судьбы, на который трудно рассчитывать, если трезво взглянуть на положение вещей.

Тесса в ужасе вспомнила о том, что транспортно-десантный вертолет может вместить не

более ста человек, и, наверное, придется делать второй рейс. Попытавшись отвлечься, она

не нашла ничего лучшего, как задуматься о том, где раздобыть необходимые для ТДД

припасы – что было ничуть не более успокаивающей темой. Так, в тревоге и волнениях

прошел тот час.

Она добрела до отсека, который занимал ангар. Надрываясь, оттянула тяжелую

литую гермодверь. С опаской заглянула внутрь.

Посредине выстроились в ряды ее подчиненные. Гораздо больше, чем сто человек,

которых она боялась увидеть. Здесь были почти все. В первых рядах виднелись лица

Курца и Мао. Даже Крузо стоял рядом с ними. Странно, в собравшихся оперативниках не

чувствовалось напряжения – они бодро переговаривались, шутили, чему-то смеялись.

– Вы… вы все?..

Тесса едва нашла в себе мужество заговорить. Мао почему-то подмигнула и

ответила вопросом на вопрос:

– Что – «все»?

– Я имею в виду, те… кто собирается покинуть корабль.

– А-а-а! Да вон они, – Мао мотнула головой в сторону.

Действительно, за громоздкой тушей тяжелого вертолета виднелась еще одна

небольшая группа. Человек двадцать. Рядом стояли носилки с ранеными, которых с

самого начала планировалось отправить в госпиталь. Их сопровождали трое санитаров.

Тридцать три человека.

Всего тридцать три человека.

– В основном семейные: у них жены и дети. Ну, я их не осуждаю, – встрял

ухмыляющийся Курц.

– Но… но как же вы?

Мао просто пожала плечами.

– Смотри, Тесса. Вон там построились десантники, вон – обслуживающий персонал

с разгромленной базы. За ними техники и ремонтники. Свое рабочее место они потеряли,

вот и пришли сюда. Многие, правда, уже начали помогать с ремонтом и обслуживанием

ТДД – осваивают корабельные специальности.

– И… и это все? Неужели никто больше… не захотел уйти?

Притихшие военнослужащие – теперь, правда, скорее безработные – обменялись

взглядами.

– В самом деле – больше никто? Пожалуйста, поднимите руки!

Никто не откликнулся. Нет, один солдатик – рядовой второго класса, работавший

кладовщиком – все же поднял руку:

– Капитан первого ранга, мэм! Давайте сделаем драматично, как в кино. Вы будете

гнать меня пинками, а я – стараться прошмыгнуть обратно!

Сотни человек захохотали, подбадривая шутника. Возвышавшийся посреди строя,

как гора, техник-лейтенант Сакс глотнул кока-колы из банки, смял ее в кулаке и

решительно проложил себе дорогу вперед. Остановившись перед Тессой, он прогудел:

– Это, как бы сказать… мадам капитан! После всей этой ерунды у нас вроде как нет

других средств к существованию. Где мы еще найдем бесплатную кормежку и крышу над

головой? Как нам сводить концы с концами? Но вы же не уволите нас, верно, мэм?

40

Сакс широко ухмыльнулся и подмигнул своим товарищам позади. Упитанный

пожилой мужчина – хозяин таверны на базе Мерида, которая называлась «Дарза» –

сердито закричал, размахивая руками:

– Нечего нас выставлять никчемными безработными, постыдился бы, пивной

бурдюк! Мы тоже не из простых – я в свое время сделал себе имя среди наемнической

братии! В Африке моим именем до сих пор пугают детишек! Гром и молния, да я

разбираюсь в засадах и налетах даже лучше того вашего русского!

– А-а, точно! Назначим дядюшку начальником оперативного штаба вместо майора

Калинина!

– Поздравляю, дед, теперь ты – Паас-1!

– Не надо, он наверняка не разрешит нам бухать за работой!

– Дубина, все равно у нас на борту – ни капли спиртного. Я не успел спасти мои

славные бутылочки, вместо них пришлось помогать вам таскать всякую ерунду! – заорал

кабатчик и стоявшие рядом бойцы заржали и принялись хлопать его по спине.

