14.03.1999. вс. 25, 26 лунный день, убывающая Луна.

Поведение мягкое, типичное. Охотно идет на контакт, остроумно шутит, вежлив в своем поведении. Границы личного пространства не нарушает. Мерлин, как же я скучаю по его губам… таким твердым, таким страстным… поцелуи Рона совсем другие… царапина прошла, а вот лопатка еще беспокоит… сказал, что очень сильно ударился при падении, предложила помочь, он отказался…

17.03.1999. ср. 28, 29, 1 лунный день, новая Луна.

21.03.1999. вс. 4, 5 лунный день, растущая Луна.

Поведение очень вежливое, галантное. Никаких признаков агрессии или затворничества. Обаятельный собеседник. Я хочу, чтобы он снова поцеловал меня… Я чуть не набросилась на него с поцелуями сама… Рон не вызывает во мне таких желаний… Мерлин, надеюсь, он не видел моего голодного взгляда…сегодня он был в рубашке с коротким рукавом…я схожу с ума при виде его сильных рук…я так и представляю, как он стискивает ими меня…

Просматривая свои записи, Гермиона тщательно искала закономерность поведения ее подопечного, но ее не было. Был лишь юноша в самом расцвете сил, ухаживающий за понравившейся девушкой. Не такого результат она ожидала от этих встреч. В том числе и от себя…

Рядом кто-то плюхнулся. Гермиона еле успела убрать свои записи в первую попавшуюся книгу.

— Как я устала! — простонала Джинни. — Эта тренировка совсем измучила меня. А что ты делаешь? — тут же переключилась она. — Календари? Лунные циклы? Гермиона, ты увлеклась предсказаниями? — Неподдельно удивилась подруга.

— Нет, это для моего нового эссе. — Несмело покачала та головой.

— Ну-ну. — усмехнулась рыжая. — Если бы я тебя не знала, то решила, что ты хочешь погадать на вас с моим братцем.

— У нас все хорошо! — Тут же откликнулась Гермиона, а про себя подумала, что сказала она это слишком быстро, учитывая, что последнее время она думала совсем не о нем.

— Надеюсь. — кивнула Джинни. — Я тут была у них с Джорджем, видела ту мерзавку, что подбивала клинья к моему Гарри. Наши взгляды пересеклись всего на секунду, она быстро развернулась и ушла, но я уверена, что она кокетничала с Роном.

Гермиона тут же вспыхнула в ярости.

«Как он мог? Сейчас с ним флиртует одна, потом он будет кокетничать с другой, и все это время ссылаясь на то, что с клиентами нужно поддерживать хорошие отношения. Так и до измены недалеко!»

Но потом ее мозг тут же услужливо подкинул ей картинки ее собственного поведения с другим волшебником. Так вот там все было куда как менее невинно. И это уже Рон мог бы на полном серьезе закатывать ей сцены ревности.

— Все хорошо, Джинни. — Вымученно выдавила из себя Гермиона.

— Ну смотри. Если что, мой летучемышиный сглаз всегда наготове.

— Спасибо, Джин. — искренне улыбнулась Гермиона и начала собирать свои листы. Что-то не клеится сегодня ее анализ…

Весь вечер гриффиндорка мучительно думала о двух парнях, коконом обвивавших ее. Казалось, она оказалась в сетях, которые сама же и сплела. И не вырваться из этого плена! Еще и Джинни. Погадать, дурацкая идея… Однако, мгновением позже Гермиона поймала себя на мысли, что рассматривает чаинки у себя в чашке.

— Мерещатся свадебные колокола? — Хихикнула ее подруга в ухо, и Гермиона нахмурилась.

— Это все бред. — Как можно увереннее произнесла Гермиона.

Джинни лишь похлопала ту по плечу, а подруга задумалась. После ужина, когда все разошлись по своим гостиным, она решительно вышла в коридор школы. Если какая-то мысль тебя мучит, воплоти ее! И Гермиона твердой походкой направилась в Северную башню.

Чем выше по лестнице поднималась девушка, тем все слабее была ее вера. И тем сильнее она себя ругала за глупость. Зайдя в кабинет, она нервно оглядывалась. Не зная, как поступить. Когда перед ее носом засеребрилась лестница, Гермиона сначала не поверила, а затем посмотрела наверх — люк был открыт. Ее приглашали войти. Глубоко вздохнув, она начала подниматься вверх. Давно она не была в этой части замка…

Закрыв за собой люк, девушка осмотрелась. Ничто не изменилось за годы ее отсутствия: тот же полумрак, тот же удушливый запах.

