— Вы же, братья, займетесь нашими гостями, — хранившие до этого молчание придворные зашептались. — Об этом инциденте за пределами дворца никто не должен знать!

— Верховный… но что же нам делать? Их слишком много. — Неуверенно подал голос Атул тор Шлис, жрец третьей ступени. Возвысился он совсем недавно и еще не заслужил право отказаться хотя бы от одного из своих имен, что считалось невероятно почетным. Так, например, жрецов первой ступени именовали исключительно по имени. Верховный же не нуждался и в этом.

— Жрец Атул тор Шлис, меня не волнуют ваши проблемы! — рассерженной змеей прошипел Верховный, яростно сверля незадачливого оратора взглядом. Тот попытался съежиться до размеров мышки и проклинал свой длинный язык. — Хоть память стирайте, хоть в тюрьму сажайте!

Сказав это, мужчина окинул мрачным взглядом замерший зал и стремительно удалился.

А в это время Граф Нардан тер Ибрис судорожно пытался найти ответ на извечный вопрос: «Что же делать???».

Все так же прижимая к себе заложника и держа нож у его горла, он стоял посреди скудно освещенного коридора и думал. Светлые мысли и идеи почему-то не появлялись, и дальнейшие действия скрывались в дымке неопределенности.

— Если вы уберете оружие и выпустите меня, я смогу вам помочь.

Нардану потребовалось несколько секунд для того, чтобы осознать простой факт — кроме него и Ариашари в коридоре никого не было. Следовательно, негромкий спокойный голос мог принадлежать только его заложнику.

— М-м…. Ну и чем же ты мне можешь помочь? — граф из последних сил старался не показать своего удивления. На его памяти, никто не слышал голоса Лучезарного, Избранника Бога. Ходили слухи, что он вообще немой! И тут на тебе, такой сюрприз.

— Например, я могу незаметно вывести вас из замка, — в голосе слышалась легкая усмешка.

— Да ну? И с чего бы это тебе мне помогать? — поднял голову здоровый скептицизм.

— Как бы вам сказать, граф. Я рассчитываю на ответную услугу с вашей стороны, — прожурчало ему в ответ.

После такого заявления Нардану очень захотелось посмотреть в лицо говорившего и убедиться, что у него не слуховые галлюцинации. Что он и сделал, выпустив Правителя из захвата и развернув к себе.

— Продолжай, — у него получилось сказать это почти спокойно.

Тут бедного Графа ожидал очередной шок. Вместо привычной ледяной невозмутимости он увидел хитрый прищур весело блестевших голубых глаз и легкую улыбку. Устои рушились. Мало того, что «Ледяной принц», как за глаза называли Правителя, разговаривает, так он еще и эмоции проявлять не стесняется! Для своего же душевного спокойствия, Нардан решил в ближайшее время ничему не удивляться. Определившись со своей линией поведения, он сфокусировал взгляд на терпеливо ожидающего момента выхода из ступора Ариашари.

— Вы готовы слушать? — Отчетливо прослеживающийся смех заставил Нардана окончательно прийти в себя. Граф не любил, когда над ним смеялись.

— Вполне. И что же Лучезарному могло понадобиться от скромного меня?

— О, граф, не стоит прибедняться! — уже открыто улыбаясь, проворковал Ариашари. — Вы много чего можете мне предложить. Например, вы весьма удачно дурачили наших жрецов более полугода.

— И что? — Граф откровенно не понимал, куда клонит этот странный тип.

— И то. Я хочу воспользоваться этим вашим полезным умение. Полгода мне не нужно. Достаточно будет, если вы поможете мне в течение четырех месяцев избегать внимания ордена.

— Э-э-э…. Поправь меня, если я ошибусь, ты хочешь сбежать от жрецов и причитающейся тебе власти? — недоуменно уточнил граф.

— Абсолютно верно. Громкий хохот был ему ответом. Отсмеявшись, Нардан уже спокойно уточнил.

— Это ведь шутка?

— Нет.

— Да кто же по собственной воле отказывается от власти?

— Я, — Ариашари был просто таки безмятежно спокоен. — Поверьте, граф, у меня есть на то причины.

— Да? И какие же? — Нардану и правда стало интересно, что же это за причины такие, которые сподвигли правителя довольно большого королевства отказаться от власти, поклонения и комфорта, и искать помощи у беглого мятежника, осужденного на смерть.

— Ну, граф, если вы будете хорошо себя вести, я, возможно, вам и расскажу об этом. Но совершенно точно, что не сейчас. Так как, вы принимаете мое предложение?

