Тишину нарушила воркотня мотора. Автомобиль, свернув с главной улицы Плэдберри в тот момент, когда часы на колокольне пробили половину второго, поднялся вверх по холму, неся перед собой свои желтые фары, как тускло горящие церковные свечи, въехал в парк, затем промчался по аллее и, обогнув спящий дом, подкатил к нему сзади.

По двору от гаража до входной двери прозвучали легкие шаги, щелкнул ключ в замке. Это лорд Клигнанкорт вернулся из Лондона.

Он бесшумно прошел по каменным плитам нижнего коридора и через обитую зеленым сукном дверь — в вестибюль. Поднялся по парадной лестнице, миновал свою гостиную и кабинет и вошел в туалетную комнату, смежную со спальней. Здесь он разделся, надел пижаму и, потушив свет, открыл дверь в спальню. Секунду он стоял в темноте, блаженно потягиваясь и зевая. Он был сегодня в прекрасном настроении.

Затем он откинул одеяло и лег в постель.

Чье-то теплое и пышное тело пододвинулось к нему, и он ощутил запах женских духов. Сонный голос проворковал у него над ухом:

— Котик, вот чудесно! Но как тебе удалось? Ведь это страшный риск! Она может проснуться и увидит, что тебя нет!

Лорд Клигнанкорт всегда действовал осмотрительно и не спеша. Вместо ответа он ощупью произвел разведку, за что был немедленно вознагражден: две руки обвились вокруг его шеи, и тот же голос шепнул:

— Поцелуй меня, Беши!

Он привлек женщину к себе и только что стал искать губами ее губы, как вдруг ее руки разомкнулись и оттолкнули его, согнутые ноги уперлись ему в живот, и от сильного толчка он кувырнулся через край кровати и тяжело шлепнулся на пол. В тот же миг вспыхнула лампочка над кроватью, и женщина, едва успев обтянуть на себе ночную сорочку, пронзительно взвизгнула. Крик ее достиг коридора, и Купферстечер, который только что, крадучись, на цыпочках вышел из своей комнаты, вздрогнул и остановился. Первым его побуждением было шмыгнуть обратно и закрыть дверь, но он не растерялся и, оставив дверь открытой, устремился вперед, туда, откуда несся второй, уже более продолжительный вопль. Наконец, добежав до другого конца коридора, он услышал за одной из дверей голос мисс Каспидор:

— Что вам здесь надо? Кто вы такой?

Купферстечер распахнул дверь и ворвался в спальню.

Он увидел мужчину в пижаме, который стоял у кровати, а на смятой постели сидела, скорчившись, мисс Каспидор, прикрываясь простыней.

— Негодяй! — прорычал мистер Купферстечер. — Ты дорого за это заплатишь!

И он нацелился кулаком в голову незнакомца. Тот вовремя нагнулся и отскочил в сторону, а Купферстечер завертелся на одной ноге и упал ничком.

Мисс Каспидор опять завопила.

Купферстечер приподнялся, упираясь в пол руками и коленями, потряс головой, чтобы очухаться, и, тяжело дыша, пополз вперед.

— Я тебя проучу, мерзкий койот! — прошипел он, пробуя встать.

— Уобеш! — закричал кто-то в дверях. — Что ты делаешь на полу?

Это была миссис Купферстечер. Ее супруг, жмурясь, опять затряс головой. Из носа у него текла кровь. Увидев это, миссис Купферстечер взвизгнула, налетела на лорда Клигнанкорта и принялась молотить его кулаками.

— Ах, подлец, он ударил моего мужа!

Лорд Клигнанкорт спасся бегством в туалетную комнату и запер дверь.

Тогда миссис Купферстечер повернулась к мисс Каспидор, которая все еще сидела на постели, поджав под себя ноги.

— Что тут такое творится? Это ваша комната, Марджорем? Так что же тут делал посторонний мужчина? Накиньте халат, Марджорем, вы неприличны! А ты, Уобеш, зачем здесь?

Из-за двери высунулась голова Гарстенга. Он услышал последние слова.

— В самом деле, мистер Купферстечер, — воскликнул он с негодованием. — Я тоже хотел бы знать, как вы очутились среди ночи в спальне мисс Каспидор! Клигнанкорт-холл имеет высокую репутацию, и мы не допустим, чтобы вы вводили здесь ваши американские вольные нравы. Здесь вам не Голливуд!

Тут миссис Купферстечер накинулась уже на него.

— А вы не смейте нападать на американские нравы!

