Были рядом и другие свежие могилы, где лежали теперь жены старших сыновей, пятеро внуков Мерлагонда, прислуга и еще несколько совсем незнакомых людей, также погибших в ту роковую ночь…

Помимо безмерной скорби Флиаманта ощущала еще и раскаяние – ну зачем она так долго гонялась за подвигами? Если бы она вернулась домой вместе с Мельдериком, возможно, все бы сложилось иначе. Воительница обнаружила, что кошель, оставленный ей торговцем, всё еще висит на поясе. Каким страшным издевательством казалась теперь записка: «Флиаманте Гладсхейм, в награду за неоценимую помощь и с надеждой на дружбу». Если бы она не потеряла столько времени, возвращая этому купцу его барахло, украденное троллями, она бы успела помочь своим близким, а может бы тоже погибла, сражаясь вместе с ними. Такая участь казалась девушке куда лучше, чем ее теперешняя судьба. В сердцах она сорвала кошель и отбросила так далеко, что он ударился в стену одного из домов за пределами кладбища. Множество сверкающих золотых со звоном разлетелись во все стороны.

Она еще раз взглянула на дядину могилу и удивилась, что надпись на ней звучит как призыв к мести. Как она не поняла это с самого начала?

- Я буду мстить, - прошептала воительница, обводя взглядом печальные надгробные плиты, под которыми теперь оказались все, кто был ей дорог…

- Я никогда не считал месть достойным занятием, - послышался сзади голос Готфаруса Милгрима. – Но тебя я понимаю. Скажу лишь, что она не принесет тебе утешения.

- Наплакались, и хватит! Всем покинуть кладбище! – послышался неподалеку грубый голос.

За оградой появился большой отряд конных варваров. Они размахивали кнутами и палками, некоторые въехали на территорию кладбища, топча копытами могильные плиты. Народ покорно потянулся прочь. Флиаманта вернулась в дом Готфаруса. Они вместе поднялись на чердак, где были спрятаны меч и потрепанная кольчуга воительницы.

- Для таких дел, которые ты задумала, нужны доспехи поновее. Но, к сожалению, в моем доме не осталось ни шлема, ни даже хорошего кинжала. Все отобрали эти трусливые скоты. Сами они вооружены прекрасно, а Мальфарус опытный воин, к тому же он вряд ли будет биться честно. Но ты победишь его, ты лучшая из всех, кого я обучил за сорок лет моей работы в Школе. Злодеи закрыли ее за несколько дней до твоего возвращения, убив при этом многих учителей и учеников. Просто так, ради развлечения. Те, кто отправился на поиски приключений накануне этой резни, даже не знают, насколько им повезло.

- Раньше вы не говорили мне про то, что я лучшая, - не смогла сдержать своего удивления Флиаманта.

- Я не хотел, чтобы ты слишком возгордилась. Ты ведь примерным поведением никогда не отличалась. Эх… - он невесело рассмеялся. – Теперь это уже не имеет значения… Но это правда: ты была лучшей. Я сам был удивлен, что девчонка освоила такие приемы, которые и большинству опытных воинов-то не под силу. У меня остались тренировочные чучела на заднем дворе – думаю, тебе стоит вспомнить все, что ты умеешь делать с мечом.

Уже наступила ночь, но Флиаманта продолжала фехтовать. Чучела были устроены так, что при ударе они разворачивались и били нападавшего деревянным шестом, окованным железом. Увернуться порой бывало непросто. Всего таких приспособлений было несколько, и для того чтобы «сражаться» с ними со всеми, уклоняясь при этом от «ответных ударов», надо было обладать неплохой сноровкой, но для Флиаманты эта была легкая задача. Никто из «противников» не смог ни разу даже задеть ее, а вот они сами вскоре пришли в полную негодность. Окончив упражнения, воительница не легла спать, а до зари просидела у окна, выходившего на королевский замок, ставший теперь оплотом тиранов.

