Отсеченные крылья еще одного Пустого обернулись для второго ангела вспышкой из целой серии телепортационных шариков, и, лишившись брони, ангел протяжно взвыл, когда его внутренности вскипели под мощной огненной атакой одного из анжхэжловцев. Подорвав себя, ликвидатор разбил щиты сразу двоих, и, пока десперанд успешно транспозировался, Аквайр играючи взмахнул топором, превратив двух противников в четыре ровных кусочка. Разряд Малума устранил сразу двоих, как только они потеряли защиту, но это обошлось Пустому в потерю двух дифферов, после чего Ригор, носясь по узкому туннелю, словно вихрь с двумя алыми клинками, поглотил сразу нескольких противников.

— Сопротивление подавлено, потери десять процентов, — не без радости сообщил мне командир, и я, похвалив тербисовца, перераспределил ликвидаторов и анжхэловцев, чьи действия были завязаны на моих командах.

Приловчившись орудовать пальцами на голографической схеме, я то и дело отдавал устные указы, выбирая нужного бойца, и время от времени заказывал поддержку от наших Наместников, которая в условиях подводно-подземной базы ограничивалась сбором раненых и убитых, которых мы не могли оставить на заражение сакраментянам, хотя даже так, запросы были минимальны, что не могло не радовать. И это же огорчало — сил противника было слишком мало, а это означало, что я могу просто гнаться за миражом, не найдя в итоге ничего толкового. Или же сакраментяне до сих пор не воспринимают нас всерьез? Это или самонадеянность, или они гораздо могущественнее, чем мы можем представить, исходя из первого впечатления.

Зачистив трахейный коридор, войска окончательно закрепились в новом зале — в нем можно было обнаружить еще один тип резервуаров, только на этот раз более мелких, но зато их было куда больше, чем внизу. Однако, вместо серых виноградин здесь формировались, похоже, промежуточные формы — можно было увидеть небольшие четырехрукие зародыши с перепончатыми пальцами, а также отдельным рядом располагалось нечто вроде фермы — иначе не назовешь. На кровавой поверхности, гораздо более багровой, чем окружающая мясная обстановка, уже основательно прожаренная анжхэловцами, располагались клубки фиолетовых тканей, которые, видимо, и были теми самыми опухолями, встречающимися у некоторых особей. Запросив анализ на всякий случай, я повел войска вперед, к огромной двери-мембране, по размеру не меньше десятка метров в высоту и гораздо больше в ширину, да и текущий зал расширялся в этом месте соответствующе.

Не обнаружив выключателей, что было вполне естественно, Ликвидаторы с тяжелым вооружением единым залпом превратили преграду в решето, после чего еще один залп сделал вполне комфортный и широкий вход. Если в отсеках до этого и было замечено биолюминисцентное освещение, то из нового зала шел ослепительный свет.

Выстроившись в боевом порядке, пехота быстрым шагом направилась вперед и, отфильтровав яркость, я смог разглядеть то место, куда завел своих бойцов.

Воистину исполинский зал — не удивлюсь, если по диаметру он сравним с половиной изначального острова; вполне можно назвать это островом в острове, настолько самобытно смотрелось все, что здесь находилось: небольшие холмы, источающие неизвестный нам тип тумана, подобно своим большим копиям в виде вулканов, расположенных в океане; множество сосудов, идущих внутри пола, по стенам, свисающих с потолка и направляющихся к центру — исполинские трубы активно пульсировали, что-то перекачивая и направляя все это прямиком к светящейся сердцевине.

Прямо по центру, уходя далеко вверх не на один десяток метров, располагалась огромная сетка, состоящая из гексов. Выполнена она была из какого-то полупрозрачного материала, переплетенного миллиардами капилляров, идущих со всех сторон к странной конструкции, отчего сеть принимала розоватый оттенок. Края гексов переменчиво помигивали, производя столь заметный яркий свет, иногда выстраиваясь в причудливые формы, порой заполняя сразу весь центр огромной пластинки, а иногда — практически затухая. Вокруг этой конструкции располагались уже ранее виденные клубки сосудов, формирующие самые настоящие деревья, с переплетенной сосудистой кроной; всего таких было шесть, и одно из них, ближайшее к нам, медленно раскрылось, подобно диковинному бутону — изнутри появилась еще одна Мисс Мясо, только немного в другом виде. Завязано ли это было на ее статусе, или было веянием моды, не знаю — но громоздкая голова была увенчана небольшим обручем на манер короны, а мясистая юбка была более «пышной», разместившись вокруг талии девицы на манер уродливых и толстых кожистых крыльев.

