает меня на женитьбу? - подумал я с опаской. - Только этого еще не хватало! Связаться с такой мамзелью, с ее коврами и феями! Бр-р-р! Пропал тогда человек! - Меня даже передернуло при этой шальной мысли. - Отколоситься не успеешь, а уж завянешь навсегда!"

Почему вы молчите, а, Василь? Да не глядите на меня так ужасно, я могу в обморок упасть.

- Это все чепуха!.. Суеверия... бред, - проговорил я уверенно. - Люди, у которых ничего больше в этой жизни не остается, выдумывают себе какой-то другой мир.

- Почему же бред? Ох, нетерпимый вы! К моему папе приходят инженеры на спиритические сеансы. Они крутят в темноте такой маленький столик и вызывают духов. Им уже явился дух Наполеона, и даже Навуходоносор с ними разговаривал!

- Знаем мы эти фокусы! - сказал я и от души рассмеялся. - У нас в Подолии, поблизости от моего города, однажды "калиновское" чудо стряслось. Теткам померещилось, что из ран жестяного изображения Христа на придорожном столбе кровь течет. Отсталые, темные люди, как на ярмарку, повалили к тому кресту. И что вы думаете? Приехала комиссия, проверила и выяснила, что все это попы нарочно подстроили, чтобы народ мутить, против Советской власти его настраивать и деньгу при этом зашибать!

- Экий вы Фома неверующий! - сказала она с раздражением. - Я не знаю ничего о вашем чуде, а вот голос Навуходоносора у нас все явственно слышали.

- Скажите, он случайно не передавал вам привета от дочки Рогаль-Пионтковской из Лондона? Как там, чарльстон в моде? - съязвил я.

В эту минуту на пороге "гнездышка" вырос Андрыхевич.

- Прошу! - сказал он и широко отбросил руку, давая нам дорогу.

Стол был накрыт. В тонких кувшинах, стоявших на скатерти с какими-то вензелями, пенилось темное пиво. Перед каждым прибором высились хрустальные бокалы на тоненьких ножках и лежали салфетки. Под боком у одного из кувшинов с пивом приютился маленький пузатый графинчик такого же красного граненого стекла, как и лампадка, что теплилась в комнате Лики. А посреди стола возвышалось полное блюдо пунцовых дымящихся раков с длинными, свисающими усами.

"Вот это раки, да! - подумал я, усаживаясь. - Не те коротышки, что ловили мы возле свечного завода. Такой как вцепится в икру - держись!"

- Пока эти звери остынут, предлагаю закусить осетриной! - сказал Андрыхевич, усаживаясь против меня.

Тут я заметил на другом блюде продолговатый пласт белой рыбины, залитый густым желтоватым соусом и обложенный дольками лимона.

Я пригвоздил рыбу вилкой и начал резать ножом. И вдруг заметил, что Андрыхевич с дочерью переглянулись. Видно, я сделал что-то непотребное. Анжелика быстренько приложила к губам палец, давая знать отцу, чтобы он мне ничего не говорил. Инженер лишь молча ухмыльнулся и бровями шевельнул. Разыгравшийся было после катанья на лодке аппетит сразу увял. Я силился догадаться, какую именно допустил оплошность, и не мог.

- Водочки под осетрину, а, молодой человек? - предложил инженер, приподымая пузатенький графинчик с притертой пробкой.

- Спасибо! Водки не пью, - сказал я глухо и, чуя недоброе, отложил на скатерть вилку.

- Хвалю! - сказал Андрыхевич. - Водку с молодых лет пить вредно, ибо она яд! - И тут же, шевеля мохнатыми бровями, налил себе полную рюмку этого "яда" и проглотил ее одним махом.

Отдышавшись, инженер заметил мои колебания и посоветовал:

- Раков, молодой человек, берут руками. Бросьте нож и вилку и работайте смело, не стесняясь.

Эх, была не была! Я протянул руку и взял с блюда самого большого рака, но не успел положить его к себе на тарелку, как откуда ни возьмись появилась служанка Даша в кружевной наколочке и сменила мою тарелку на чистую. "Интересно, она в профсоюзе "Нарпит" состоит или они эксплуатируют ее тайно, без трудового договора?" - подумал я.

И вот огромный рак лежит передо мной, но как его полагается есть в "приличном обществе", я не знаю. То ли дело было лакомиться раками на лугу у свечного завода! Выхватишь, бывало, такого рака двумя прутиками из кипящего казанка и давай его ломать тут же, у костра, швыряя в огонь красную шелуху.

Андрыхевич ел с какой-то торжественностью, словно он действительно священнодействовал, как сказала Лика. Сразу было видно, что еда занимала далеко не последнее место в жизни этого барина.

- Раки - моя слабость! - сказал Андрыхевич, разгрызая клешню. - А в соединении с настоящим бархатным пивом они дают прекрасную вкусовую гамму, и налил мне в бокал черного, как деготь, пива. - На какую же тему вы спорите с молодым человеком, дочка? - спросил он.

- Василь собирается мир перестроить, а я его отговариваю.

- Да что ты говоришь! Это интересно. Кто был ничем, тот станет всем? Из грязи да в князи? Так следует понимать означенную перестройку? - И Андрыхевич, прищурившись, глянул на меня.

- Да! - сказал я, отодвигая в сторону шейку рака и стараясь быть спокойным. - Ну, а вам хотелось бы, чтобы все было по-прежнему: сотня капиталистов наживается на труде миллионов... так, что ли?

- У того, кто стал всем, способностей не хватит и знаний кот наплакал.

- Напрасное беспокойство. Научимся. Будем бороться и учиться.

- Однако способности человеку от бога даются. Они врожденные и переходят из поколения в поколение! - уже сердился инженер.

- А вы думаете, у рабочего класса нет способностей?

Лика засмеялась и сказала:

- Я говорила тебе, папочка, - спорщик отчаянный. Чувство противоречия развито у нашего гостя удивительно сильно.

- Погоди, дочка! Это даже интересно. Итак, вы, сударь, спросили меня: есть ли способности у рабочего класса? Вне всякого сомнения! Не будь у русских мастеровых способностей, я бы избрал себе другую профессию. Ибо каков смысл работать инженером, когда нет способных исполнителей твоих замыслов! Но, понимаете, для того чтобы в рабочем классе развивались оригинальные, самобытные таланты, ему нужна техническая интеллигенция! А где вы ее возьмете?