— Ну, ребята, вы молодцы, все-таки решились. Я очень рад за вас, — сказал Борис, обнимая по очереди Лизу и Полонского.

— Мы оба рады за вас, — поправила его Ирина. — А приглашения какие необычные.

Пригласительные билеты на свадьбу и в самом деле были выполнены в форме домиков с крышей. Крышу надо было приподнять, и тогда домик раскладывался и превращался в открытку, на которой был напечатан текст приглашения и карта проезда от метро. Ирина раскрыла домик и начала читать: «Господин и госпожа Полонские и госпожа Лозовская рады пригласить вас на церемонию венчания их детей Дмитрия и…»

Она запнулась и недоуменно посмотрела на жениха и невесту.

— Ну, читай дальше, — нетерпеливо потребовал Борис, удивлено глядя на жену.

Но она молча подала ему приглашение и показала, куда смотреть.

— «…их детей Дмитрия и Элизы», — медленно прочел он.

— Слышишь, Дима, ты точно знаешь, на ком ты женишься? — осторожно спросил он после минутной паузы.

— Все, что я знаю точно, это то, что я женюсь вот на этой девице, — ответил Полонский, указывая на Лизу.

— Так, — продолжил Борис, — а почему же здесь написано Элиза, когда она Эльвира? Ошиблись, что ли?

Лиза молчала, хотя ей ничего не стоило придумать какое-нибудь объяснение. Нет уж, пусть этот правдолюб, ее муж, выкручивается сам.

— Видите ли, — вынужден был заговорить Полонский, — это она нас всех попросту обманула. Ей не нравится ее имя Элиза (Лиза еле слышно возмущенно фыркнула при этих словах, но Полонский легонько ущипнул ее сзади), и она придумала называть себя Эльвирой. И я тоже попался на этот обман.

— А, это ерунда, — облегченно вздохнув, махнула рукой Ирина. — Эльвира, Элиза, какая разница.

— Главное, что ты женишься именно на ней, — поддержал ее муж, кивая на Лизу.

— Не скажите, — возразил Полонский. — У меня теперь проблема. Я ведь привык называть ее Эля, а она оказалась Лизой. Думаете, легко к этому привыкнуть? Я все время сбиваюсь, когда мне нужно назвать ее имя, никак не могу отвыкнуть от Эли.

— А тебе и не нужно отвыкать, — рассудительно сказала Ирина.

— Элиза тоже может быть Элей, первые буквы ведь совпадают.

Полонский некоторое время ошеломленно смотрел на нее, потом стукнул себя по лбу и воскликнул:

— Здорово! Как же я сам об этом не подумал. Ну, ты и молодец, Ирина, выручила меня. Ты поняла, — строгим тоном продолжил он, повернувшись к Лизе. — Раньше я называл тебя Элей от Эльвиры, а теперь Элей от Элизы. Это, между прочим, совершенно разные Эли. Ты согласна?

Сдерживая смех, Лиза молча кивнула.

— То-то же, — по-прежнему строго заключил он.

— Ну, с этим все выяснили, слава богу, — объявил Борис, — теперь нужно выпить за ваше счастье. Кстати, как вам пришла в голову мысль венчаться? А как же с ЗАГСом?

— Понимаете, — снова пустился в объяснения бедный жених, поняв, что Лиза твердо решила предоставить выкручиваться ему.

— Чтобы торжественно расписываться в ЗАГСе, нужно ждать чуть ли не полгода. Там большая очередь. Поэтому мы решили расписаться в будний день утром, а праздничную церемонию устроить в церкви. Там все гораздо тожественнее. К тому же венчаться мы будем вечером, и сразу оттуда все поедут в ресторан.

— Все правильно, — одобрил Борис. — Ира, ставь бокалы, а я сейчас принесу шампанское. У нас как раз одна бутылка пропадает.

— Фу, — с явным облегчением перевел дух Полонский.

— Для человека, ненавидящего ложь, ты неплохо врешь, — язвительно прошептала Лиза, продолжая мило улыбаться отошедшему от них Борису.

— С кем поведешься, — так же шепотом огрызнулся он.

К счастью, вернулись хозяева с шампанским, и им пришлось замолчать.

— Ну что я могу вам сказать? — торжественно начал свою речь Борис. — Я рад за тебя, Дима, и за тебя…

— Галя, — не выдержав, подсказала Лиза.

— Как, ты Галя? — в ужасе уставился на нее Полонский.