Позже Тесса узнала, что хозяин «Дарза» действительно бросил все свое имущество

– кроме фотографий, украшавших стену бара. Портреты капитана МакАллена и других

митриловцев, с честью павших в боях, оказались аккуратно упакованы в его рюкзак,

вместо личных вещей.

– Мы не собираемся бежать! Не посрамим честь настоящих мужчин!

– Точно, точно!

– Вот как? – воскликнула техник-лейтенант Нора Лемминг. – Не забудьте и про

женщин, мы от вас не отстанем!

Стоявшие за ее спиной Виран, секретарша Тессы, и связистка Синохара с бутылкой

колы в руке, согласно закивали.

На глазах остолбеневшей Тессы блеснули слезы. Она растерянно забормотала:

– Но… ведь мы потеряли так много людей. Я не могу гарантировать, что и с вами

не случится… Почему же все вы… так…

Мардукас, который незаметно подошел и занял привычное место за ее правым

плечом, мягко произнес:

– Складывается впечатление, что с этой оголтелой бандой ничего не поделаешь,

мэм.

– Мистер Мардукас?..

– Гм. Должен признаться, я один из них.

Его слова вызвали очередной приступ смеха. Но Мардукас оставался Мардукасом –

строго сдвинув брови, он рявкнул:

– Отставить разговоры!

Шум мгновенно стих, и в тишине он заговорил размеренно и спокойно:

– Командир. Служить под вашим началом – большая честь для всех нас. Любой

солдат или моряк может только мечтать об этом. И все – благодаря вам. Конечно,

поначалу мы считали вас заносчивой и самоуверенной девчонкой, но это уже в прошлом.

Теперь мы верим вам безгранично.

Он помолчал. Потом продолжил с еще большим чувством.

– Вы вели нас за собой сквозь такие опасности, с которыми справился бы не всякий

закаленный ветеран. Если вы говорите, что готовы сражаться и дальше – мы будем

счастливы последовать за вами. Кроме того, ваши слова – искренни и безыскусны, вы

раскрыли перед нами свое сердце. Если бы снова зашла речь о «мире во всем мире», я бы

первым покинул корабль.

Ими тоже двигала жажда мести.

Нет, наверное, все было не так просто. Но, даже судя только по себе, Тесса

осознала, что это был самый мощный мотив – пусть даже примитивный и незатейливый.

Не из каких-то высоких моральных принципов. Не ради славы.

41

Ее солдаты следовали за ней ради своей собственной, личной мести. Хотя все

прошло куда как лучше, чем она предполагала, она не ожидала этого. Находившиеся под

ее командованием митриловцы раньше никогда не упускали случая поворчать и

поскулить. Но в момент опасности они встали плечом к плечу, не собираясь жаловаться на

судьбу.

Прошлая Тесса, та, которой она была еще совсем недавно, наверняка расплакалась

бы перед строем, жалко всхлипывая и шмыгая носом. Но сейчас это было невозможно. Ее

соратники не заслужили такого отношения.

Вместо этого она выпрямилась во весь свой небольшой рост, уверенно

подбоченилась и заговорила – чистым и ясным голосом:

– Понимаю. Но вы помните, что жалованья не будет? В лучшем случае – котловое

довольствие. Вы согласны?

Одобрительный гул множества голосов не оставлял сомнений.

– Раз так, ничего не поделаешь. Вы снова в строю.

Ответом были нестройные радостные выкрики.

Набрав побольше воздуха, она звонко выкрикнула:

– Отставить! Как нужно отвечать?!

– Ай-ай, мэм!!! – дружно громыхнули сотни глоток.

– Хорошо, – демонстрируя неколебимую уверенность, кивнула она. Повисла

неловкая тишина. И, не в силах удержаться, Тесса прыснула. Выстроившиеся люди – ее

люди – поддержали ее дружным смехом, который гулко раскатился под потолком ангара.

Наверное, это выглядело странно. А, может быть, дало знать себя многодневное

напряжение всех сил, боевые вахты и нервотрепка. Но теперь о них уже никто не помнил.