Хотя эта скорбь ничего мне не принесла.

Энцио повернулся ко мне лицом, направляя пистолет на лежащего на полу Хантера, и я очнулась.

— Ненавижу тебя, — прошептала ему и нажала на курок.

Пуля вошла ему в голову рядом с виском, и он замер.

Внутри всколыхнулись эмоции, когда кто-то закашлял. Кто-то — Хантер. Это был его кашель.

Я бросилась через комнату, игнорируя Гайджа и Анджело, и упала на пол рядом с ним. Он пытался сесть у стены, поэтому я бросила пистолет, чтобы помочь ему приподняться. Хантер покачнулся, его волосы коснулись моей щеки, и Гайдж опустился рядом на колени, чтобы помочь мне.

Карло сел, пытаясь показать, что с ним все в порядке и посмотрел на меня. Его глаза были тусклыми, не похожими на те, поразительно-серебристые, к которым я привыкла. Сердце болезненно сжалось в груди.

— Иди, — прошептал он, морщась. — Ты должна... — он снова закашлялся.

Я отчаянно замотала головой.

— Я никуда не пойду, Хант... о Господи, — потеряла мысль, увидев кровь, которая стекала по прижатой к боку руке. — Гайдж, Анджело, быстро. Мне нужно что-то, чтобы остановить... о Господи.

— Вот, — Анджело стянул свитер и протянул мне. — Звоню девять-один-один.

Руки дрожали, когда я взяла и прижала к боку Хантера ткань. Он вздрогнул, все его тело затрясло, и он стиснул зубы, по побелевшему лицу стекали капли пота.

— Все нормально. Мы можем позвонить в скорую, тебя заберут в больницу, а потом...

— Эдди, — прохрипел он, глубоко вздохнув. — Иди. Тебе нужно уйти, прежде чем это произойдет, — его прервал кашель, — снова. Уходи, пока не поздно.

— Прекрати, — я посильнее прижала свитер и провела пальцем по его подбородку. Кровь, усеивавшая его лицо, размазалась по щетине. — Все нормально. Все кончено. Я это сделала. Ты поправишься. Ты ведь обещал мне, помнишь?

— Адриана, — его тон стал грубым, я догадалась, что это была попытка закричать. Он резко втянул воздух, когда боль исказила его красивое лицо. — К черту все, Адриана. Ты не в безопасности.

— В безопасности, — Гайдж погладил меня по волосам. — Она только что убила Энцио. Это все ее, как и должно быть. Никто сейчас не посягнет на ее права. Не сегодня.

Я подняла взгляд, чтобы поблагодарить его, а потом снова вернула внимание Хантеру. Он все еще дрожал, его дыхание было прерывистым.

Глаза наполнились слезами, когда осознание того, что могло произойти, накрыло меня. Легкие горели от резкого дыхания, я снова затрясла головой.

Нет. Нет. Нет.

— Ты обещал, что с тобой все будет в порядке, — шептала я ему, нижняя губа дрожала. — Ты обещал, что всегда будешь в порядке.

— Так и есть. Буду, — он уткнулся лицом в мою ладонь. — Я с тобой.

— Карло, не смей засыпать, — я слегка прикоснулась к его щеке. — Послушай меня, Россо, черт побери!

Он открыл глаза, в них сквозила слабость.

— Хорошо. Смотри на меня, ладно? Не прекращай. Все хорошо. Скорая едет. Ты поправишься. Ты должен. Обещал, помнишь? Когда мне было девять, и ты спас меня от похищения, но получил порез на щеке. Я тогда вытерла кровь, и ты дал обещание. Не нарушай его. Ты не можешь. Я убью тебя, если ты нарушишь его.

Его губы растянулись в ленивой улыбке, но он ничего не ответил.

Я поправила свитер на ране. Он был весь пропитан кровью, красная жидкость потекла по моей руке, когда сдвинула его. Не думаю, что он может что-то сделать. Кровь текла слишком сильно.

— Хантер, ты не посмеешь!

Мне потребовались все силы, чтобы открыть глаза.

Я чувствовал, как силы покидают меня слишком быстро, но тепло ее ладони, прижатой к щеке, на мгновение задержало меня. Боль от выстрела пронзала тело, но душевная боль, вызванная слезами, стекавшими из прекрасных голубых глаз Адрианы, была невообразимо сильнее.

