Глава 30

Можно сколько угодно готовиться к неприятностям, но они всё равно застанут тебя врасплох. Они вообще случаются именно тогда, когда меньше всего ждёшь. Утром наша колонна выдвинулась в сторону Тури. Шли мы в отдалении от реки и постоянно натыкались на те самые брошенные поселения, о которых говорили разведчики. Мой десяток оказался среди «счастливчиков», которым предстояло прочёсывать дома в поисках оставленных припасов. Всё-таки ситуация с едой была на грани катастрофы. Прокормить даже пять тысяч человек – задача не из простых.

В каждом поселении удавалось хоть что-нибудь да раздобыть. Там – серые пропустили погреб с овощами, тут – не увидели мешки с мукой. Крестьяне аори – люди подневольные, и должны сдавать часть урожая местным управляющим – вассалам князя. Управляющие присылают проверяющих, которые и следят, чтобы ничего не утаивалось, но всё проверить они не могут. Зная, где искать – можно найти. Я не знал, но активно учился угадывать, да и самому иногда удавалось обнаружить небольшие захоронки. У серых людей просто не хватало сообразительности проверить всё.

Иногда мы пересекались с десятками других колонн – и тогда просто делили поселение пополам. Первые два дня, пока мы двигались вдоль реки - деревушки, посёлки и даже большие сёла попадались часто. А на второй день пути на горизонте замаячил приличных размеров городок с высоким частоколом. На обыск были отправлена сотня бойцов с пятью подводами. Старшим назначили опытного вэри Ксерана, который не раз уже показывал своё мастерство. Но стоило нам приблизиться к городу, как меня накрыло сильнейшее чувство опасности. Я крутил головой, пытаясь понять, чем оно вызвано, но понять – не получалось.

- Рыба – за старшего! – приказал я, ускоряясь.

Ксерана я догнал спустя минуту, а тот, заметив меня, на бегу спросил:

- Шрам, чего тебе?

- Что-то не так, – ответил я, указав на город. – Не могу понять, но мне что-то очень не по себе.

- Десятки – стой! – Ксеран остановил отряд мародёров и посмотрел на город. Сзади подтянулись другие десятники. – И что тебе не по себе? Время только теряем.

- Ксеран, молодой прав, – Оса-мирин, ещё один десятник вэри, поддержал меня. – Мне тоже что-то тревожно. Сам не пойму, что.

- Да что там может быть такого? – буркнул Ксеран, и все снова всмотрелись в городок, до которого оставалось шагов триста. – Ладно, поверю вам. Двигаемся шагом, держим строй!

Десятки перестроились в линию и начали приближаться к частоколу. Это нас и спасло. Когда в воздух поднялась туча стрел, а через распахнутые ворота хлынули серые люди – мы сомкнули ряды и начали отступать, прикрываясь щитами. Ехавшие в отдалении подводы развернулись и поехали назад, а один из возниц активно махал руками, привлекая внимание основных сил.

- В круг! – проорал Ксеран, останавливая свой десяток, когда стало понятно, что нас будут преследовать.

- Держим строй! – проорал я своим. – Плотнее!

Похожие команды неслись над другими десятками. Сбившись в круг, ощетинившийся копьями, мы готовились к обороне. Серых было немного, но больше, чем нас. Некоторые бойцы даже успели послать в сторону неприятеля стрелы – а потом на нас навалились. Мой десяток оказался на фланге, поэтому не принял участие в первом столкновении, но уже через минуту серые добрались и до нас. Окружить отряд полностью они не смогли, поэтому те десятки, что оказались в тылу, присоединились к сражению на флангах.

Первые раненые не заставили себя ждать, но мой десяток пока держался. Крики боя, звон металла о металл, глухие удары и запах крови – чем дальше, тем спокойнее я воспринимал происходящее. Наступил на кишки? Ну главное, чтобы не твои были и не твоих союзников. Кто-то должен был сегодня умереть, и моя задача, чтобы умирали враги – всё просто, хотя и с сильным душком.

Бой продлился недолго: подоспели выделенные на нашу колонну пять сотен всадников и буквально втоптали один из флангов серых в землю. Пехота сместилась, связывая серых боем и позволяя кавалерии зайти в тыл, развернуться и ударить. Мой десяток был с другой стороны – всего этого я не видел, а только догадывался, что происходит. После очередного наскока даже стальные нервы серых людей не выдержали, и те попытались сбежать под прикрытие частокола, но всадники им этого сделать не позволили, а мы – завершили сражение, добив оставшихся неприятелей.

- Ксеран, помощь нужна? – крикнул командир всадников.

- Обойдёмся! – махнул рукой наш главный мародёр. – Не умеют они по частям атаковать: все, что были, все и вылезли.

- Ну смотри!

Всадники ускакали обратно к основным силам, а мы двинулись внутрь городка. Здесь нам с добычей повезло – и повезло крупно. Один из двух амбаров, поменьше и поновее, оказался с запасами еды, и Ксеран удовлетворённо потирал руки. Придётся посылать за новыми подводами – и благодарность от начальства не заставит себя ждать.

А вот второй амбар и стал той самой настоящей неприятностью, к которой никогда не получается подготовиться.