— Ах, мы готовы даровать вам освобождение! — взвизгнула девица искаженным голосом, пытаясь тщательно воспроизвести проэльский язык. — Будьте благодарны, потеряв цепи одними из первых среди вашего рода!

— Завязываем пафосную речь. Приоритет на захват живыми, чуть меньший приоритет — поглощение после теста биосканом, — торопливо сообщил я войскам, пока девица упивалась своим синдромом вахтерши. — Оу, умники что-нибудь скажут по поводу этой светящейся хренотени?

— Уже, — быстро ответила девушка. — Непрерывное и мощное излучение портальной сигнатуры; выдвинуто предположение, что живые существа Сакрамента могут генерировать в клетках стихийную портальность, а в данном случае данное явление возведено в абсолют, что позволяет при должном питании тканей достигать мощностей, не сравнимых с нашими.

Ну, это я уже и сам догадался. Живые организмы — они такие. Мерзкие, живучие и неубиваемые, тогда как техника любит ломаться от любого чиха.

— Раз мы зафиксировали маску этой сигнатуры, отыщите схожие на планете, тем более, что пелена ослабла. Что с местным туманом и с биосканом?

— Туман — подобие химического агента, действующего в водах Сакрамента, но действующее только при вдохе; из наших бойцов лишь ТерБис нуждаются в воздухе, но они защищены изолирующими противогазами. В телах обнаруженных особей зафиксирован нервный узел в центре живота, помимо стандартного для ангелов строения в виде заполненного микробиотой экзоскелета, — процитировала мне Керия данные умников Легио, и я дал финальную отмашку — за время моей болтовни анжхэловцы уже успели прижечь пол, поскольку для потолка и стен их способностей было маловато, а щитогенераторы сдержали первую волну дротиков, запущенных в наших ребят. Получив добро, тербисовцы рванули вперед вместе с ликвидаторами — несколько шаров перебили сосуды, ведущие к опустевшему дереву, и мясная дева тут же заверещала не своим голосом, резко развернувшись.

Сетка стала пульсировать, излучая нестерпимо яркий свет, и через пару мгновений стабилизировалась — прямо в центре зала возник гигантский портал, в котором отразилась мясная пустошь, посреди которой шел самый настоящий кровавый дождь — не был уверен, но скорее всего это была другая планета; полюбоваться пейзажем нам не дали, поскольку из растянутого гигантского гекса ломанулись щупальца. Сотни, нет, наверное, тысячи. Разномастные, снаряженные когтистыми присосками и дополнительными выростами, подобно раковым опухолям облюбовавшими поверхность склизких отростков. Не было даже видно, кому такое может принадлежать, поскольку подобное существо, видимо, целиком состояло из щупалец.

В огромном зале как-то вдруг сразу стало тесно из-за начавшей заполнять его монструозной плоти. Открыв огонь, ликвидаторы и тербисовцы каждым залпом уничтожали сотни тянущихся к ним отростков, но на их место тут же вставали другие, и происходящее напоминало сражение со сказочной гидрой.

Первые отростки прорвались сквозь ряды бойцов, и анжхэловцы с массовыми атаками тут же разрядили своим способности — гигантские огненные смерчи, разжигаемые до уровня торнадо, пронеслись внутри зала, цепляя и потолок, сжигая сотни отростков при прохождении, но жареные ошметки быстро регенерировали, сбрасывая обугленную оболочку и стреляя паразитическими дротиками; бойцы ближнего боя, сражаясь на пределе, кромсали обвивающие их тентакли, пытаясь не пустить к тем, кто своими выстрелами и способностями был эффективнее в текущем бою, но этого было недостаточно — ломая доспехи, сминая металл и перетирая силовую броню ТерБис, отростки планомерно заполняли зал, оттесняя наших бойцов.