— Не мешай, Дима, это из фильма, — хладнокровно отмахнулся от него Борис. — И за тебя, Эля, что вы, наконец, женитесь и будете вместе. Что касается нас, то мы только можем приветствовать, что нашего полку женатых людей прибыло. Мы уверены, что у вас будет прекрасная семья и желаем вам огромного счастья и побольше детей. И давайте выпьем за любовь.

Когда, наконец, с поздравлениями и тостами было покончено, расчувствовавшиеся хозяева даже взяли на себя обязательство передать приглашения вместе с объяснениями всей остальной компании.

— Вот видишь, — заявила очень довольная Лиза, когда они вышли на улицу, — теперь ты сам понимаешь, какие бывают в жизни обстоятельства.

— Какие обстоятельства? — искренне удивился Полонский.

— Когда жизнь заставляет тебя врать. И с этим ничего нельзя поделать, — с торжеством заключила она.

Лиза шла по улице, катя перед собой коляску с годовалым Глебом. Малыш важно восседал в ней, сжимая в обоих пухлых кулачках по сладкому печенью. Время от времени он подносил кулачки к лицу, обдумывал от какого откусить, а затем с видимым удовольствием кусал. Иногда ему так и не удавалось сделать правильный выбор, и тогда он откусывал из двух кулачков сразу, и, напихав полный рот, с трудом начинал жевать, роняя кусочки печенья на красивую курточку.

Лиза не замечала этого, так как была погружена в воспоминания. Сегодня исполнялось два года со дня их свадьбы с Димой, и вечером они собирались пойти в ресторан с Эльвирой и Лешей, чтобы отпраздновать этот небольшой юбилей. А сейчас она пыталась вызвать в памяти день своей свадьбы, и как всегда ничего не могла вспомнить. Нет, она помнила отдельные моменты. Она помнила очень серьезное и торжественное лицо Леши, когда он вел ее к алтарю. Помнила испуганную, но старающуюся не показать этого Эльвиру, когда она старательно держала венец над ее головой и ужасно боялась сделать что-то не так. Еще она помнила, как пыталась надеть обручальное кольцо на Димин палец, но у нее так дрожали руки, что она смогла только поднести кольцо к его пальцу, а надел он его сам.

Из самой свадьбы она запомнила и того меньше. Ей показалось, что гости, только приехав, тут же начали разъезжаться. В промежутке она все-таки успела протанцевать один танец с женихом, а потом ее пригласил на танец свекор. Все остальное слилось в какое-то одно сверкающее мгновение, из которого в памяти не осталось ничего.

Хорошо, что теперь есть видео, иначе она бы так и не поняла, была у нее свадьба или нет. Просматривая время от времени видеозапись, Лиза не переставала удивляться, как долго на самом деле длилась ее свадьба, и сколько всего происходило на ней. Она совершенно не помнила, какие произносились тосты, какие танцы они танцевали и что подавалось на столы. Она с удивлением видела себя подходящей к гостям, сидящим за столиками, танцующей с Борисом и другими мужчинами, смеющейся и отвечающей на поздравления. Если бы не запись, она никогда бы не поверила, что все это действительно было.

Лиза даже тихонько засмеялась про себя, удивляясь собственной забывчивости, но в этот момент двери магазина впереди нее раскрылись, и оттуда вышли две очень знакомые женщины. Одна из них, молодая, бережно держала какой-то пакет, а вторая тем не менее еще уговаривала ее нести его поосторожнее. При виде этих двух женщин Лиза сначала столбенела, а затем, не помня себя, кинулась к ним.

— Вероника Анатольевна, Марина, — радостно закричала она.

Женщины оглянулись и, увидев ее, тоже бросились к ней навстречу.

— Боже мой, Элечка, — наконец смогла произнести Вероника Анатольевна, чуть ли не со слезами на глазах обнимая Лизу.

— Эля, надо же, два года не виделись, и вдруг такая встреча, — обрадовалась Марина. — Ой, а чей же это такой красивый и умный парень? — пропела она, глядя на Глеба.

— Мой, конечно, — засмеялась Лиза. — Разве не видно?

Женщины выхватили ребенка и, сюсюкая, начали тискать его. Глеб с минуту серьезно смотрел на них, видимо обдумывая, как ему реагировать на подобную бесцеремонность, а потом, найдя нужное решение, громко заревел. Лиза, засмеявшись, взяла его у них и прижала к себе.