— Я ждала тебя, милочка. — Произнес голос профессора.

— Как Вы узнали? — Спросила Гермиона, как будто перед ней стояла типичная врунья-цыганка.

— Звезды разговаривают со мной! — патетично произнесла профессор, вздернув увешенную кольцами и браслетами руку. Гермиона неопределенно хмыкнула. — Однако, ты не можешь отрицать того, что ты как-то попала сюда.

— Даже не знаю, зачем я здесь. — Пробормотала она.

— Вероятно, получить ответы от высших сил. — оживилась Трелони. — Ну-ка, иди, садись за любой стол и выпей чаю. Чаинки расскажут нам все.

Гермиона села за стол.

— Давай, выпей чаю, и мы посмотрим твое будущее. — С жарким энтузиазмом начала Сивилла.

Гермиона вздохнула, про себя сетуя на свой минутный порыв, и начала пить чай, который ей услужливо налила профессор из своего серебряного чайника. Сделав последний глоток, она резко опустила чашку на блюдце.

— Поверни против своей оси один раз и вглядись в очертания. — С закрытыми глазами, мерно покачиваясь, произнесла профессор.

Гермиона сделала, как та велела. Чаинки как-то перераспределились, перетекая из одной массы в другую, формируя неизвестно что. Профессор склонилась рядом, и Гермиона учуяла лёгкий запах кулинарного хереса. В следующую секунду профессор Трелони с громким воплем отскочила в сторону. Ее глаза расширились, руки затряслись, а рот открывался и закрывался, как у выброшенной на берег рыбы.

— Мерлин всемогущий… — начала она, — Деточка, бедная моя, у тебя там… — Лепетала она, стараясь не заикаться.

— Если Вы сейчас скажете, что это грим, я вас зааважу! — не на шутку рассердилась Гермиона. — Еще на далеком третьем курсе я сочла Вас шарлатанкой и пожалела, что стала ходить на этот предмет.

— Но… — Пыталась оправдаться преподаватель, однако девушка ее снова перебила.

— Что, снова унизите меня, сказав, что я скучная и не умею любить, что у меня нет друзей? Так это не так! У меня есть и друзья, и любимый человек! Вы ошибаетесь! Вы ошибались тогда, ошибаетесь и сейчас! Что бы вы сейчас ни сказали, это ложь! Я не поверю ни единому вашему слову!

Гермиона часто дышала, щеки раскраснелись от гнева.

— Грим — это очень опасное знамение. — Продолжала профессор настаивать.

— Этот самый грим спас Гарри жизнь в тот раз! — заорала девушка. — Вам должно быть стыдно, что Вы обманываете! И как только профессор Дамблдор нанял Вас!

От этих слов профессор Трелони пошатнулась и ухватилась за плечо студентки. Гермиона вскрикнула от неожиданности. Пальцы профессора напоминали клешни. Ее голова слегка запрокинулась, глаза закатились, из горла послышался сдавленный хрип:

— Тот, кто многим причинил немалое зло, избрал новую жертву. Невинный человек в беде. Оставленный, в одиночку он не справится, но тот, кто любит всей душой, поможет ему совладать с собой.

Гермиона в ужасе слушала эти бредовые речи, не желая верить, что так выглядят ее правдивые пророчества. Когда профессор вновь захрипела, она вернула голову в прямое положение и закашлялась. Гермиона закусила губу.

— Простите, профессор, — начала она, — Я вела себя непозволительно грубо. Этого больше не повторится. Спасибо за Ваше предсказание.

— Но я ничего не сказала. — Растерянно произнесла женщина.

— Это неважно. Спокойной ночи. Простите, что побеспокоила. — и Гермиона развернулась прочь.

— Не люби его. Он опасен. — Достиг ее голос профессора.

Гермиона снова разозлилась.

— Рон и мухи не обидит.

И с этими словами она захлопнула крышку люка.

***

… скоро придет наша девочка… — довольно мурлыкал зверь. — Когда же ты перестанешь быть слабым? Вожак сильнее других. Он берет свою самку и тащит к себе в логово.

— Я — человек! — Малфой сдавливал свои виски, стараясь заглушить ненавистный голос. — Я не опущусь до низменных желаний. С меня достаточно и прошлого раза, когда ты чуть не убил ее!