Айден взглянула на дверь ванной комнаты и перевела взгляд обратно.

― Ну, не то чтобы они заслужили уважение со стороны демонов. Волки убивают ради удовольствия. Демоны, по крайней мере, убивают по необходимости.

Анна наклонила голову.

― Они? ― она присела рядом с Айден на кровать. ― Большинство животных убивают по двум причинам, Айден. Ради пищи или для защиты. Теперь, будучи частично людьми, ликаны обладают большей интуицией, чем какой-то безмозглый зверь, ― ее взгляд буравил Айден. ― Доминируй или подчиняйся. Они научились выживать как вид.

― Значит, ты говоришь, что это люди виноваты в том, что волки такие, какие они есть? ― недоверие в голосе Айден витало в воздухе.

Анна улыбнулась.

― Вы всегда были запретным плодом. Но у демонов гораздо больше контроля над их побуждениями и желаниями. Мы всегда знали, где мы находимся в пищевой цепи.

― Не у всех демонов есть контроль, ― пробормотала Айден.

― Да, мастер Зик мог бы и усвоить урок, ― ее взгляд остановился на мгновение, как у матери, размышляющей о том, как поступить с непослушным сыном, а затем вернулся снова к Айден, полный страстной надежды.

― Мне бы очень хотелось, чтобы когда-нибудь люди, ликаны и демоны жили в гармонии. Знаешь ли ты, что тролли и демоны Гамбис всегда были естественными врагами? Ну, среди нас есть воры. Мы часто вторгаемся туда, где нас не ждут, ― она усмехнулась. ― И все же, мы с Беннетом здесь живем мирно, будто наши виды никогда не имели разногласий друг с другом.

― Это звучит замечательно, Аннабель, ― невыразительно сказала Айден, ― но если ты ждешь от меня, что я исправлю отношения между демонами и ликанами, ты выбрала неправильную девушку. Прости меня за недипломатичность, но был ликан, пережевавший мой позвоночник и оставивший меня умирать.

Понимание засветилось в ее глазах.

― У тебя была очень тяжелая жизнь. Не сомневаюсь в этом и могу понять твой гнев. Но в какой-то момент для себя, дорогая, тебе нужно будет решить, стоит ли прошлое больше, чем будущее.

Айден кивнула, несмотря на то, что ярость лихорадочно билась внутри ее головы.

Ласково коснувшись пальцем щеки Айден, Аннабель встала с кровати и вышла из комнаты.

Прошло минут десять, прежде чем Кейн, наконец, появился с белым полотенцем, обернутым вокруг его талии. Взъерошив рукой влажные волосы, он потянулся к боксерам на тумбочке.

Айден отвела от него взгляд, когда он вернулся в ванную и снова появился в шортах. Черт. Неудивительно, что Каликс выбирал черный шелк.

― Лучше, ― Кейн опустил взгляд, осматривая нижнюю половину тела, ― но все еще не хорошо. Не буду обвинять парня в том, что он сожжет их, когда меня не будет. Я бы так и сделал.

― Ты весельчак, ― сказала Айден, не чувствуя веселья. ― Разве ты нисколько не волнуешься, что с тобой будет?

― Может, немного, ― он пожал плечами. ― Но что я могу сделать? Есть то, что есть. Было бы лучше, если бы я сидел и плакал все дни?

― Ну да, в самом деле. Мне кажется, ты не воспринимаешь меня всерьез. Похоже, думаешь, я этого не сделаю.

Его взгляд стал серьезным.

― Нет, я так не думаю. Думаю, что ты делаешь все, на что решишься, Айден.

Она прикусила щеку изнутри, оттолкнувшись от кровати.

― Странно.

― Что?

― Думаю, что еще не слышала, как ты произносишь мое имя. Оно звучит… глупо, исходя от тебя.

― Тогда я не буду больше его произносить, ― он забрался на кровать и натянул простыни на ноги. ― Я буду скучать по Аннабель, ― Кейн потер ладони и взял вилку и нож для стейка.

― Для справки, ― она ​​показала взглядом на нож, ― я могу разоружить тебя за считанные секунды, если ты думаешь о чем-то каверзном.

Он ухмыльнулся.

― Ты никогда не веришь, кто или что тебе не сказал бы, да?

― Только если говорящий ― ликан. Или собирается стать им.

― Это действительно грустно, ― Кейн покачал головой и заговорил с набитым ртом. ― Я думал, что моя жизнь была печальной. Но это по-настоящему грустно.

― А что грустно в твоей жизни? Ой, подожди, дай-ка я догадаюсь, деньги, которые ты зарабатывал? Командовать людьми вокруг? Твоя идеальная маленькая семья в твоем прекрасном маленьком доме?

Кейн замолчал и улыбнулся, глядя на свою тарелку.

― Я избавлю тебя от этого, убийца.

― От чего? От своей слезливой истории? Гарантирую, моя хуже. Что за маленькая девочка на фото, твоя дочь?

Кейн приподнял бровь.

― Ты рылась в моем бумажнике?

― Да. Рылась.

― Моя сестра, ― он разрезал свои вафли. ― Не то, чтобы тебе было не насрать, но она умерла совсем юной. Рак. Именно по этой причине я занимаюсь тем, чем зарабатываю на жизнь. Так что нет, дело не в деньгах. И это наверняка, черт возьми, не из-за моей семьи. Последний из моей семьи умер около трех лет назад, ― он сунул в рот полную вилку вафель.

― Ты никогда не был женат? Вообще? ― не то, чтобы ее это заботило, но новость немного удивила ее.

― Нет.

Она наклонила голову.

― Почему?

