– Почему вы не пришли в полицию с вашими опасениями?

– И что бы я сказала? Женщина, на которую мой брат имеет запретительный судебный ордер, изменила свою внешность? Я выросла с ней и видела те разрушения, которые возникали, когда она не получала чего хочет? Я знала, что она что-то задумала, но я не могла этого доказать.

– Ты была в городе все это время и следила за ней? – спросил Рид.

Она кивнула головой и посмотрела на меня.

– Я знала, что мне нужно сделать что-то, чтобы доказать Ари, как мне жаль. Я думала, если смогу поймать Алекс на лжи и разоблачить ее, это поможет.

– Согласны ли вы с заявлением мистера Адамса? – спросил офицер.

– Да, когда она первая выстрелила в моего племянника, Люк выстрелил.

Офицеры задали еще несколько вопросов, и мне стало нехорошо от того, что Люк мог быть в беде. Было несколько фактов в нашу пользу, один из них – его имя на документах на дом. Так что, технически, он защищал свой дом, когда обнаружил незваного гостя. После инсульта, Кэйти вписала оба наших имени в купчую. Она никогда не объясняла почему, но я подозревала, что она хотела, чтобы у Люк был дом, если что-то случится с ней или со мной.

Когда сотрудники спросили все, что им нужно, они ушли, и Эми принесла Дэвиса обратно в комнату. Она обняла меня так крепко, что я думала мои ребра, треснут. Рид так и сидел позади меня, и Дэвис заполз в наши руки. Никто не хотел уезжать, и я дремала на груди у Рида, пока все говорили вокруг нас.

Через несколько часов пришел врач, и представил себя как хирурга Кэйти. Ему удалось извлечь пулю, у нее были некоторые осложнения, но это исправили по ходу операции. Я подтвердила, что у нее есть документ с отказом от реанимации, и он объяснил, что следующие двадцать четыре часа являются критическими. Она была в реанимации, но, когда она будет переведена в отделение интенсивной терапии, мы сможем посетить ее на несколько минут.

После того как он ушел, Рид позвал администратора больницы. Он попросил предоставить самую большую палату в больнице и поставить туда кроватку, чтобы Дэвис мог спать рядом со мной сегодня вечером. Потом Эми и Софи уехали ко мне домой, чтобы привезти нам какую-нибудь одежду. Люк и Сара отвели Дэвиса в столовую, чтобы тот что-нибудь поел, в то время как Рид помог мне переехать в новую палату. Он ни разу не отпустил меня. Когда мне предложили коляску, он отказался и вместо этого понес меня на руках. Новая палата была больше похожа на люкс. Она была вдвое больше и имела большую больничную кровать, вместо обычной. Медсестра рекомендовала мне съесть что-нибудь, так что Рид написал Люку СМС, чтобы взял мне суп.

Рид снова сел позади меня, и уложил мое тело на его. Я осторожно легла на его грудь с пульсирующей болью в моей голове.

– Больше никогда не спущу с тебя глаз. Ты и Дэвис путешествуете со мной с этого момента.

– Малыш, она сделала это специально. Она знала, что ты будешь в самолете. Всё кончено, она мертва.

– Ты никогда не узнаешь, какую панику я испытал. Я был беспомощен и напуган. Если что-то случится с тобой... – его голос сорвался, и он задрожал.

Я дала ему поплакать в течение нескольких минут, позволив и моим собственным слезам падать вниз. Мы обняли друг друга, не сказав, что могло бы произойти. Я знала, что ни один из нас не выжил бы, если бы Дэвис был застрелен.

– Я поговорил с педиатром, и мы начинаем завтра консультации с детским психологом. Они думают, что это лучше сделать сразу. Они также сказали, что мы должны делать всё возможное, чтобы поощрять его говорить, но были осторожны с тем, что говорим в его присутствии. Страх любого рода может вызвать что-то в нем. Мы узнаем больше после первых нескольких сеансов.

– Хорошо.

– И я хочу, чтобы ты проконсультировалась. И Кэйти тоже, когда ей станет лучше.

Я прижалась сильнее к нему и подняла голову. Наши губы были так близко, я могла чувствовать его дыхание на моей коже. Я нежно укусила его нижнюю губу, и он открыл рот, чтобы дать мне доступ. Сперва поцелуй был медленный и нежный, но перерос в страстный и собственнический. Я сильнее обняла его, впитывая комфорт от его вкуса, аромата и тепла.

