В ту секунду, когда наша кожа соприкоснулась, ледяная магия хлынула из её тела в моё. Но, похоже, Катю совсем не волновала моя смена тактики.

— Ты глупая дурочка, — прорычала она. — Благодаря тебе мне стало намного проще сделать вот это.

Быстрым движением она высвободила своё левое запястье из моей руки и вонзила один из своих кинжалов мне в живот. Я закричала, хотя в то же время ужасная рана послала ещё больше магии в моё тело, и эта сила бушевала внутри меня, словно ледяной торнадо.

Катя выдернула кинжал. Она начала отворачиваться, но я подняла руку и снова схватила её за запястье. Мы качались туда-сюда несколько секунд, пока она пыталась вырваться, а я держала её изо всех сил, вонзив в кожу пальцы и ногти. В то же время я подставила ей подножку, и когда она потеряла равновесие, развернула так, чтобы она оказалась спиной к Деи.

— Сейчас! — крикнула я.

Дея не стала медлить, она шагнула вперёд, когда мой крик ещё разносился эхом по сараю.

Катя выругалась, наконец осознав, что я задумала. Она снова попыталась сломить мою хватку, но это было бесполезно. Каждое её движение делало меня всё сильнее и сильнее. Я ухватилась ещё крепче, так что мои пальцы впились в её плоть так сильно, что я услышала, как хрустят кости.

Секунду спустя Дея вонзила меч в спину Кати.

Катя закричала в агонии, получив смертельное ранение и выгнулась назад, как будто могла таким образом вытеснить меч Деи из своего тела. Кинжалы выскользнули из её рук и упали на деревянный пол. В то же время из её рта хлынула кровь.

Катя уставилась на меня, её зелёные глаза тускнели с каждой секундой. Цвет и магия исчезли из её взгляда, и я снова смотрела в глаза цвета ореха. Её эмоции обрушились на меня, словно удар, когда сила и жизнь покидали её тело, и я ощутила жалящую боль смертельной раны вместе с ней.

Эта боль была такой же, как боль от раны на животе, нанесённой кинжалом.

Катя продолжала бороться, всё ещё пытаясь сломить мою хватку. Но я сжала её запястья ещё крепче и не отпускала. Затем она издала последний хриплый крик, прежде чем рухнуть на пол. Она была мертва.

Глава 29

Может Катя и была мертва, но она всё ещё собиралась забрать меня с собой.

Я так крепко держала её, что упала на неё сверху, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы отпустить. Мне удалось с неё скатиться, но каждое движение делало боль в животе ещё более невыносимой. Я могла видеть, как моя кровь смешивается на полу с кровью Кати, которая пузырилась. Интересно, это украденная магия действует так внутри тела — разъедает внутренности, словно кислота, потому что в сущности не принадлежит тебе? Это было бы извращённой формой возмездия.

Я прижала руку к ране на боку, но кровь продолжала просачиваться сквозь мои пальцы.

— Лайла! — Дея бросилась ко мне. — Насколько всё плохо?

— Очень, — выдохнула я в агонии. — Тебе нужно уйти… иди… позови на помощь…

Хруст-хруст-хруст.

Хруст-хруст-хруст.

Хруст-хруст-хруст.

Снаружи раздались шаги, они подходили всё ближе. Дея вскочила на ноги и заградив меня, подняла меч, готовая принять любую новую опасность, какой бы та не была.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвались Девон и Феликс с мечами в руках.

Все трое секунду смотрели друг на друга, прежде чем Дея выдохнула и опустила оружие.

— Ребята, вы должны помочь Лайле. Она ранена.

Девон опустился на колени рядом со мной, его глаза расширились от шока, когда он увидел всю эту кровь.

— Лайла… — выдавил он.

— Подожди, — сказал Феликс, тоже вставая возле меня на колени. — Позволь мне попытаться исцелить её. Или, по крайней мере, остановить кровотечение, пока не подоспеют папа и остальные.

Феликс положил руку поверх моей раны, что заставило меня задохнуться от боли. Но он проигнорировал мои сдавленный всхлипы и применил свой талант. Его магия проникла в моё тело, пытаясь остановить кровотечение, стянуть рваные края раны и устранить весь ущерб, нанесённый Катей.

И на мгновения я почти подумала, что это сработает.

Но у Феликса был лишь небольшой талант к исцелению, а моя рана была определённо серьёзной. Он смог остановить кровотечение лишь на несколько секунд, затем магия улетучилась из моего тела, и кровь снова начала просачиваться через пальцы. Феликс закрыл рану насколько мог, но этого было далеко недостаточно.

Феликс выругался.

— Это бесполезно. Её рана слишком серьёзная, а у меня просто недостаточно магии, чтобы излечить её. Если бы у меня была бутылка с соком шипокола… — он замолчал, поскольку мы все знали, что у него нет с собой исцеляющего сока и что я умру от потери крови, прежде чем его удастся принести из палатки целителей на ярмарочной площади.

