К вырытой яме, или как ее окрестила, могиле, мы больше не подходили. Точнее, Олег не подходил, а я, решив, что все формальности были улажены, тоже предпочла отказаться от малоприятной возможности полюбоваться на чей-то погребной ящик.

— Романа, вы идете?

— Да-да, — пролепетала на ходу, бросаясь вдогонку за мужчиной, который уже скрылся за высокими зарослями травы.

Спустя некоторое время, в этот раз дорога показалась не такой кошмарной, а все благодаря освещению и тому обстоятельству, что в утреннее время летающая мошкара отправилась на заслуженный отдых, мы вышли из бора на дорогу. Выдохнув с облегчением, поплелась к припаркованному авто, которое блестело в лучах раннего солнца.

Усевшись в раскаленную донельзя машину, моментально расслабилась. Мягкое кожаное сиденье продавилось под весом девичьего тела, голова беспомощно откинулась назад, а глаза сами по себе прикрылись, пообещав, что это только на минуточку. Желудок попытался напомнить о себе жалостливым урчанием, но было уже поздно. Романа Кубышкина провалилась в дрему, подбадривая себя, что скоро ненастья закончатся. Олег не стал будить пассажирку, тем более что это было бесполезно.

Когда машина остановилась, брюнет в очередной раз растормошил меня, призывая покинуть салон. От резких движений водителя встрепенулась и выпрямила ровно спину.

— Уже приехали?

Поднимаясь на третий этаж пешком, чувствовала себя такой несчастной и опустошенной, словно на мне целую ночь мешки таскали. Спина отдавала болью не позабыл расшевелиться остеохондроз, голова шла кругом из-за недосыпа, все тело горело от расчесанных укусов.

Просеменив за хозяином в прохладное помещение, мысленно приготовилась к водным процедурам и вкусной сытной трапезе наедине с красавчиком. После можно было и подремать. Составив таким образом скромные планы на ближайшее время, переступила порог квартиры, и наткнулась невидящим оком на нее!

— Доброе утро, милый! — тихий, сладкий голосок пропел эти три слова, словно песню.

От неожиданности застопорилась в дверном проходе, наблюдая за плавными, почти порхающими движениями незнакомки.

— Доброе, — буркнул Олег, подталкивая замершее тело подруги внутрь. — Почему не позвонила перед приходом? — спросил он, закрывая дверь на три оборота.

— О! Мы ведь договорились, милый! — блондинка улыбнулась во весь рот, от чего меня, собственно говоря, перекосило.

— После десяти.

— Верно, — еще раз обнажила ровный белый ряд красавица, приближаясь в упор к брюнету. — Но я решила прийти пораньше, чтобы успеть тебя накормить. Я ведь знаю, как ты любишь по утрам пить крепкий жасминовый чай.

— К чему все это? — Олег явно был не в восторге от встречи с супругой. Я безмолвно наблюдала за семейной баталией, чувствуя, что стала третьим лишним.

— Ни к чему! — без тени притворства прощебетала птичка, но я ей не поверила. — Ты же знаешь наше положение.

— Ладно, проходи на кухню. Романа, можете принять душ или немного поспать.

— Я в душ! — бросила сладкой парочке вслед, захлопывая за собой деревянную дверь.

Но спешить раздеваться не стала. Только скинула противное платье, которое приклеилось ко мне словно вторая кожа, и тут же приложила одно ушко к щели, желая подслушать разговор голубков, в то время, когда они остались наедине.

— Олежек, — Боже! Олежек! Волна неприязни прокатилась по телу. — А это и есть та самая подруга, о которой ты говорил?

— Да, — и все? Естество пищало от негодования! Мы провели с ним целых две ночи вместе, а кроме сухого «да», ему сказать было нечего.

— Ясно… — раздалось в ответ. — Миленькая.

— Полагаешь? — показалось, или в голосе Олега проскочила ирония? От прилива азарта приоткрыла дверь, чтобы улучшить слышимость.

— Но тебя же не интересует мое мнение.

— Это верно. Ну, что ты там принесла?

— О! Тут я завернула круассаны с вишневым джемом. В пакетике нарезанный сыр и ветчина, да, там! Нет, в этом тосты, и смотри, чтобы не раскрошились. Жасминовый чай в термосе… Осторожнее, он горячий, только недавно заваривала.

