Доктор отошел от окна и почему-то, прищурив глаза, стал внимательно рассматривать Хозяйку. В этот момент она пожалела, что в своем монологе так разоткровенничалась. Доктор принадлежал к тем, кто не до конца утратил способность мыслить. Наталья ожидала, что Григорий похвалит или дополнит ее мысли, но, заглянув в его карие глаза, поняла, что не дождется от него комментариев.

– Вы не верите, что я решила создать свой мир, в котором установлю свои правила и буду мозгом, решающим, кому и что можно делать, и заставлю этих убогих людишек мне подчиняться?

– Что вы, я вам верю! – грустно улыбнулся Григорий. – И отнюдь не потому, что подчиняюсь и выполняю ваши приказы. У раба должен быть хозяин по определению.

– Ты улыбаешься… – сказала она. – Но ты ж не станешь отрицать, что работа стала самым благородным занятием моих подопечных? Это я наполнила их жизнь великим смыслом – трудиться для моего блага, для достижения моих великих целей. Говорят, работа избавляет от трех зол: скуки, порока и нужды. Так что я избавила этих безмозглых людишек, по крайней мере, от скуки и нужды. Пусть будут благодарны мне за это.

– Григорий, помассируй мне ноги…

Он покорно опустился на колени и принялся разминать ее ступню, начав с пальцев. Наталья закрыла глаза…

«Какие у него сильные и умелые руки, – подумала женщина. – Он, наверное, хороший любовник. Кстати, красивый мужчина. Да, он раб, всего лишь мой инструмент в достижении богатства. Ну и что?! У Клеопатры в любовниках были как императоры, так и рабы. Илья – мой император, только в последнее время любовник редкий, а Гриша…»

От одной только мысли о новом любовнике у нее заныло внизу живота, соски набухли.

– Гриша, тебе удобно? Может, перейдем на диванчик? Спину сможешь помассировать?

– Как пожелаете, госпожа. Только делать массаж через одежду неэффективно.

– Я ее сниму. С детства привыкла слушаться докторов, – ответила Наталья, позволив Григорию снять с себя пиджак.

– А как поступим с той семьей? – не к месту спросил доктор, аккуратно вешая пиджак на спинку кресла.

– Решил пожалеть щенят? – поинтересовалась она, положив руки на плечи доктора и рассматривая его красивые, четко очерченные губы.

– Вы же не против? – полушепотом спросил он и прижал Наташу к груди.

– Возможно, – так же шепотом ответила она, расстегивая пуговицу на его рубахе.

Ноги у нее подкосились, и она потянула Гришу на пол, буквально в метре от дивана.

Последний подарок судьбы – быстрая смерть

Очарование момента нарушила неожиданно затрещавшая рация, лежащая на столе.

– Выкинь ее в окно! Нет, принеси сюда. Хочу узнать, кто именно пойдет завтра разбирать тухлую рыбу. Что там еще?.. – раздраженным голосом спросила Хозяйка.

– Хотят видеть руководство, – раздался в трубке голос охранника. – Я ему объясняю: расскажи мне, а я передам. В общем, я его прогнал. Сказал, чтобы приходил утром. Но он упертый. Сначала ушел, а сейчас снова вернулся. Говорит, что информация важная. Утром будет поздно. Говорит, ночью начнется бунт, а о подробностях расскажет только руководству. Что мне делать? Прогнать?

– Ты ему сказал, что я здесь? Он не буйный?

– Нет! Не говорил. Вы же велели об этом молчать? А мужик он спокойный. Не пьяный. Из новеньких.

– Хорошо! Приведи его сюда. Но если он врет, сделаешь так, чтобы я его больше не видела.

Наталья поцеловала пока еще не состоявшегося любовника в губы и попросила:

– Гриша, сейчас придет раб. Сыграй роль хозяина и узнай, чего он хочет. Только быстрее. А я пока пойду в ванную.

Открыв душ, она разделась и, стоя напротив зеркала, стала любоваться своим телом. Услышав какой-то шум в комнате, слегка приоткрыла дверь, чтобы видеть, что там происходит. Кряжистый лысоватый мужик в длинном дождевике сделал шаг к Григорию и спросил:

– Значит, вы начальником здесь будете?

Охранник схватил лысого за руку.

– Все нормально, я сам разберусь, – остановил охранника Григорий. – Что вы хотели рассказать? Только прошу, коротко и конкретно. У меня времени нет.

