– Эта – первая! – устроилась я поудобнее, разглядывая, как он уже третий раз мажет «трехметровый». – Тема: «Лазерные технологии и голография».

– Поехали…

***

Получив долгожданный допуск к экзамену, я расслабленно вышла на улицу и, вдохнув поглубже, закружилась, глядя на верхушки сосен и пьянея от чистого лесного воздуха.

Как хорошо!

Немного качнувшись от потери равновесия, я не стала сдерживать себя и, натянув на голову капюшон, рухнула спиной в огромный сугроб, разглядывая низко плывущие темные тучи. Мои глаза закрылись и я развернулась, устраиваясь поудобнее, чтобы поваляться так пару минут.

– Простынешь…

– Сашка… – констатировала я, не открывая глаз.

– Сердишься на меня?

– Немного… тебе придется уехать.

Он молчал.

Конечно, врядли они будут прессовать его физически – мои ангелы не полные отморозки, но морально изведут байкотами. Хотя при Сашкиной несдержанности никакой гарантии, что драк больше не будет, быть не могло. Скорее наоборот.

– Это моя большая и последняя просьба к тебе, – надавила я. – Не хочу смотреть, как тебя ломают.

– Поехали со мной…

– Зачем? – присела я рядом с ним, заглядывая в его карие глаза. – Наша история закончилась там, так и не начавшись. Мне даже больше не больно… Я не чувствую тебя больше.

– Что я сделал не так? – сглотнул он.

– Ты что-то нарушил в нашей связи… Какой-то внутренний закон, и я теперь свободна от тебя. Тебя должно отпустить теперь тоже… Уезжай, так будет быстрее.

– Ты обещаешь, что отпустит? – усмехнулся он, вздохнув.

– Я никогда тебе ничего не обещала, не буду и сейчас. Прощай! – обняв его в последний раз, я поднялась и, не оглядываясь, пошла по лесной тропинке.

– Прощай…

Глава 6. Моя любимая частная собственность

18 декабря

Мое проживание у Вики уже затянулось на неделю, но она всё никак не хотела отпускать меня, хотя мы уже нашли милую однокомнатную квартирку в паре шагов от работы. Правда, практически без мебели – но мне и не нужно, чем больше места, тем легче дышать. К тому же мне нравился вид с балкона, выходящий на набережную и широкое полотно реки. И пока наемные рабочие делали там легкий косметический ремонт, я пропадала у моей рыжей красавицы.

Сегодня она была хмурой и нервной. Покормив её ужином после работы, я, усадив её на диван себе между ног, разминала ей плечи и пыталась разговорить, но она отвечала невпопад или вовсе игнорировала мои вопросы.

– Так! – сжала я ее посильнее, и она подпрыгнула под моими руками. – Что-то с Серёгой? – спросила я в лоб.

Как только Илья настоял на исключении Вики, она ушла в новые отношения.

Сергей был типом прикольным, но до одури ванильным, и Вика с трудом удерживала свободный формат отношений, периодически сцепляясь с ним по этому поводу. Ну и еще его работа в следственных органах отнюдь не облегчала ей задачу…

– Не с Серёгой… – ожила она.

Развернувшись в моих руках, она спряталась лицом у меня на груди:

– Прости, я тебя Илану сдала.

– М? – напряглась я, пытаясь оторвать её от себя и заглянуть в глаза.

– Он спросил прямо, что происходит. Он весь заведенный как бомба с часовым механизмом! – оправдывалась она. – Ты же знаешь, как он умеет! Я просто не смогла…

– Сказала и сказала... – обняла её я. – Может и хорошо. Как он?

Я, конечно, скучала…

– Как… Как будто его кто-то потерял. Позвони ему что ли… – стянула она меня ниже, устраиваясь в обнимку рядом.

– Если я сейчас переключусь на него… – покачала я головой. – Я не смогу учить… Я не сдам сессию, и тогда…

– Один звонок! Просто позаботься о нём немного…

– Всё плохо?

– Ужасно…

– Хорошо. Как только мне захочется – я позвоню, – пообещала я, стараясь не вестись на Викины переживания и делать только из собственной потребности, как обещала Илье.

Мы начали засыпать. Но мысли об Илье тут же плавно перетекли на его подарок к новому году.

– Вик…

– М?

– У тебя есть знакомый ювелир здесь?