* * *

С первыми лучами серого рассвета Флиаманта покинула дом, решив не будить никого из хозяев. Не имея какого-либо плана действий, она пошла переулками по направлению к главной площади, как вдруг услышала из-за поворота топот коней, щелчки кнутов и громкие крики: «Дорогу его сиятельству Эгисту Мальфарусу!» Эти звуки приближались. Девушка взобралась на плоскую крышу соседнего дома рядом и обнажила меч. Мимо промчались несколько испуганных прохожих, спасавшихся от плетей. И вот из-за поворота появился большой отряд – дюжина конников, вдвое больше пехотинцев и запряженная четверкой коней колесница, на которой находились возница, полубезумного вида маг, наверное, это был Хоннельгенд, и сам Мальфарус, могучий и мрачный воин в черных доспехах. Судя по всему, никто из них не заметил воительницу, стоявшую на крыше.

- Обернись, Эгист Мальфарус! Посмотри на ту, у которой ты отнял все! – сказала Флиаманта, когда колесница оказалась прямо под ней.

Отряд разом остановился. Убийца Мерлагонда посмотрел на Флиаманту. Мальфарус много лет обучал девушку и ее ровесников, и она хорошо помнила этот тяжелый жуткий взгляд, от которого все ученики сжимались и начинали дрожать. Все? Только не она. Да, своими жестокими методами он сломил волю многих, но не Флиаманты, напротив, она сделалась еще сильнее, сколько Эгист не старался.

- Что тебе нужно, глупая девчонка? – наконец спросил он.

- Возмездие!

- Видно ты недовольна дележом имущества Мерлагонда. Я прикажу, чтобы тебе отдали твою долю. Возьмешь?

- Только вместе с твоей мерзкой башкой.

- Жаль, что я тебя ничему так и не научил, даже вежливости. Придется дать тебе последний урок. Арбалетчики, снимите ее с крыши!

Но воительница сама спрыгнула вниз, а все стрелы пролетели мимо. Под мечом Флиаманты в считанные мгновения полегло четыре пеших противника. На воительницу ринулся всадник, но она выбила его из седла и сама оказалась на коне. Колесница сорвалась с места и понеслась по улице, воительница бросилась в погоню, а за ней - все десять конников. Вскоре Флиаманта нагнала Эгиста и запрыгнула на стремительно летящую колесницу. Рядом с ней оказался Хоннельгенд.

- Тронешь меня, и твои страдания будут ужасны! – истерически завопил он, поднимая жезл.

- Да что ты знаешь о страданиях! - рука воительницы не дрогнула, когда она пронзала колдуна насквозь. Применить магию он так и не успел.

Следующим пал возница, его тело, как и предсказателя, полетело под копыта преследовавших колесницу всадников. Девушка хотела напасть на Эгиста, но колесница, которой никто не управлял, ударилась на повороте об угол высокой каменной ограды, правое колесо сорвалось, ось начала скрести по мостовой, высекая искры. Флиаманта сильно ушиблась при падении, но несмотря на боль, успела откатиться в придорожную канаву, заросшую кустами. Эгист, свалившийся на другую сторону дороги, вскочил и пробежав немного вперед, скрылся за небольшой калиткой в ограде, успев крикнуть подоспевшим в этот момент всадникам: «Найдите и приведите ее ко мне!» Флиаманта из-за кустов разглядела дом, в котором спрятался ее враг – это была усадьба одного из ее школьных учителей, старого вояки Хьорла, который очень любил ее и назвал внучкой. В детстве она часто играла со сверстниками в этом дворе и хорошо помнила все входы и выходы из него, и главное один, потайной… Девушка еще не знала, что ее «дед», посмевший заступиться за своих учеников, одним из первых пал от рук Эгиста, а большой дом старого учителя предатель превратил в склад имущества, уничтоженных его бандой горожан.