— Нам нужно позавтракать, — раздался ее сонный хриплый голос. Адриана снова зевнула в руку. — Прости. А еще нужно достать где-нибудь побольше одежды. И легко пересечь страну.

— Легко. Ты имеешь в виду тайно?

— Я... да. Мы можем это сделать?

— Нам нужно ехать на машине. Не сомневаюсь, что у твоего отца глаза в каждом аэропорту, выискивающие нас. И еще потребуются наличные деньги, придется останавливаться... — мозг бесконтрольно пытался составить план.

— У меня есть наличка, — почти возбужденно сказала она, садясь на постели. — В сумке. Мама всегда держала несколько тысяч в сейфе на такой случай.

Я начинал думать, что Александрия Романо обладала даром предвидеть будущее.

— Ладно, хорошо для начала, — сел вместе с ней. — Давай одеваться и отправимся в Вегас за едой.

Она прикусила губу.

— У меня идея, но это может быть рискованно.

— Даже не думай туда ходить, — ответил ей, мгновенно поняв, о чем она собиралась сказать. — Это совершенно невозможно, Эдди. Встреча с Гардарелли слишком опасна.

— Знаю... — поникла она. — Но они могли бы помочь нам. Разве ради этого не стоит рискнуть?

— Давай посмотрим, — слез с кровати и посмотрел на нее. — Мы можем незаметно добраться до Нью-Йорка на машине, о существовании которой никто не знает, или можем пойти к Гардарелли, рискуя быть тут же расстрелянными. Не говоря уже о слишком маленьком шансе, что Гардарелли окажутся моими большими поклонниками.

— Что ты им сделал? — застонала она, спрятав лицо в ладони. Но потом искоса глянула на меня. — Ну же, Хантер. Я знаю, ты что-то натворил. Я не идиотка.

— Ну, — попятился назад и бросился в ванную, захлопывая дверь.

— Хантер, — закричала она. Через секунду девушка принялась барабанить в дверь. — Что ты сделал?! Хантер-р-р!

Быстро сходил в туалет, пока она ломилась ко мне, вымыл руки и открыл дверь. Она стояла за ней, в трусиках, уперев ладони в бедра. Ее глаза потемнели.

— Мужчина уже не может спокойно пописать? — спросил ее, поднимая руки.

— Когда ты пытаешься избежать гнева женщины? Никогда.

— Гнева, да? Ты называешь это гневом?

— Меня раздражает, что ты избегаешь ответа на вопрос.

— Стрелять сквозь дверь — это «гнев». Угрожать кулаками моим яйцам — это «гнев». А долбить в дверь — это истерика трехлетнего ребенка.

Она ахнула.

— Ты же не назвал меня только что ребенком?

— Ты права, не назвал. Я сказал, что твое поведение как у маленького ребенка.

— Хантер!

— Адриана!

Она захлопнула рот и уставилась на меня. Я сдержался, чтобы не расхохотаться от ее притворной ярости. Такая забавная, когда пытается на меня сердиться.

Схватил ее за талию и поднял. От неожиданности она вскрикнула и вцепилась мне в плечи, но я бросил ее на кровать. По комнате разлился смех. Она откинулась назад и чуть не свалилась, когда потянулась ко мне и обхватила ногами за талию, утаскивая за собой.

Мне пришлось выставить вперед руки, чтобы не придавить ее, но она поймала ладонями мое лицо и потянула к себе. В следующий момент наши губы соединились, и по телу разлилось тепло. Я расслабился под влиянием нежного поцелуя, растворяясь в каждой секунде прикосновения ее сухих, но мягких губ.

Она была нереальной на вкус. Наверное, как свежий ветер, или сон... Мир.

Она словно мир.

Я упивался ею. Вбирая каждое мгновение и каждый вдох, которые она дарила.

— Так что ты сделал? — спросила Эдди, все еще удерживая мое лицо и крепче сжимая ноги. Она словно говорила: «Попался».

— У меня мало шансов, вероятно, потому что переспал с Изабеллой Гардарелли и не позвонил ей на следующий день.

Ее губы превратились в тонкую линию.

— Ты с ней тоже проделывал эти штуки по связыванию трусиками?

У меня округлились глаза.

— Нет, черт подери. То есть, я хотел сказать, она была девственницей.

— О, Боже, — Адриана откинула голову и прикрыла глаза. — Ты лишил ее девственности, да? Даже не представляешь, насколько ранил ее.

