Шейн наполнил свой стакан, когда в дверь властно постучали.

Шейн сел на диван рядом с Шейлой со стаканом в руке, обнял ее за плечи и прошептал:

— Постарайтесь сыграть эту роль как можно более убедительнее. Нам очень неплохо вдвоем, и мы чертовски раздражены, что нам помешали.

Шейла не ответила, но крепко прижала его руку к своей щеке. От нее исходил аромат духов, и Шейн неожиданно поймал себя на мысли: а действительно ли она так уж любит своего мужа?

В дверь снова постучали — на этот раз более настойчиво, — и из-за двери послышался голос Джентри:

— Открой, Майкл. Это Уилл Джентри.

Шейн сделал солидный глоток коньяка, напоследок похлопал Шейлу по плечу и громко и сердито сказал:

— Не волнуйся, дорогая. Это шеф полиции. Придется открыть.

Он поднялся и направился к двери. Снова повторился стук.

— Иду, иду, — проворчал Шейн. — Дверь выламывать вовсе не обязательно.

Он повернул ключ, слегка приоткрыл дверь и, скорчив сердитую гримасу, выглянул в коридор.

— Что за черт? В чем дело, Уилл? Может, ты объяснишь толком, какого?..

— Я хочу задать тебе пару вопросов, — ответил Джентри. Он перевел взгляд со стакана в руке Шейна на полоску помады на его щеке и ухмыльнулся: — Извини, если я не вовремя, — грубовато добавил он, — но ты выбрал чертовски неподходящее время для своих шашней. Пусть твоя девка подождет в спальне, если не хочешь, чтобы мы с Тимом ее видели. Если, конечно, она еще здесь.

Шейн гневно выпрямился, притворяясь оскорбленным до глубины души.

— Она не девка! И вообще здесь происходит совсем не то, что ты думаешь. Какие грязные домыслы! — Он торжественно распахнул дверь и, когда Джентри вошел, многозначительно подмигнул Рурку: — Разумеется, я не хочу, чтобы вы подумали, что я стесняюсь своих друзей. — Он захлопнул дверь. — Сильвия, познакомься — шеф полиции Уилл Джентри и мистер Рурк из «Дейли ньюс».

Шейла, развалившись на диване с сигаретой в зубах, расплылась в улыбке и хихикнула:

— Привет, ребята, рада познакомиться.

Джентри хмуро кивнул ей и повернулся к Шейну.

— Слушай, она не может на минутку выйти в спальню? Есть разговор.

— Привет, Сильвия. — Рурк улыбнулся и подошел к Шейле, откровенно ее разглядывая.

Шейн одним глотком допил коньяк и неопределенно помахал рукой.

— Чувствуйте себя как дома. Тим, налей Уиллу, да и себя не забудь.

Слегка пошатываясь, он подошел к дивану, наклонился к Шейле и нежно сказал:

— Извини, дорогая, я на минутку. Маленький деловой разговор с полицейским.

Он схватил ее за руку и помог подняться, проводил в спальню, оставив дверь наполовину открытой, и включил свет. Она повернулась к нему и прошептала:

— Чтобы у них не оставалось сомнений…

Она прильнула к Шейну и поцеловала его. Они оба дрожали, когда он отпустил ее и сделал шаг назад. Какое-то мгновение Шейн пристально смотрел на нее, потом кивнул и, ни слова не говоря, вышел, закрыв за собой дверь.

Уилл Джентри удобно устроился на диване, сложив руки на коленях.

— Майкл, скажи для начала, ты достаточно трезвый, чтобы ответить на пару вопросов?

— Абсолютно трезвый. Ради Бога, задавайте поскорее свои вопросы и до свидания.

— Да-да, конечно, — успокаивающе кивнул Джентри. — Если бы ты предупредил Тима или меня, что у тебя свидание, я бы не стал врываться к тебе в такое время.

— А я и не знал, что должен получать разрешение на свидания у представителей полиции, — огрызнулся Шейн. Он попытался дотянуться до стакана, покачнулся, с трудом удержал равновесие и с преувеличенной осторожностью налил себе коньяка.

Из кухни с двумя высокими бокалами вышел Рурк и протянул один из них Джентри.

— Вообще-то это была идея Уилла — навестить тебя без приглашения, но, ей-богу, Майкл, не стоит из-за этого лезть в бутылку… Черт, а я-то думал, что ты все свое свободное время проводишь с Люси.