Черт, она была прекрасна.

Я любил ее. Любил безумно. До смерти. Сильнее, чем думал, был способен полюбить кого-то.

Я перевел взгляд на Гайджа и глубоко прерывисто вздохнул. Он на мгновение задержал мой умоляющий взгляд, а потом чуть кивнул головой.

Она будет в порядке.

Всегда будет.

Я дернул головой, чтобы в последний раз почувствовать нежность ее кожи на грубой моей. Я устал.

Так сильно устал.

Мне просто хотелось спать.

— Люблю, Прин... — попытался я сказать, но закашлялся.

— Ш-ш, — прошептала она, слезы катились по ее щекам. — Знаю. Я тоже люблю тебя, Cacciatore.

Словно долгожданный яд, тепло ее рта на моих губах унесло в сон.

— Хантер? — Я коснулась большим пальцем его губ, но он не двигался. Выдохи были короткими и трудными, и по моему телу разлилась боль, ни на что не похожая. — Хантер. Карло. Хантер!

Руки Гайджа обхватили меня сзади, оттаскивая от него.

Я закричала, сопротивляясь его попыткам. Полные муки бессмысленные слова и звуки срывались с губ, горло горело отчаянием. Я хваталась за руки Гайджа, пытаясь скинуть их до того, как он разрушит последние воспоминания о прикосновении Хантера.

Повсюду лежали тела, но я видела только его. Даже сквозь плотную пелену слез продолжала следить за его грудью, как она дергалась вверх и вниз в тяжелых попытках дышать.

Если я смогу касаться его, быть рядом, говорить с ним, он будет бороться изо всех сил. Ведь так? Вот как это должно быть.

— Эдди, Анджело должен вынести его наружу к врачам. Тебе необходимо успокоиться, малышка, — произнес Гайдж мне на ухо, прижимая мои руки к животу.

Я повела головой, волосы качнулись, и кровь Хантера капнула на футболку.

— Не смей меня обманывать, Хантер! — вскричала я, когда Анджело осторожно поднял безжизненное тело парня и понес его из дома. Не знаю, что он им скажет, что будет делать, что произойдет, но я смотрела вслед. — Пусть с тобой все будет хорошо, — прошептала слабым голосом.

Сердце забилось сильнее, когда он исчез за дверью.

Было ощущение, что все происходит в другое время и в другом месте. Я не хотела здесь быть. Не хотела находиться даже рядом. Я хотела попасть в то другое время и другое место, где Хантер бы не был ранен и не умирал, а все снова было в порядке.

Я хотела все забыть.

Испытывая чувство поражения, откинулась на Гайджа, позволяя распространиться агонии, укоренившейся на осколках моей души.

Если Хантер умрет, боль займет ее место.

В этом я была уверена.

Я смотрела в окно на дождь.

Прошло много времени с тех пор, как я его видела.

С тех пор когда просто сидела и наблюдала, как сильный ливень плескался в лужах на дорожке, заливал траву и плясал по подоконникам. Три капли ползли по стеклу, опережая друг друга, сражаясь за главенство, две слились в одну и внезапно упали вниз по скользкой поверхности.

Я любила дождь.

Скучала по нему.

Он был... нудным. Совершенно скучным, но одновременно и увлекательным. Мне хотелось целый день смотреть на него. Позволить времени просто проходить мимо.

Хантер.

Его имя постоянно крутилось в голове. Я не могла избавиться от этого, не могла не думать о нем, о том как легко он закрыл глаза, когда поцеловала его.

Уверена, еще один звонок в больницу, и меня арестуют.

И я также не думаю, что рассказ об убийстве отца, мафиозного босса, и то, что теперь возглавляю семью, запустившую свои щупальца во все незаконные дела города, сработает мне на пользу.

Я понятия не имела, как долго уже сидела в комнате, которая когда-то была моей спальней. Здесь ничего не изменилось. Стены по-прежнему были окрашены в кукольный розовый цвет, так нравившийся мне в детстве, а игрушки «Бини-бейбиз», которых я обожала и собирала с религиозным рвением, до сих пор стояли на комоде. Постеры все еще были приклеены скотчем на стенах, и, судя по беглому осмотру ящиков, моя одежда до сих пор на месте.