Я облизнул и сомкнул губы.

— Есть такая вероятность.

Да. Да, так и было, дьявол.

— В свое оправдание...

— Как, ради всего святого, ты это оправдаешь?

— Легко, учитывая то, что твои ноги вокруг моей талии, член твердеет, а ты не двигаешься, поэтому можешь не беспокоиться на этот счет.

Она убрала руку с глаз и посмотрела на меня.

— Ну ладно, ладно. Она сказала, что у нее не очень большой опыт. Это же не обязательно означает девственность. Я думал, что хотя бы раз она это уже делала, — объяснил ей.

— Твоя эрекция на меня давит, — пробормотала она, расцепляя лодыжки и опуская ноги. Адриана выползла из-под меня.

— Мой член беспристрастен, Principessa. Он был напротив твоей киски. Чего ты ожидала?

— Ладно, Хантер, сосредоточься, — она щелкнула пальцами.

— Ты меня не заставишь.

— Заткнись! — она хлопнула себя по лбу. — Боже, ладно. Тебе обязательно нужно все усложнять, да? Как теперь я могу пойти с тобой к Гардарелли?

— Ты не пойдешь, — усмехнулся в ответ. — Давай просто собираться.

— Ты ее потом еще видел?

— С тех пор как покинул гостиничный номер?

Адриана обожгла меня взглядом. Опять. Да она в ударе.

— Я заплатил за него, — оправдался. — Но нет, мы не виделись.

— Значит, ты лишил ее девственности, заплатил за комнату и больше никогда с ней даже не разговаривал.

Когда она это так расписала...

— Ага.

— Ты совершенно не выглядишь виноватым.

Трудно испытывать вину.

— Я себя таковым и не чувствую.

Она посмотрела с отвращением и покачала головой.

— Уму непостижимо. Все мужчины, которых я знаю — шлюхи.

— Эй! — последовал за ней из комнаты. — Я не шлюха. Мне за секс никогда не платили.

— Ну, это обнадеживает, — протянула она. — Если только ты никогда не трахал кого-нибудь до смерти?

Я оскалился.

— Нет, но думаю, прошлой ночью ты была близка к этому.

Она остановилась посреди лестницы и повернулась ко мне. Губы были сжаты, а глаза искрились едва сдерживаемым смехом.

— Только близка? В таком случае ты все делал не с должным усилием.

Моя улыбка исчезла, и что-то вспыхнуло глубоко внутри. Оно ринулось к члену, и тот мгновенно затвердел. Взгляд Адрианы упал вниз, и на секунду в ее глазах промелькнул шок.

В этот момент я осознал, она не знала, как влияет на меня. Что я о ней думаю. Как легко завести меня.

— У тебя две секунды, чтобы спустить свою задницу с лестницы, пока я не забросил ее на плечо и не оттащил обратно в кровать.

Ей не нужно было повторять.

Она отвернулась и убежала.

Позор ей, мне не нужна кровать для этого.

Сбежал по лестнице вслед за ней, мои шаги гулко стучали по голым деревянным доскам. Звук разносился по дому, и я знал, что она слышала меня, так как пронзительно засмеялась и исчезла на кухне в вихре черных волос.

Я направился туда и нашел ее за кухонным столом. Она уперлась ладонями о столешницу, в глазах сквозило веселье. Волосы совершенно выбились из косы и торчали во все стороны.

— Что ты делаешь, bella?

— Ничего, — кокетливо улыбнулась она. — А ты что делаешь?

— Ничего, — шагнул влево, она сделала то же самое. Второй шаг, и она тоже сдвинулась. Я пробежал пару футов, и она повторила за мной, хихикая. — Почему ты убегаешь?

— А ты? — парировала она.

— Люблю бегать.

— Может, я тоже, — Эдди медленно провела розовым язычком по нижней губе. — Люблю это.

— Не играй со мной, Адриана.

— Игра — именно то, что у меня на уме, Карло.

Член напрягся под боксерами, натягивая ткань.

— Я не играю.

— Тебе стоит пытаться хотя бы иногда. Это весело.

Я бросился в сторону, и она тоже, но это была уловка, поэтому быстро сменил направление. Поймал ее прежде, чем она успела убежать. Улыбаясь, притянул к себе ее лицо и прижался к губам. Мои ладони заскользили по спине, обхватили ее упругую задницу и вжали ее бедра в мои.