― Я думал, у тебя приготовлены для меня другие вопросы. А ты вдруг захотела обсудить мою личную жизнь?

«Конечно, нет». Она нахмурилась.

― Кто тебя укусил?

― Я думал, это ты скажешь. Так что, извини, не могу ответить на этот вопрос. Понятия не имею.

Айден села на раскладушку.

― Тогда расскажи мне, что ты помнишь.

― Я говорил тебе, что помнил, ― сказал он небрежно, снова откусив. ― Я ушел с работы. Было поздно. Охрана проводила меня к машине. Я отвернулся, и они были там.

― Почему охрана провожала тебя к машине? ― фыркнула она. ― Ты что, педик?

― Нет. Я не просил их сопровождать меня, ― нахмурился Кейн. ― Мне в тот день угрожали. Стандартная процедура.

Глаза Айден блеснули.

― Кто тебе угрожал?

― Работник, которого мне пришлось уволить. Он был явно расстроен, но стал агрессивным. Им пришлось вывести его из помещения.

― Что он тебе говорил?

― Он велел мне прикрывать спину, ― Кейн застыл, глаза на секунду помутнели. ― Иисусе.

***

Большинство сотрудников больницы довольно неплохо справлялись с сокращением штата. Они знали, что это произойдет. Несмотря на плохие новости, почти все похвалили Кейна за стиль управления. Хотя был один сотрудник, который воспринял эту новость не так хорошо. Эван Рот.

Молодой парень, недолго проработавший в департаменте. Казалось, Кейн правильно поступил, когда нанял его в качестве физиотерапевта для института. Амбициозный, полный энергии и довольно остроумный, судя по тому, что Кейн слышал от других в департаменте. До того месяца, когда он стал отстраненным, угрюмым и тихим. Он начал опаздывать на работу, выглядел, будто ночью выпивал. Паренек всегда был в форме, но как-то действительно быстро стал наращивать мускулы, и стали появляться слухи о том, что он, возможно, был на стероидах. А заодно и жалобы от коллег-женщин, которые утверждали, что он сексуально домогался их.

Из-за поведения Эвана, когда требования о сокращении штата дошли до института, Кейн сразу же понял, кто будет в этом списке.

Несмотря на то, что на собрании Эван был таким же уравновешенным и профессиональным, как Кейн, он яростно набросился на начальника. Были вызваны охранники, чтобы выпроводить полубезумного сотрудника к машине. Трое охранников, чтобы взять его под контроль.

Впрочем, Кейн мог отчетливо вспомнить леденящие душу слова, которые Эван прорычал абсолютно ясно: «Следи за спиной».

***

― И тебе никогда не приходило в голову, что он мог быть ликаном? ― спросила Айден.

― Слушай, помимо какого-то немого фильма, который и не собирался смотреть, я два дня назад еще не знал, что, черт возьми, такое ликан.

― А вообще, не вел ли он себя странно? Вы замечали что-либо в его человеческой форме?

― Да, мы получили жалобы, ― Кейн продолжал смотреть в пустоту, пока говорил. ― Он приставал к персоналу, опаздывал, действовал ненадлежащим образом с клиентами.

― Имя.

Кейн положил прибор и скрестил руки на груди.

― Я хочу выйти на улицу.

― Нет.

― Это часть сделки.

― Я не заключаю сделок, мудак, ― она наклонилась вперед, упершись локтями в бедра. ― И почему, ты думаешь, что каждый раз, когда ты скрещиваешь руки, это заставит меня передумать и удовлетворить твои требования?

― Айден, в течение десяти лет я шел из одной темной ночи в другую. Выходил из дома с закатом и приходил с восходом солнца. И только один раз, прежде чем мою голову подадут демонам на блюде, я хочу увидеть солнечный свет.

― Ну, и угадай, что? Ник… ― Айден бросила взгляд на небо сквозь тяжелый бархатный занавес. Солнечный свет, наконец, выглянул из-за облаков. ― Хорошо. Один час. И после будь готов назвать мне имя.

― По рукам.

Она смотрела, как Кейн расправлялся со своим завтраком, будто тот был последним. Вообще-то, пока нет. Затем он быстро надел брюки и позаимствованную рубашку Каликса.

Айден повела его вниз по лестнице, внимательно, чтобы не вызвать подозрения Гэвина. Он никогда не согласится с ней на счет прогулки халфлинга по дому.

Беннетт встретил их у двери.

― Позвольте, я дам мастеру Кейну пальто?

«Снова мастер». Она закатила глаза.

― Конечно, Бен.

Кейн надел лыжную куртку, принадлежащую одному из братьев, которую Беннетт принес из шкафа в фойе. Судя по тому, как Кейн утонул в ней, она догадалась, что та была Зика, который оказался заядлым сноубордистом.

Они вышли наружу, спустились по лестнице и обогнули усадьбу с обратной стороны. Ни слова не было произнесено. Заснеженные живые изгороди и прекрасные палисадники, изобилующие множеством ярких цветов, превратились в блестящий белый лабиринт в задней части поместья.

― Вау. Поразительно, ― Кейн сунул руки в карманы. Лоферы, которые он надел, погрузились в снег, когда он следовал за Айден в сад, граничащий с лесом.

― Итак, ― ее взгляд обратился к лесу, ― вот твоя свобода, ликан. Попробуй добежать. Я дам тебе фору.

― И замерзнуть насмерть? ― сказал он, покачав головой. ― Нет, спасибо.

― Твоя альтернатива ― отрубание головы от твоего тела, а ты беспокоишься о том, чтобы замерзнуть? Через несколько дней ты будешь теплым, пушистым волком.