С точки зрения серых людей – это, конечно, можно было считать едой. А с точки зрения нормальных людей – это был склеп. Нори, посланные проверить отдалённый амбар, выскочили назад с зелёными лицами. Можно найти тысячу оправданий для совести, если речь идёт о жертвах в бою. Но никогда ты не сможешь привыкнуть к виду мертвых селян и горожан. Казалось, здесь собраны жители всех окрестных деревень. Собраны и гниют – гора трупов под самую крышу амбара.

- Чтоб меня, – прошипел подошедший Ксеран, зажимая нос. – Инг, бегом к нашим. Сообщи, что мы нашли…

- Услышал, – один из бойцов десятка Ксерана опрометью кинулся к основным силам.

- Уроды, – всхлипнула Лента, заглянув внутрь и отшатнувшись. – Как же так можно?

- Мы на скотобойню как-то попали – и не такое видели, – буркнул один из бойцов Ксерана.

- Просто, девонька, они считают нас едой, – ответил сам Ксеран, сочувственно погладив Ленту по голове.

- Ксеран! Пройдусь с парой бойцов по городу? – мрачно предложил я.

- Пройдись, – кивнул тот.

Город был небольшой, и людей здесь жило явно меньше, чем мы нашли в амбаре. Мне требовалось понять – почему. Хотя бы для себя лично. Взяв Пузо и Молчка, я двинулся в обход. Дома серые вычистили подчистую: достаточно было проверить несколько, чтобы понять, что там пусто. Простая мебель была вынесена, тряпки собраны и сорваны, местами серые даже перегородки разламывали. Армия требовала костров, а если вокруг поля – то и дерева не хватает.

На главной площади посёлка картина произошедшего стала яснее. В большом доме, где жил, похоже, правитель городка – эрл – царило такое же запустение, что и везде, но следы крови на крыльце и на первом этаже показывали, что здесь сражались. Сражались без надежды на победу, потому что разведчики утверждали, что, судя по следам, армия серых прошлась тут в полном составе и только потом разделилась. Последней линией обороны защитников стало хранилище казны. Помещение с одной дверью и толстыми каменными стенами – именно здесь последние из защитников приняли свой бой. Проход и саму комнату будто кто-то тёмно-красной краской покрасил. Казну, кстати, тоже вынесли. Хотя серые и не пользовались деньгами.

Вернувшись на площадь, я подошёл ко второму крупному зданию в поселке – храму. Здесь укрывались жители, пытаясь спрятаться за толстыми каменными стенами от врага. Обитые железом ворота были искорежены и выломаны. Храм был залит кровью. Когда-то здесь стояли скамьи и какие-то храмовые принадлежности, и только следы от них говорили, что пол изначально был серым, а не тёмно-бордовым.

- Проклятье… Как слой краски, – пробормотал Пузо, разглядывая след от ножки. – Мебель из засохшей крови выламывали потом.

Лестница в подвал храма привела в просторное хранилище. Тут тоже когда-то стояли стеллажи, бочки и ящики, а между ними прятались жители, отправленные под нож серыми людьми. Песок на полу изменил цвет, став тёмным от пролитой крови.

- Бойня, – хмуро вынес вердикт Молчок.

Снова оказавшись на главной площади – мы прошлись до противоположных ворот. Дорога там ещё хранила следы многочисленных повозок. Местами попадались щепки, россыпи зерна, муки и грязные тряпки. Развернувшись, мы отправились обратно к амбарам, где нас поджидали другие бойцы. Ксеран подозвал меня сразу по возвращении.

- Сейчас ещё люди подойдут. Надо сжечь этот могильник, когда заберём еду, – буркнул он. – Что там в городе?

- Пусто, – ответил я. – Даже мебель вынесли. С дровами придётся что-то придумать…

- Почему они не защищались? – спросил командир.

Несколько бойцов подошли поближе.

- Они защищались, только не тут, – ответил я. – В центре что-то вроде дома правителя и храм. Вот там всё и произошло. В доме правителя следы боя: защищались до последнего и погибли. В храме – следы бойни…

- Какие следы? – спросил один из бойцов.

- Там кровью пол покрасили, – хмуро буркнул я.

- Всё равно не понимаю, – Ксеран покачал головой. – Как такое произошло?

- Когда мы отступали по реке, – проговорил я, вспоминая поражение на переправе, – серые делали плоты и, наверно, переправились на другой берег уже через день. Местные просто не успели уйти. На выезде со стороны Тури – в грязи дороги – остались следы колёс. Их даже серые не успели окончательно затоптать. Если судить по следам и мусору, там был целый караван телег. Они хотели уходить дальше, но не успели…

- Дерьмо, – высказал Ксеран своё отношение.

К вечеру амбар мы всё-таки сожгли. На него пошло всё оставшееся дерево в городе, которое удалось легко выломать. Несколько практически разобранных деревянных домишек, новый амбар, расшатавшиеся брёвна частокола. Зана прислала ещё две сотни бойцов. В триста пар рук мы смогли сложить для местных жителей огромный погребальный костер, избавляя окрестные земли от будущей нежити.