Они самые строгие в мире. Мы здесь застали какого-то мужчину, не знаю, куда он делся — кажется, убежал в ту дверь. Вы бы лучше подумали о ваших английских нравах, мистер Гарстенг. У нас в Штатах таких вещей не потерпят!

Но вдруг тень подозрения омрачила ее лицо.

— А почему ты оказался здесь, Уобеш? — спросила она, понизив голос, тоном человека, готового принять любое объяснение.

Купферстечер, прижимая платок к носу, пояснил:

— Меня разбудил отчаянный женский крик, и я бросился на помощь. Каждый порядочный американец на моем месте сделал бы то же самое.

Супруга смотрела на него испытующе, про себя сопоставляя факты. Сколько было криков? Она слышала три, но ей смутно помнилось, что, когда первый крик разбудил ее, Уобеш уже стоял в халате у открытой двери.

— Я никого здесь не видел, — сказал Гарстенг, — кроме мистера Купферстечера.

— Он ушел туда, — повторила миссис Купферстечер, указывая на дверь туалетной комнаты.

Дверь эта медленно отворилась, и взорам присутствующих предстал лорд Клигнанкорт в элегантном тёмно-красном халате и сафьяновых туфлях того же цвета. Висевший у него на груди монокль заискрился, когда на него упал луч света от лампы.

— Вот, этот самый! — вскрикнула миссис Купферстечер.

— Мерзавец! — заревел ее супруг, воинственно сжимая кулаки.

Мисс Каспидор широко открыла глаза. Ее нижняя туба уныло отвисла.

Лорд Клигнанкорт прикрыл дверь и прислонился к ней спиной.

— Ну-с, — начал он, в упор глядя на бледного как смерть Гарстенга, — потрудитесь объяснить, как попали все эти люди в мою спальню?

— Ах, граф! — протянула мисс Каспидор, кокетливо драпируясь в халат. — Видимо, тут произошло ужасное недоразумение.

Она взмахнула ресницами и лукаво улыбнулась. А граф, улыбнувшись в ответ, сделал приглашающий жест в сторону открытой двери, в которую уже заглядывали из коридора чьи-то головы.

— Входите все, — сказал он любезно. — Поскольку моя спальня превратилась в нечто вроде фойе для публики, милости просим! Каждый может в антрактах отдохнуть здесь.

Подруга Мертона в сногсшибательной вискозной пижаме протиснулась в комнату и втащила за руку упиравшегося Мертона.

— Пикантная история! — воскликнула она. — Как ты думаешь, которого из двух застали в постели с этой блондинкой?

— Наверно, янки, — предположил Мертон. — Видишь, у его супруги ужасно оскорбленный вид.

— Ну, а кто же в таком случае этот персонаж из комедии Ноэля Кауэрда, который сказал, что тут его спальня?

— Тс-с! Это лорд Клигнанкорт.

— Скандал! — сказала девушка Сайкса. — Кто это так отделал янки?

— Лорд Клигнанкорт, вероятно, — отозвался кто-то.

— Вон тот, у двери? А, понятно... Нет, все-таки странно! кому какое дело, что он и эта дамочка захотели побаловаться?

Лорд Клигнанкорт схватил свой монокль и вставил его в глаз.

— Ой, смотрите! — воскликнула та же девица. — Вылитый Мак-Кой, верно?

— Ну, что же, — сказал лорд Клигнанкорт, — я жду объяснений. Что тут — съезд элков? [27]

Мистер Купферстечер, уже давно разжавший кулаки, сделал движение, как будто хотел выступить вперед, но ноги его точно приросли к полу.

— Гарстенг, вы бы представили нас его светлости, — сказал он неуверенным тоном.

— Да, да, конечно. Это мистер и миссис Купферстечер из Америки, а это мисс Каспидор. Они посетили нас сегодня вечером и остались ночевать. Мистер Купферстечер — председатель Американского комитета упорядочения европейской литературы. Я думал, что вы ничего не будете иметь против, если я помещу мисс Каспидор в вашей комнате.

В коридоре у дверей произошло какое-то движение.

— Was ist denn los? — запыхавшись, спросил кто-то резким голосом. — Ich verstehe nicht, Fiitzi, was passiert ist! [28]

И сквозь толпу прорвалась подруга Фикенвирта, Фридль, в ночной сорочке, в которой она казалась еще громаднее. Одной голой мускулистой рукой она обнимала Фикенвирта, у которого из-под раскрытой пижамы виднелась волосатая грудь и верхняя часть круглого животика.