– Начальник, я про бунт все расскажу и даже покажу самого главного бунтовщика, только ответь на один вопрос, куда ты дел мою жену и дочку?

Наташа увидела, как изменилось, побелело лицо Григория.

– Я не понимаю, о чем вы? Какая жена? Какая дочка?

– Не понимаешь? Тогда я напомню, – мужчина расстегнул дождевик и приблизился вплотную к доктору. – Две недели назад мы приехали устраиваться на работу. Нас отправили в медсанчасть на проверку, и больше я своих не видел. Начальница отдела кадров сказала, что их на неделю отправили в карантин. Неделя прошла, а моих девчонок нет! Прошла вторая. Опять нет! Вместо обещанной работы на заводе двенадцатичасовое копание в вонючих кучах. Еда – баланда из непотрошеной кильки. Что за отношение к людям?! Верни мне жену с дочкой, или веди, показывай, где находится карантин! А потом отвезете меня до ближайшего города. И еще я хочу полный расчет! Вот, я подсчитал, сколько мне должна ваша контора, – и мужчина достал из кармана лист бумаги…

Григорий потянулся за листком, но мужчина неожиданно заломил ему руки и заставил доктора встать на колени.

– Где мои девочки? Мне терять нечего! Спалю тебя! – кричал мужик, поливая Григория смердящей жидкостью из возникшей ниоткуда бутылки.

Охранник пытался отбить доктора, но лысый плеснул ему в лицо содержимым бутылки. Страж, закрыв глаза руками, отпрянул в сторону. Лысый достал зажигалку, щелкнул кремнием и поднес огонек вплотную к лицу доктора.

– Где они? Поверь, я не шучу! – в доказательство своих слов он вылил остатки жидкости на себя. – Где они?..

– Умерли в карантине. Я их убил, – глядя в лицо мужчине, четко произнес Григорий, и его глаза засветились безумным светом, словно он наяву увидел девочку-ангела из своего сна. «Не бойся, ты уже давно мертв…»

Мужчина взвыл, поднес пламя зажигалки к лицу Григория, и буквально через несколько секунд они кружились в огненном танце. Мечась по комнате, натолкнулись на трущего глаза охранника, и теперь уже три факела, сталкиваясь и разбегаясь, хаотично перемещались по комнате, пока не упали замертво…

При виде трех пылающих человеческих тел Наталья пришла в ужас. Люди, еще минуту назад стоявшие рядом с ней, разговаривающие, даже прикасавшиеся к ней, превратились в обгоревшие груды мяса. Каждый из них мечтал о счастье, надеялся, верил и любил…

«Господи! – воскликнула она, – да ведь я сама могла стать этим факелом. Всего несколько секунд отделяли меня от жуткой смерти».

Мужчина взвыл, поднес пламя зажигалки к лицу Григория, и буквально через несколько секунд они кружились в огненном танце.

Она обессилено сползла на кафельный пол и очнулась только тогда, когда ее подняли под руки охранники, увидевшие огонь в окне и прибежавшие тушить пожар.

Человеческий мозг похож на ядро грецкого ореха, и чтобы добраться до него, необходимо также расколоть скорлупу

Начальник службы безопасности принес камуфлированный комбинезон и приказал сопроводить Наталью в здание охраны.

Вся жизнь в одно мгновение пронеслась перед ее глазами… Но самое страшное, что кроме ненависти, предательства, лжи, жестокости, измены и обмана, ей нечего было вспомнить. Все хорошее и доброе, что было в ее жизни, закончилось еще в детстве.

«Что же спасло меня от смерти? Случайность? А может, это знак свыше? Может, мне дали последний шанс все изменить, исправить то, что еще можно исправить?..» – мучилась, не находя ответа, Наталья и вдруг увидела девочку.

– Не бойся. Дядя, с которым я раньше беседовала, успокоился. Но его душу, изглоданную червями, спасти нельзя! – пролепетало дитя.

– Кто ты? – спросила женщина, пытаясь дотронуться до ребенка, но ее рука провалилась в пустоту. – Ты ангел?..

– Нет, я твоя совесть! И у тебя в душе черви. Хотя сердце твое еще бьется. А тот дядя много лет ходил мертвый. Потому и пришло время ему сгореть. Тебя тоже сегодня могут сжечь. Будет очень больно.