— Ты доехала с водителем?

— Нет, сама.

— А где Кирюша?

— Он остался с няней, всю ночь плакал, я не могла его взять с собой.

— Правильно…

Все, на этом необходимо было ставить жирную точку. Беседа была сугубо личной, кроме всего прочего, я абсолютно не понимала, о чем шла речь. Их семейные вопросы меня не касались. Такими категоричными убеждениями загнала себя в душ, оставляя на комоде нижнее белье.

Встреча принесла душевные терзания и кучу вопросов относительно персоны Олега. Кем он был? Где работал? Чем дышал? Жена брюнета определенно точно проживала в другом месте вместе с неким малолетним Кирюшей, и в этом доме была всего лишь гостьей. В этом пункте мы с ней были схожи. Но что было дальше?

Олег имел довольно странного товарища в лице господина Чикотиллина, который, по словам брюнета, служил майором юстиции в каком-то там комитете. Что еще?

Олег был завсегдатаем клубных вечеринок, раз резервировал ВИП-зону в ночь нашего знакомства. Еще неплохо разбирался в ориентировании на местности. А, может, все мужчине владела этим искусством? Призадумалась.

Нет, у Олега было внутреннее чутье. Навыки следопыта. Как ловко он справлялся с непроходимыми дебрями, изворачиваясь всякий раз, когда на пути возникала очередная преграда. Улыбнулась. Эти крепкие мужские руки… Они были рядом, они нежно обнимали мое тело. Прятали от холода и ненастья.

Струя прохладной жидкости брызнула на тело. Покрутила кран, чтобы сделать воду теплее. Так было гораздо лучше. И з — за чего произошел разлад в семейной идиллии? На фотографии, сделанной по моим меркам пару лет назад, молодожены выглядели вполне счастливыми и влюбленными. Красивые, сексуальные и бесконечно окрыленные чувством любви!

Плеснула на лицо водный поток, чтобы не расплакаться от воспоминаний теплых ночных объятий. Интересно, а смог бы господин следопыт полюбить другую? Меня, например? Опять окатила с головы до ног бурлящей водой, чтобы не забивать мысли нереальными выдумками.

Ванная постепенно наполнялась, в то время как голоса смолкли, а размышления прекратились. Сознание полностью отключилось от происходящего, расслабляя тело на максимум. Присев в теплую воду, что доходила до пупка, обхватила голое тело руками, пытаясь вспомнить, о чем говорили цифры. Напрягла мозги, покрутила пальцами у висков. Ничего не выходило. Настроиться на волну после всего, что пережила, никак не получалось. Пришлось смириться и растянуться во весь рост в просторной ванной, чувствуя при этом каждый расчесанный укус насекомого и каждую рану, полученную в вымышленном бою.

— Что за проклятье? — лодыжка посинела. Этого только не хватало! Как только хватило сил добрести до машины и не свалиться с ног? Видимо, сработал эффект шокового состояния.

На боковой полочке взор уцепил небольшую стеклянную бутылочку с надписью «Лавандовое масло». Отлично. Открутив мокрой рукой колпачок, хотела влить пару капель в воду, но вместо этого, не удержав стеклянную емкость во влажных пальцах, упустила ее на мгновение, которого хватило на полное опустошение содержимого.

— Что за день! — проронила я, и тут же прикрыла ротик рукой, пропитанной благовонной смесью.

Через пару минут, когда ванная полностью заполнилась водой, почувствовала легкое головокружение. Даже тошноту. Но позвать в этот раз на помощь как-то не додумалась.

— Это ужасно, — проскулил голос надо мной.

Я попыталась приоткрыть глаза, но на них словно свинцом намазали. Горло жутко болело, так, как будто кто-то разодрал его изнутри.

— Нет, это чудовищно! — женский голос продолжал нагнетать обстановку. В груди застрял ком воздуха, необходимо было от него быстрее избавиться. Сделав незаметный выход, тут же пожалела о содеянном. Из ноздрей вылетел тяжелый отрывистый свист, который разлетелся по периметру комнаты на миллион частей, а потом вновь собрался воедино, чтобы бумерангом врезаться в барабанные перепонки.