Нардана охватила какая-то бесшабашная веселость. Он совершенно четко понимал, что шансов выбраться из сложившейся ситуации, у него нет. Эта его дурацкая выходка с заложником не могла увенчаться успехом. Слишком много стражников, слишком много жрецов.

— А почему бы и нет? — сумасшедшая улыбка так и растягивала губы. — Я, урожденный Граф Нардан тер Ибрис, клянусь обеспечить безопасность и оградить от встреч с жрецами ордена Пресветлого Бога Лучезарного правителя королевства Арджи Ариашари в течение четырех месяцев. Взамен, он обязуется вывести меня из замка не привлекая ничьего внимания!

— Принято, — мурлыкнул в ответ Ариашари. Раздался беззвучный гром, подтверждающий то, что боги услышали клятву и проследят за ее выполнением, покарав нарушителя.

— Про безопасность вы, конечно, перестарались, но заметьте, я вас за язык не тянул, — с улыбкой заметил он, а граф почувствовал себя дураком.

— Ну, что ж, следуйте за мной.

Не говоря больше ни слова, Ариашари подошел к стене, нажал на что-то и тут же нырнул в открывшийся проход.

— Хм… чем дальше, тем веселее…

* * *

Немного повиляв, коридор вывел беглецов в достаточно просторное помещение с множеством входов-выходов и странной статуей в центре. Правитель сразу же направился к ней и начал копаться в сложенных у подножья вещах.

— Что это? — выразив свое недоумение, Нардан выжидающе уставился на своего спутника. Тот, верно определив причину интереса, ответил, не отвлекаясь от своего, несомненно, важного занятия.

— Статуя.

— Это я вижу!

— А зачем тогда спрашиваете?

— Хочу понять, кого она изображает! — общее нервное напряжение, а также раздражение от невозможности контролировать ситуацию накапливалось и грозило вылиться на того, кто окажется в этот момент рядом.

— Понятие не имею. Мне это не интересно. Глухо рыкнув, мужчина прошелся по залу.

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь переодеться!

— Зачем?

Видимо, подобное заявление поставило Ариашари в тупик, так как он прервал свои раскопки и недоуменно воззрился на раздраженного графа.

— Скажите мне граф, а как вы себе представляете мое появление в городе в парадном облачении?

В который уже раз, почувствовав себя кем-то не очень умным, Нардан был вынужден согласиться.

— Никак.

— Вот и не мешайте мне!

— Г-р-р-р!

Что бы хоть как-то отвлечься и успокоиться, мужчина решил обследовать предоставленное помещение. Пройдясь вдоль стены и пересчитав проемы — их оказалось четырнадцать — Нардан опять обратил внимание на спутника. Тот как раз заканчивал художественно развешивать свою, уже бывшую, одежду на загадочной статуе. Мантия и корона смотрелись на ней весьма импозантно. Сам же Ариашари щеголял в глухом темном плаще с глубоким капюшоном, нижнюю часть лица закрывал платок, а руки прятались в перчатки.

— Все, я готов, — сообщив это, парень подхватил с пола сумку и направился к одному из совершенно одинаковых проходов.

— Безмерно рад! — Ехидный взгляд голубых глаз был ему ответом.

«Да что это чучело разрисованное себе позволяет? — возмущался про себя Нардан, сверля взглядом спину спутника, уверенно шагающего чуть впереди. — Удавил бы….» О причинах возмущения было решено подумать позже.

Как и полагалось любому уважающему себя тайному ходу, коридор вилял, ветвился, щеголял толстым слоем пыли и впечатляющими зарослями паутины. Но это совершенно не мешало Правителю уверенно выбирать путь.

Продираясь сквозь эти пыльные заросли, Нардан начал верить, что скоро окажется на свободе. А значит, неплохо было бы продумать план дальнейших действий. Первым делом, следовало где-то схорониться на пару дней. Разведать обстановку в городе. Выяснить, что изменилось за то время, что он сидел в тюрьме. Наверняка, заговорщики, Нардан непроизвольно поморщился, разбежались словно крысы, как только стало известно о его аресте. Он сам не понимал, зачем ввязался в бессмысленную войну против Жрецов. Нардан, как и большинство потомственных аристократов, не был особо доволен существующим режимом правления, при котором власть сосредоточивалась в руках членов Ордена, но и не так уж все было и плохо. Никак затмение на него нашло, или гордость кое-где взыграла. Все акции и выступления заговорщиков были похожи скорее на возню заигравшихся детей, а не на серьезную оппозицию. Так, гадили помаленьку, не нанося реального ущерба, а лишь раздражая. Вот он и поплатился за глупость. Говорила ему мама — не дергай дракона за хвост! Ну что ж, говорят, на своих ошибках учатся…


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: