Он увидел, как губы девушки шевельнулись, и, игнорируя внезапный шорох сверху, превозмогая брезгливость, движимый любопытством, он склонился к ней в стремлении расслышать последние слова. Но почувствовал лишь острую боль в ухе, отшатнувшись от ставшей неконтролируемой жертвы, он ощутил укол в грудь, прямо в сердце. Его толкнули, и он упал в грязь, туда, где еще недавно лежала полумертвая Регина.

   - Как ты посмела? - выдавил он между двумя судорожными вздохами.

   - Слухи о моем бессилии оказались слишком преувеличены, - устало, но довольно ответила Регина, - главное, понять кто твой настоящий враг. А потом, все дело техники. И везения.

   - Рафаил, - проскрежетал зубами Ангел.

   - Не только. Михаэль предупреждал, что мне могут мешать. Наверное, в глубине души я всегда тебя подозревала. Но Азазель хорошо промыл мне мозги, заставив думать о чем угодно, только не о тебе.

   - Думаешь, победила? Все кончено?

   - Еще нет. Вот когда Валар с Аббадоном справятся с Азазелем, я смогу вздохнуть спокойно.

   - Не мечтай. Ты наивна и глупа, дитя, - сказано это было тоном полным горечи и злости, - знай, что все только начинается. Ты знаешь...

   Он замолк, а потом, неожиданно вцепившись Регине в руку, притянул к себе. Он что-то яростно ей шептал, не позволяя высвободиться, с удовольствием замечая, как мрачнеет ее лицо, поблескивают в ночной тьме серебристые глаза. Девушка вскрикнула, отталкивая Самуила от себя, и не задумываясь дольше, выдернув из раны торчащий там осколок клинка, снова вонзила его в грудь. Она повторила это снова и снова, не сводя взгляда с мертвенно-бледного лица своей жертвы, превращая грудь Ангела в кровавое месиво. Но, словно понимая, что этого мало, в очередной раз, выдернув клинок из плоти, не замечая, как он скользит в руке, Регина поднесла его к шее Самуила.

***

   У меня не было сил даже встать. Спина болела, я чувствовала, что вся буквально залита кровью: своей и Самуила. Я почти распласталась на его теле, не желая даже думать о том, что придется подниматься наверх. Шло время, до меня доносились звуки борьбы. Слишком близко, чтобы я могла их игнорировать и просто закрыть глаза. Там был Валар. Он силен, но что если Азазель сильнее? Азазель... Он же там!

   Словно очнувшись от шока, я скатилась с тела Самуила прямо в кровавую жижу. Выплюнув попавшую в рот грязь и цепляясь руками за мокрую землю, я поползла наверх, скатываясь, погружаясь с головой в грязь и снова пытаясь подняться. Казалось, прошли часы, когда моя голова появилась над поверхностью кратера. Сквозь густые капли дождя, в такой темноте было трудно что-либо рассмотреть. Но постепенно, глаза привыкли ко тьме, и мне удалось их увидеть. Аббадон лежал на животе, вытянув одну руку вдоль тела. Кисть была вывернута под неправильным углом. Валар замер напротив Азазеля, половина его лица представляла собой кровавую маску. Рука полукровки висела бесполезной плетью. Вокруг них бушевал ураган, ветер развевал белоснежные волосы Падшего. То, что осталось от фиолетового тумана превратилось в грязно-зеленоватую слизь, разлитую по полю неприглядными лужицами. Похоже, этот дождь сильно помешал планам Падшего. Но он заканчивался, небо прояснилось. Воздух вокруг них накалился, совсем рядом ударила молния, расколов мокрую от дождя землю, обдав обоих противников грязью и водой.

   - Ты всего лишь ошибка Асбиэля, - донеслись до меня слова Падшего.

   - Я это переживу, - невозмутимо ответил полукровка. Сквозь пелену дождя я едва уловила его движение. В воздухе что-то мелькнуло, и словно огненная плеть обожгла тело Азазеля. Полукровка повторил удар, и на этот раз Падшему едва удалось его перехватить. Кожа на его ладони зашипела и покрылась волдырями.

   - Ты не можешь быть способным на такое! Он не мог доверить тебе все свои тайны!

   - Иногда тайны не доверяют. Их выпытывают. Силой, - полукровка вырвал плеть из ладони Азазеля, отхватив вместе с ней кожу с мясом. Вскрикнув от боли, Падший невольно отступил на шаг.

   - Ну нет, дорогой гость. Ты слишком сильно сюда стремился, чтобы так быстро нас покинуть, - снова удар, на этот раз по лицу. Плеть отхватила кусок плоти со щеки Падшего.

