— По-другому я этот тон охарактеризовать не могу. — пожал он плечами. — Да я и настаивать не стал. Для меня это тоже не самая приятная тема.

— И что давали тебе такие беседы? Как это помогало делу? — Гермиона посмотрела на друга.

— Делу о других Пожирателях? Никак. — подтвердил Гарри догадку подруги. — Но, думаю, это помогало самому Малфою. Так он хоть с кем-то разговаривал.

— А его друзья? Разве он не поддерживает отношения с ними? — Удивилась Гермиона.

— Нет, насколько мне известно. — потер он лоб. — Поначалу ему приходили от них письма, но он практически игнорировал их, и вскоре те перестали ему писать. Совсем. А с родителями ему запрещено видеться. А письма прочитывают.

— Мерлин, как же это гнусно. — ужаснулась девушка. — Неудивительно, что он такой…

— Какой? — Заинтересовано вскинул брови.

— Нервный. — подумав, ответила она. — Я бы сказала, что ему нужен психотерапевт. Но, учитывая, о ком мы говорим, он ему не поможет. Малфой просто не станет с ним разговаривать. В принципе, как и с любым другим специалистом. — Мрачно закончила она.

— С тобой он тоже молчит? — удивился Гарри, не веря услышанному — события последних недель показали, что как раз-таки с Гермионой он хочет разговаривать.

— Нет. — покачала она головой. — Но его ответы безжизненные какие-то. Он как будто отрабатывает монотонное и скучное заклинание, до тех пор, пока кто-то не сочтет, что достаточно.

— Ну, если он не молчит, то ты на верном пути. — уверенно заключил Поттер. Гермиона вскинула голову. — Моего энтузиазма хватило всего на несколько раз. — поднял руки вверх Гарри. — Остальные встречи мы практически молчали, глядя куда-нибудь в камин.

— Как же ты составлял отчеты? — Напустилась на него подруга.

— Исходя из первых встреч и знания его натуры. — Ответил Гарри.

— Но это же безответственно!

— Зато он на свободе. — резко ответил Гарри. — И я хочу, чтобы он и дальше там оставался.

— Но я не могу так. — Сжала виски девушка.

— Можешь, Гермиона, можешь. — Гарри положил руку ей на плечо. — Просто проанализируй его поведение, как умеешь именно ты. Дело же не только в вопросах и ответах, но и в его реакции, поведении. Да ты и сама прекрасно это понимаешь, как бы ты не относилась к его дому или ему самому, помни, что он — невинный человек. Запутавшийся несчастный, хоть и с премерзким характером и темным прошлым.

Гермиона фыркнула и улыбнулась, потрепала друга по отросшей челке. Этот жест означал, что Гарри прощен по всем пунктам. Обняв подругу на прощание, Поттер исчез в камине, а Гермиона попыталась вспомнить сегодняшнюю встречу со слизеринцем, чтобы написать подобающий отчет.

Проанализировать поведение. Хм, не так-то это просто, учитывая, что она видела его всего три раза, и при каждой встрече он был разным. В Сочельник он сильно её напугал, через неделю пытался соблазнить, а потом был самым обычным, хоть и не тем Драко Малфоем, к которому она привыкла за все школьные годы. И вот что она по этому поводу должна думать? Что прописать в отчёте для Кингсли, исходя из этого? Что Малфой нервный и переменчивый, как капризная девица?

Покачав головой, Гермиона встала и подошла к столу, в одном из ящиков которого были черновики предыдущего отчета. Взяв его за основу, девушка начала неуверенно писать, постепенно все больше входя во вкус. Все также отмечая его нелюдимость, гриффиндорка писала вскользь о его чувстве юмора и желании социальной адаптации в послевоенной время. Отметив напоследок, что он был вежлив и гостеприимен, Гермиона отложила письмо в сторону и начала готовиться ко сну — завтра предстояло вернуться в школу и подготовиться к устному опросу. Вопросы и ответы она, конечно же знала, но выучить лишнее никогда не помешает.

***

Утром, перечитав рапорт еще раз, Гермиона отдала его срочно вызванному через камин Гарри и попросила того передать свиток Министру. Обнявшись на прощание, Поттер отправился на работу, а она — в кабинет директора Хогвартса, доступ к которому ей был открыт благодаря Министру круглосуточно. Когда девушка подписывала контракт, то крайне удивилась такому пункту, но Кингсли сказал, что доверяет ей и убеждён, что она не станет пользоваться своим положением просто из прихоти.