— Люси — замечательная девушка, — с пьяной сосредоточенностью сказал Шейн. — И Сильвия тоже очень замечательная девушка… За замечательных девушек! — Он поднял стакан, подождал, пока выпьют остальные, сделал пару глотков и плюхнулся в кресло. — Ну, ладно, Уилл, давай выкладывай, что у тебя за вопросы.

— Сегодня вечером ты сказал, что никогда в жизни не видел Ванду Уэзерби. Что ты вообще ничего про нее не знаешь, кроме того, что она тебе звонила и просила приехать. Это так?

— Что-то в этом роде, — безмятежно отозвался Шейн. — Потому что это истинная правда.

— В таком случае, как же она могла вчера заплатить тебе тысячу?

— А она заплатила?

— Ты отлично знаешь, что да.

— Ничего я такого не знаю, — удивленно возразил Шейн.

— На последнем корешке в ее чековой книжке, датированном вчерашним числом, указано, что на имя Майкла Шейна был выписан чек на тысячу долларов, и стоит отметка, что это гонорар.

Шейн пожал плечами.

— Но ведь Люси уже сказала тебе, что Ванда дважды пыталась до меня дозвониться, а потом написала письмо. Даже самый тупой фараон в состоянии сообразить, что скорее всего она вложила чек в письмо.

Лицо Джентри покраснело от злости.

— Ладно, черт возьми, может, так оно и было. Но вот еще вопрос. Почему ты прямо из дома Уэзерби рванул в «Спортивный клуб» и начал расспрашивать о ней Джека Гарли?

— А с чего ты взял, что здесь есть какая-то связь? — Шейн перестал притворяться пьяным. Он был уверен, что инсценировка с Шейлой удалась, и что ни Джентри, ни Рурк не сомневаются, что она присутствует здесь лишь в качестве близкой знакомой Шейна.

— Уж наверное ты поехал туда неспроста.

— Может быть, я хотел выпить на дармовщинку или выиграть десятку-другую на его жульнической рулетке? А?

— Кончай придуриваться, — зарычал Джентри. — Уж я-то знаю — ты выпытывал у него, что он знает о Ванде.

— Это он тебе так сказал?

— Можно сказать, что да. Когда я прижал его покрепче, он озверел и заорал: «Значит, этот чертов легавый все-таки открыл свою пасть?»

— В Майами полно детективов, — возразил Шейн. — Не такая уж большая у меня пасть, чтобы на этом одном строить дознание.

Глаза Джентри превратились в узкие щелочки.

— Я, кажется, задал тебе вопрос. Отвечай прямо, — потребовал он, — если хочешь сегодня попасть к себе в спальню. Ну? Какого черта ты ездил к Гарли?

— Давай поторгуемся, — весело предложил Шейн. — Я отвечу, если ты скажешь, как полиция вышла на Гарли.

Уилл Джентри задумался, хорошо зная упрямый характер Шейна и как неохотно тот дает информацию под давлением. Однако сейчас звонок Ванды Шейну и ее письмо, которое еще не пришло, были для него единственными зацепками. Он вкрадчиво сказал:

— Если я пойду на это, ты обещаешь, что не помешаешь мне просмотреть твою завтрашнюю почту?

Шейн задумался, прекрасно отдавая себе отчет в том, что Рурк тоже ждет его ответа, и вспомнил про чек, полученный от Ральфа Флэннагана при условии, что его имя не будет фигурировать при расследовании убийства. Он вздохнул и неохотно кивнул:

— Но первым прочту я!

— Только учти, я глаз с тебя не спущу, когда ты будешь его читать, — настаивал Джентри. — Я хочу быть уверенным, что прочту ее письмо полностью.

— Да ради Бога, Уилл! Ты же знаешь, что я не стану скрывать ничего важного. — Он посмотрел на Рурка, на лице которого появилось неприязненное и сердитое выражение.

— Смотри, ты дал слово, — веско сказал Джентри, — и я заставлю тебя его выполнить. О’кей. Среди бумаг на столе Ванды Уэзерби мы нашли серию статей из Бюро газетных вырезок, и все они о Гарли или о его семье. Вот почему я поехал к нему.

— И как он это объяснил?

— Я не стал ему ничего говорить… Постой-ка, — запротестовал Джентри. — Все, я ответил. Теперь твоя очередь.

— Ты не сказал ему про вырезки?! — взорвался Шейн. — И когда ты от него ушел, он остался в полной уверенности, что это я тебе на него настучал! Черт бы тебя побрал, Уилл, на этот раз ты продал меня со всеми потрохами! Это самый гнусный трюк, который только можно проделать с человеком, который считается твоим другом!