Для осуществления же данной затеи, как понимаешь, в обязательном порядке будет необходимым выполнение двух условий: ограничить последствия возможного влияния каждого отдельного члена такой системы на окружающее его пространство, то есть — изъять для этого из его доступа потенциально опасные в этом отношении инструменты и механизмы, и второе — ограничить сферу устремлений каждого члена создаваемой системы, то есть — ввести среди них соответствующую идеологию.

— Понятно, — мрачно кивнул Ирган продолжая ходить туда-сюда, — То есть — постараться опять приравнять их возможности и потребности к возможностям и потребностям животных. Ну что ж, извели зверье — будьте готовы взять их функцию на себя. Разве же это несправедливо?

— Дело не в том, справедливо это или несправедливо. То, что человек понимает под термином «справедливо» это когда все, что с ним происходит, соответствует его представлениям о том, как это должно происходить. А если сами твои представления — полный бред, то можно ли удивляться тому, что все происходящее с тобой почему-то постоянно «несправедливо»? — совершенно равнодушно откликнулся Мерк, — Что же касается данной тенденции, то она просто будет. Поскольку будет работать на самое основное стремление мира в целом — на выживание. Но и эта тенденция в свою очередь способна вылиться в серьезную проблему.

Любая форма организованных людьми сообществ есть в первую очередь результат соглашения. Для выживания в таковых ты вынужден согласиться на выполнение какой-либо роли. И если сообщество существует не в кризисных условиях, то в большинстве случаев у его членов при заключении такого соглашения есть некий выбор в вариантах ролей.

Системы же, которые будут призваны заместить собой систему «дикой природы», характерны в первую очередь тем, что у тебя не будет возможности выбора роли. Ты либо будешь выполнять ту, которую тебе отведут, либо подохнешь, поскольку у всякой такой системы просто нет возможностей содержать тех, кто не выполняет отведенную функцию в деле поддержания ее в жизнеспособном состоянии.

Принимая же во внимание любовь всякого заботливого родителя к своему чаду и неизбывное стремление пристроить таковое на местечко потеплее и пожирнее, можно догадываться и о том, кому какая роль в подобной системе будет светить.

К тому же в условиях системы, находящейся в кризисных обстоятельствах, вообще любой излишне резкий или ранее неизвестный шаг, будучи неверным грозит сильно подорвать стабильное состояние, и потому будет заранее восприниматься как опасность. Да и вообще становится необходимым, чтобы в такой системе было как можно меньше непроверенных шевелений. А это потенциальная закостенелость, если и не навсегда, то очень надолго. Закостенелые же системы способны лишь поддерживать некое определенное состояние, но никак не менять его на какое-либо другое.

— Афигеть! — Ирган резко прекратил свои перемещения и, обернувшись к своему товарищу, спросил, — Помнишь, как я тебе однажды посетовал, что существующая ныне общественная система с одной стороны, обеспечивая людям сравнительно благополучную и сытую жизнь, с другой — все больше замыкает их внутри себя, ограничивает их интересы и варианты возможных действий? Неужели то, о чем ты только что рассказал, уже начинает себя понемногу проявлять?

— Возможно и так, — спокойно пожал плечами Мерк, — В конце концов, ничего не происходит совершенно внезапно, без того чтобы перед этим не сложились соответствующие предпосылки. И возможно такие предпосылки проявляют себя пока не очень интенсивно, но тем не менее…

Усевшись там где остановился, Ирган обхватил голову руками и еще раз тихо повторил:

— А-фи-геть…

Настроение от путешествия по приветливому осеннему лесу окончательно испарилось. Пару минут приятели просидели в полном молчании и наконец Ирган поднял голову и спросил:

— Слушай, Мерк, ну как же так? Ну ладно я, к примеру, до сегодняшнего дня вообще ничего не знал об этой закономерности, что ты упомянул. Да и вообще никогда пристально не рассматривал вопрос о состоянии биосферы нашего мира, не говоря уже о какой-то там связанной с этим статистикой. Но ведь ты же откуда-то все это взял. Причем взял из достаточно обычных источников, а не получил путем какого-то там откровения свыше. Значит, на самом-то деле все это есть, и кто-то этими вещами все же занимается?

Но так почему же подобные вопросы не поднимаются широко и самым серьезном образом? Ведь наша жизнь зависит от этого напрямую? Почему дело обстоит именно так?

Невесело усмехнувшись, тот лишь неопределенно хмыкнул, но затем, после короткой паузы все-таки ответил:

— Ладно, слушай, как я это на данный момент понимаю:

Так случилось, что на протяжении своей истории человечеству довелось несколько раз соприкоснуться с представителями других цивилизаций. Таковые подразделялись на два типа: такие, которые являлись остатками цивилизаций ранее могущественных и потерпевших крах, и которые рассматривали данный мир как площадку для возрождения своего величия, а людей — как инструмент в своих начинаниях, и такие, которые являлись представителями экспансивных цивилизаций, пытавшихся расширить область своего влияния на прочие миры, ну и конкретно — на этот, конечно же. Принципы, на которых представители всех этих цивилизаций осуществляли свое взаимодействие с людьми, не были одинаковы и варьировались в диапазоне от «Поклоняйся мне или умри» до «Живи, как мы тебе говорим, или как сможешь. Но тогда пеняй на себя». Причем особенно усердствовали в продвижении своей линии разумеется представители цивилизаций первого типа, поскольку вот уж им то отступать было точно некуда, в то время как представители второго типа вполне могли уйти туда, откуда пришли, и были в своих действиях не столь настырны.

Не будем сейчас конкретизировать, кем кто из них был и кто какую линию проводил, поскольку гораздо важнее другое:

При попытке распространить свое влияние на этот мир всем из них приходилось заручаться поддержкой людей. Ну а поскольку иметь дело вообще со всеми людьми сразу попросту не представляется возможным, то приходилось заручаться поддержкой хотя бы какой-то группы. А для этого приходилось вступать с таковыми в исключительные отношения.

Подобные отношения приводили к тому, что в распоряжении избранной группы людей оказывалось то, чего не было у других — некоторые знания, технологии, инструменты, как механические, так и социальные, способы работы с биоэнергетикой, и, что чрезвычайно важно, — некоторые методологии по манипулированию устремлениями людей. Короче говоря — все то, что позволяло «избранным» выполнять управляющую функцию по отношению ко всем прочим себе подобным и занимать среди них превосходящее положение. Или еще другими словами — то, что можно обозначить как «механизмы», дававшие им власть над другими людьми. Ну а власть штука весьма привлекательная, поскольку, грубо говоря, дает возможность иметь свою долю от общей добычи, не надрывая при этом спину для ее получения. И, разумеется, за нее, за власть эту, всегда усиленно цепляются, а расставаться с ней не торопятся. Как и не торопятся делиться всеми теми «механизмами», которые позволили бы занять превосходящее положение кому-то другому.

Кроме того, в дальнейшем, имея точки соприкосновения с носителями знаний более высокого порядка, группка «избранных» в последующих своих действиях всегда руководствовалась несколько иными устремлениями, чем руководствовались все прочие их собратья. Устремлениями такими, которые соответствовали и замыслам тех, кто их избрал. В то время как устремления оставшегося большинства людей по-прежнему пребывали на уровне «миска полна, вот и славно».

Все это вместе — действия в соответствии с руслом стратегии, осуществляемой представителями какой-либо сторонней по отношению к человечеству цивилизации, а так же полученные исключительные знания, передаваемые элитарной группой «избранных» из поколения в поколение, добросовестно обеспечивало им превосходящее положение над прочими людьми на протяжении очень длительных периодов.