– Иисус Христос! Некоторые вещи никогда не меняются! – вошла Софи с Эми и Сарой на буксире.

Я в смущении отпрянула, но Рид удержал меня на месте.

– Я разговаривала с дежурной медсестрой, и она сказала, что я могу помочь тебе принять душ и переодеться в новую пижаму. Но потом ты должна вернуться в кровать на ночь.

– Спасибо, – я стала вставать, и Рид помог мне добраться в ванную. Софи присоединилась ко мне и осторожно вымыла мои волосы. Мое сердце начало биться быстрее, когда я увидела засохшую кровь на моей груди, когда я сегодня утром потянулась за Дэвисом. Картинки вспыхнули в голове, и беспокойство начало расти. Заметив это, Софи быстро закончила и обернула меня в теплое полотенце. Она держала меня, пока мое сердце возвращалось к нормальному ритму. Я оделась в мою любимую пижаму, подходящую для больницы полной людей.

Рид разговаривал по телефону, когда я забралась в кровать и начала расчесывать волосы. Дэвис и Люк вернулись с супом. Запах заставил мой желудок заурчать.

– Я сделал официальное заявление руководству команды, которое будет скоро озвучено. Национальные новости подхватили эту историю, и полиция следит за входами и выходами в больницу. Грейндж и Дариус будут за пределами этой комнаты, пока мы не узнаем, что происходит с Кэйти. Мистер Мур, как ожидается, так же сегодня сделает заявление, – сказал он нам.

– И что теперь?

– Теперь, ты отдыхаешь. Мы посмотрим, что произойдет завтра и решим наши дальнейшие шаги.

Все в комнате согласились, и мы постарались поднять настроение ради Дэвиса. У меня до сих пор было так много вопросов, но я не хотела ворошить всё это. Всем поступали звонки от наших самых близких друзей, и они говорили им, что я в порядке, и мы ждем новостей о Кэйти.

Медсестра, наконец, позволила Риду и мне навестить Кэйти, когда ее перевели. Я старалась контролировать свои рыдания, когда увидела ее обмякшее тело, подключенное ко всем этим аппаратам. Крепко держа ее за руку, я говорил ей снова и снова, как сильно мы ее любим. Медицинскому персоналу пришлось отрывать меня от нее, когда пришло время уходить. Мы прошли мимо Софи и Люка в коридоре, она прижалась к его груди и плакала. Она была так же расстроена, как и я. Эми и Сара читали Дэвису книгу. Он почти спал, я пробралась обратно в постель, а Рид пошел переодеваться.

– Арианна, мне очень жаль. Я даже в страшных снах не могла представить, что Алекс была психопаткой, – сказала Сара.

– Ари.

– Что?

– Ари. Мои друзья зовут меня Ари. Я хочу, чтобы и ты меня так звала.

Рид проскользнул в постель за мою спину и сжал мое плечо. Это много значило для него. Глаза Сары наполнились слезами, но она вытерла их, когда кивнула. Люк и Софи вернулись, чтобы пожелать спокойной ночи и обещали быть здесь утром. Грейндж пошел с Сарой и Эми на ночь, оставляя нас под присмотром Дариуса. Я уснула беспокойным сном, но Рид крепко обнял меня. Иногда в течение ночи, Дэвис заползал в нашу постель и сворачивался у меня на руках. Я, наконец, погрузилась в глубокий сон, молясь за выздоровление Кэйти.

Пот выступил на моем лбу, когда я услышал ее крики по телефону и выстрелы. Мое сердце билось в два раза чаще и грозило остановиться. Лица Ари и Дэвиса вспыхнули в моем сознании, когда я открыл рот, чтобы закричать. Я вскочил и оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что это был просто кошмар. Ари и Дэвис прижались ко мне, и их теплота просачивалась в мою кожу.

Я тихонько выскользнул и пошел в ванную, чтобы умыться. Я ненавидел признавать это, но я думал, что педиатр был прав. Может и мне тоже нужно получить профессиональную помощь, чтобы стереть голоса и образы, прошедшие через мой ум, когда она начала кричать. Но я сделаю всё, что потребуется, потому что ей нужна сила, чтобы пройти через это. Если Кэйти не выживет… Я боялся того, что произойдет.