– Мхм… зачем тебе?

– Мне нужно заказать одну эксклюзивную вещицу… И надо быстро.

– Это дорого…

– Пусть!

– Расскажи…

– Подарок для Ильи Андреевича, – рассмеялась я, – вместо обычной спирали к ежедневнику мне нужна серебряная спираль в форме змеи… Я завтра нарисую эскиз…

– Круто…

– Спи, – шепнула я, выбираясь из ее теплых объятий.

– Куда? – попыталась она меня удержать.

– Завтра экзамен… – шепнула я ей на ушко, с сожалением вставая с дивана.

– Вчера же был…

– А они через день, любимая, до самого Нового года!

Но Вика уже спала. Накрыв ее одеялом, я взяла со стола телефонную трубку и ушла в спальню, которая превратилась во что-то среднее между библиотекой, лабораторией и компьютерным классом.

Вика отдала мне комнату в полное распоряжение, и чтобы отдельно не отвлекаться на экзамен по английскому, я расположила на стене листы с мнемическими таблицами из существительных, глаголов и других частей речи, надеясь, что просто зрительная память потом спасет меня на экзамене. И я выдам необходимый минимум словарного запаса в тысячу слов. Языки – моя слабая сторона, включая и родной! Противоположная стена была посвящена тригонометрии и состояла из графиков функций и формул. Кровать… погребена в книгах. На полу были разложены два ватмана с недоделанными проектами по социокультурке и истории…

Вот как Вика меня тут терпит? – оценила я весь этот беспредел.

Мне, конечно, в кайф, но она-то не при делах!

На подушке в гордом одиночестве меня дожидался очередной том Кастанеды, который подарил мне Илья.

Долго тебе еще ждать, милый… – грустно вздохнула я, понимая, что обращаюсь сейчас к ним обоим.

Плотно прикрыв дверь, я включила музыку и, покрутив телефон в руке…

Внутри сводило от противоречивых желаний.

Пять гудков! – решила я для себя. – Если нам это нужно, он возьмет трубку.

Подождав пять долгих гудков, я скинула вызов.

Усевшись за книгу, я минут двадцать читала одну страницу, пытаясь понять хоть пару слов. Всё. Та самая «клиника», про которую я говорила Вике! Как только я сосредоточусь на нём…

Раздраженно схватив трубку, я снова набрала его. В этот раз он ответил примерно после третьего гудка:

– Да.

– Привет, друг… – расслабилась я, услышав его голос.

Бонус 4

24.11.2012

(Новый год)

Вика…

Конечно, быстро сообразила, что я вскрою ей мозги, и тихонечко умыкнула тебя, чтобы как всегда поддержать все твои капризы…

Их было мало… капризов… и ей и мне это было непонятно.

Ты чувствовала, что я могу дать тебе гораздо больше. Могла бы капризничать…

Но ты, садо-девочка, лишала меня возможности удовлетворять твои капризы… А если и требовала чего-то, то всегда на грани… чтобы я растягивался между попыткой защитить тебя и удовлетворить…

И я растягивался… и даже получал удовольствие от этого кинка… Но и болел, конечно… Хотя… пока ты позволяла заботиться, это было терпимо… и даже приятно.

И баловать себя не позволяла… Садистка… Ты ж кайфовала от этого запрета! И сейчас кайфуешь… от того как мне хочется и не можется.

Вика не растягивалась! Резонировала на малейшей потребности и давала тебе любую дрянь, которую ты хотела… Нет, она заботилась, конечно, чтобы эта дрянь была максимально безопасной… Но своими кайфами она не жертвовала… А ее кайф был недалек от моего – чувствовать твой… Я так завидовал ей по началу! Кайф общий, а дропп только у меня… Но потом я понял, что она и доли того, что я не чувствует. И… понял, что…

Завидовать перестал.

Захожу на кухню, вы за стойкой… на стойке, конечно, абсент! Рюмка перед тобой – тормозить бесполезно… Анечка в ударе… И кайф, и тревога…

Твоя спина обнаженная, шея… не знаю, как я держался вообще, чтобы… я так соскучился тогда! Твоя сессия долбанная… и заказ там твой Вика Полине отдала… Две недели! Кажется две… Мне показалось, что ты остыла… И тогда с квартирой еще! Мне не сказала ничего, что проблемы у тебя.