Поэтому Феликс наклонился и попытался ещё раз, затопив моё тело очередной волной магии. Я чувствовала его силу внутри себя. Моя впитывающая магия была готова отозваться, хотя это не принесло бы никакой пользы. Моя магия делала меня сильнее, но сейчас мне нужна была целительная магия, а не та, что наделяла меня мышечной силой, чтобы махать мечом. Если бы только магия Феликса была такой же сильной, как магия Девона, тогда он смог бы излечить мою рану без каких-либо усилий. Но талант принуждения Девона не имел никакого целительного элемента, и он мог давать людям только простые команды. Как, например, приказать мне держаться, когда мы висели на сетке для лазанья. Или бежать, как он сделал в ту ночь, когда мы сражались с Грантом. Тогда я объединила магию Девона со своей собственной, что дало мне сил убежать достаточно далеко, чтобы спасти нас от Гранта и его головорезов.

Я посмотрела на Феликса и Девона, они оба склонились надо мной, и в моей голове зародилась безумная идея. Может целительная магия и была здесь только у Феликса, но он был не единственным с магией, и, возможно, чистая магия — это всё, что потребуется.

Я протянула руку и сжала руку Феликса, затем также схватила руку Девона и теперь держала их обоих.

— Феликс, — прошептала я и почувствовала вкус крови во рту. — Попробуй излечить меня ещё раз. Используй… столько магии… за раз… сколько можешь. Девон… в то же время… прикажи мне исцелиться. Вложи в свой приказ столько силы, сколько возможно.

Глаза Девона расширились, когда он понял, чего я хочу. Он покачал головой.

— Нет. Это слишком опасно. Я ещё никогда раньше не использовал свою магию таким образом. Я даже не знаю сработает ли это, и если да, то как. Это может тебя убить.

Затем он замолчал, но я буквально видела, как маленькие колёсики завертелись в его голове, пока он пытался всё обдумать, как делал обычно.

— Если мы не попытаемся… я всё равно умру, — выдохнула я. — Сделай, как я скакала… дай мне шанс… прошу…

Мой голос оборвался, а перед глазами начали вспыхивать белые и чёрные пятна. У меня осталось не так много времени, может ещё одна или две минуты, прежде чем я потеряю сознание. А ещё несколько минут спустя я умру от потери крови прямо здесь на полу сарая.

— Мы должны, — сказал Феликс. — Я тоже не знаю, сработает это или нет, но это её единственный шанс.

Девон кивнул и посмотрел на своего друга.

— Тогда на счёт три. Один… два… три!

Феликс крепче сжал мою руку и в очередной раз затопил моё тело своей магией, на этот раз сильнее, чем когда-либо прежде, как будто собрал каждую крупицу, которая у него была, и направил в моё тело. И ещё когда он использовал свою целительную магию, Девон наклонился вперёд, чтобы заглянуть мне прямо в глаза и произнёс всего два слова.

— Исцели себя.

Резкое магическое принуждение в его голосе прозвучало в моей голове так же громко, как раскат грома. С одной секунду на другую его сила завладела мной, и мои внутренности начали сжиматься, чтобы вернуть всё на свои места. Я закричала и выгнулась, и мне становилось всё холоднее, поскольку Девон постоянно повторял свой приказ исцелиться, в то время как Феликс продолжал посылать больше магии в моё тело.

Но затем сработал мой собственный талант, моя впитывающая магия, и теперь я чувствовала лишь ледяной огонь магии, пульсирующий в моём теле, более интенсивный, чем когда-либо прежде. Приказ Девона всё ещё действовал на меня, поэтому я сосредоточилась на том, чтобы как можно лучше следовать его указанию. В то же время я пыталась использовать магию Феликса. Это было странно, но я почти могла видеть мои внутренности, видеть, как все эти разорванные мышцы и кровеносные сосуды снова соединяются вместе. А потом я поняла, что чувствую ледяной огонь магии внутри и вокруг колотой раны, но больше нигде в моём теле.

Я не была уверена, померкла ли сила Девона и его приказ или я просто поняла, как использовать впитывающую магию совершенно новым способом, но я начала постепенно восстанавливаться.

Постепенно моя рана начала исцеляться.

Я закричала, и ещё раз, когда кровотечение замедлилось, а потом совсем остановилось. Мои мышцы соединились, и рана на коже закрылась. Это было хуже, чем любое лечение соком шипокола, которое мне когда-либо пришлось вынести, хуже, чем любая боль, которую я когда-либо испытывала в жизни, даже хуже, чем боль в тот момент, когда Катя нанесла мне рану. Но я выпустила всю свою боль при помощи криков и сосредоточилась на том, чтобы как можно лучше устранить вред, использовав магию в моём теле.

Постепенно моё дыхание успокоилось, и белые пятна больше не танцевали перед глазами. Мои крики стихли до сдавленных рыданий, но потом даже они прекратились, хотя из глаз всё ещё текли безмолвные слёзы. Мне потребовалась минута, чтобы понять, что я действительно… в порядке. Как будто больше не умираю.

Я заморгала, потом осознала, что лежу на полу на спине. Девон с Феликсом всё ещё стояли на коленях, нависнув надо мной, и держали меня за руки, а Дея стояла позади них. Все трое с напряжением смотрели на меня.

— Это сработало? — спросил Девон дрожащим голосом.

— Не знаю, — ответил Феликс. — Но она перестала кричать. Обычно это хороший знак.