Минерва МакГонагалл приветствовала старосту и вернулась к своим делам. Сама Гермиона поспешила на пятиминутное совещание перед завтраком — узнать, не было ли эксцессов за выходные. Ввиду ее постоянного отсутствия в эти дни, приходилось идти на такие меры. Выслушивать нудные нотации Гермионы в самом начале недели спозаранку никто не хотел. Старосты факультетов были недовольны, но не роптали — себе дороже.

Всю неделю Гермиона ходила как на иголках — она очень нервничала из-за отчёта. Доволен ли Кингсли, не заметил ли он, что она отступила от тем беседы? Не повредит ли это Малфою? Вопросов было множество, ответов — ноль. Но, судя по тому, что ее срочно никто не вызывал и Министр сам не показывался, все обошлось. В пятницу вечером она была уже дома, предвкушая субботний вечер с Роном, а заодно следовало подготовиться к новой встрече с Малфоем, подумать о темах, которые она могла бы с ним обсудить, не вызывая споров и ссор. Неизвестно, в каком настроении тот будет на этот раз.

Утром Гермиона обнаружила на подушке записку от Рона, в которой тот извинялся, что не сможет провести с ней весь день, как они договаривались — у брата снова кризис и весь магазин на нем. Но он обещал закрыться на полчаса в ланч, чтобы пообедать с ней.

Гермиона расстроилась и разозлилась одновременно. Он не единственный в семье брат, но почему именно он должен тащить это все на себе? Тем более в выходной? В очередной раз Рон разочаровывает ее. Решив не переживать по поводу внешнего вида, Гермиона небрежно свернула волосы в небольшой пучок и приступила к монотонным делам: душ, завтрак, чтение. В обеденный перерыв Рон действительно появился. Наспех поцеловав свою девушку, он сел за стол и стал, как обычно, поглощать обед, почти не пережёвывая его, и одновременно рассказывать, как ему тяжело.

— Джордж все время пропадает в их с Фредом лаборатории, придумывает там что-то. Когда я спускаюсь к нему, то слышу, как он постоянно разговаривает с Фредом, как будто тот все еще жив и рядом. Когда я окликаю его, он приходит в себя, но это когда я с ним. Потом все по кругу. Когда он просит меня помочь, то постоянно ругается, так как я не схватываю с полуслова, как Фред. Он не хочет понять, что я — не он. Он больше не шутит, как раньше. К покупателям его выпускать нельзя. И все это на мне. Равно как и финансы, я скоро с ума сойду от такой жизни.

Рон горестно вздохнул и одним махом допил чай. Гермиона продолжала водить вилкой по салату, к которому даже не притронулась. В этот момент рыжий коснулся ладонью ее руки. Девушка вскинула голову и увидела его нежную улыбку.

— Ты такая понимающая, Гермиона. — проговорил он. — Ты не представляешь, как я тебе благодарен, что выслушиваешь меня. Больше мне не с кем обсудить все эти проблемы — с родными не могу, им самим очень тяжело, Гарри все время на работе. Спасибо, что ты рядом, любимая. — он потянулся для поцелуя. Чмокнув Гермиону в губы, он встал со стула. — Мне пора, там покупатели, наверное, столпились. Увидимся через неделю.

Гермиона встала проводить гостя до камина.

— Пиши мне, я всегда рад весточке от тебя. — Улыбнулся он на прощание и исчез в зеленом пламени.

Гермиона постояла в гостиной, пытаясь не разреветься от обиды. Никогда. Никогда он не спрашивает ее, как у нее дела, что нового. Или он так уверен, что она со всем справляется без посторонней помощи? А как её дела с Малфоем? Он вообще в курсе, что она его куратор? Может, она уже переспала с ним несколько раз просто так, от скуки? Потому что она уже не подросток, а интересная девушка со своими физиологическими потребностями и желаниями, а ее парню это невдомек. Порой так хочется нежности, тепла, глупых и милых фраз, но неужели ему самому не хочется? Он тоже молодой, с такими же потребностями, порой жёсче, чем у неё, но дальше поцелуев у них никогда не заходило.