   Придя в этот мир Азазель допустил ошибку. Слишком нетерпелив он оказался. Воспользовавшись телом Тилы, он не мог использовать все свои силы, понадеявшись на помощь Самуила. Столько лет ожиданий и надежд, и все пошло прахом. Я не позволяла себя расслабиться, ведь это еще не конец. Валар справится. Он сможет, я знаю, я верю, что сможет... Жаль Тилу, она тут ни при чем...

   Не почувствовала, как глаза сами собой закрылись, а пальцы все еще с силой сжали мокрую землю. Когда я очнулась, наступил рассвет, небо очистилось от туч, в воздухе пахло грозой. Меня несли на руках, голова была прижата к чьей-то груди. Стук сердца и тепло сильных рук успокаивало, но стоило вспомнить о том, что произошло, как я попыталась высвободиться.

   - Тихо, ангелочек. Ты слишком изранена, чтобы идти самостоятельно, - шепнул мне на ухо Валар, еще крепче прижимая к себе.

   Мы поднимались по лестнице, перед глазами мелькали разрушенные стены, упавшая штукатурка, покореженный пол. Видимо, захватчикам удалось прорваться довольно далеко, прежде чем их смогли оттуда изгнать.

   Меня отнесли в чудом сохранившуюся чужую спальню на нижнем уровне замка, куда захватчикам добраться так и не удалось. Солнечный свет раздражал, чужие голоса выводили из себя. Болело все тело. К спине было не прикоснуться. Валар аккуратно опустил меня на постель, помогая перевернуться на бок.

   - Все вон! - коротко распорядился Андрес, и шум голосов моментально стих. Рядом раздались шаги, и я почувствовала присутствие кого-то еще.

   - Как она? - Глеб, мое сердце сжалось от нежности. Он выжил!

   - Сам видишь, - зло отрезал Валар.

   - Это правда, что она сражалась с Ангелом и победила?

   - И едва не умерла, - я почувствовала на своей щеке прикосновение теплых пальцев. Чья-то рука пригладила спутанные грязные волосы.

   - Я могу чем-то помочь? - настаивал охотник.

   - Да, конечно. Просто не мешай. Оставь меня и мою жену в покое. Ты помог нам при попытке захвата замка, и я тебе премного за это благодарен. Остальную благодарность тебе выдаст спасенная тобой Мария, - кто-то сел рядом со мой, накрывая одеялом. До этого момента я не чувствовала, насколько замерзла.

   - Я буду рядом, если понадоблюсь, - дверь за Глебом затворилась, и я услышала, как Валар выдавил сквозь зубы "не сомневаюсь".

   Несколько минут в комнате стояло молчание, и я была благодарна Валару за предоставленное мне время. Но рано или поздно этот разговор должен был стояться.

   - Где была твоя голова? - прохлада, разлившаяся по спине, вырвала у меня легкий стон. Когда-то, очень давно, полукровка уже лечил, таким образом, мои раны. Но сейчас все было по-другому.

   - Я должна была это сделать. Кому как не тебе меня понять, - пришлось открыть глаза, чтобы увидеть склоненное над собой лицо Андреса.

   - Ты могла умереть. Одна, против Самуила! Ты сошла с ума!

   - Я была не одна. Это был наш шанс. Помнишь? Доверие! Я верила, что ты сможешь убить Азазеля. Может быть, если бы ты верил в меня, ничего этого не было бы?

   - Ты о чем? - склоненное лицо нахмурилось, в глазах промелькнула тревога.

   - Я все знаю, - устало прикрыв глаза, я старалась изгнать из памяти яростный шепот Самуила. Слова, которые навсегда врезались в память и сердце, мешая мыслить, дышать, жить.

   Он замолчал, на душе тут же стало мрачно и уныло. Вот так просто, он признает свою вину? Даже не попытавшись оправдаться? Хотя, разве такое можно оправдать? К нему неприменимы человеческие законы и понятия. Он демон, всегда им был, и навсегда им останется. Пусть с душой. Но разве душа делает нас лучше?

   - Я должен что-то сказать, - внезапно раздался его голос, и я тут же открыла глаза, - но не знаю что. Ты была мертва - безжизненная льдинка в саркофаге. Не было надежды. Не было сил. Только отчаяние и боль. Я нашел тебя и потерял. Нам дали так мало времени. Но я всего лишь демон - злобный и мерзкий, каким ты, наверное, сейчас меня считаешь. Самуил явился на мой зов. Мне помог амулет Асбиэля. И я предложил сделку - ключ от Тартара, в обмен на тебя.