запустить этот механизм и заставить его действовать. Эта внешняя стимуляция

обеспечивала создание временной специфической структуры, выстроенной из синапсов

головного мозга и проводящей электрические импульсы совершенно необычным образом.

Аппарат, расположенный в кокпите бронеробота и снимающий и усиливающий эти

ментальные импульсы, образующий интерфейс системы управления лямбда драйвером,

назывался TAROS. История боевых действий и испытаний свидетельствовала о том, что

препарат, используемый пилотами Амальгам, достаточно быстро совершенствовался,

избавляясь от негативных побочных факторов. Телеметрия, оставшаяся с того времени,

55

когда примерно год назад Канаме встретилась с несчастным неуравновешенным

мальчишкой, которого заставили пилотировать «Бегемот», подтверждала, что первые

варианты препарата действовали на психику пилота быстро и разрушительно. Теперь, год

спустя, пилоты «Чодаров», скорее всего, не подвергались такому мощному

эмоциональному стрессу, как Такума, и могли сражаться дольше и эффективнее.

Фундаментальный принцип действия механизма лямбда драйвера, установленного

на «Чодаре», практически не отличался от устройства, которым был оснащен «Арбалет»,

но Соске никогда не принимал никаких специальных химических стимуляторов. То

специфическое эмоциональное состояние, которое помогало Соске запускать лямбда

драйвер «Арбалета» во время яростных сражений, вероятнее всего являлось результатом

психологического строения его индивидуальной личности, особого менталитета,

сформировавшегося в непрерывных и беспощадных боях, закаленного железной волей

бойца и высокой способностью к концентрации. Возможно, на него оказывали

дополнительное влияние и некие посторонние эмоции. В любом случае, повторить это

индивидуальное ментальное состояние с помощью медикаментозной обработки было

невозможно – оно было совершенно уникальным.

Функционирование лямбда драйвера «Арбалета» оставалось нестабильным, но,

будучи запущенным, он в большинстве ситуаций выдавал совершенно невероятную

мощность. Лямбда драйвер «Чодара», напротив, демонстрировал вполне приемлемую

повторяемость и постоянство результатов, позволившие запустить его в ограниченное

серийное производство. Однако серийным амальгамовским образцам в настоящий момент

не удавалось превзойти опытный «Арбалет» по максимальному потенциалу

энергетических потоков. Можно было сказать, что «Чодар» представлял собой боевую

единицу, предназначенную для уничтожения классических бронероботов, а «Арбалет» –

орудие борьбы с БР, оснащенными лямбда драйверами. Цифровые данные, полученные

при реальных боевых столкновениях и испытаниях, иллюстрирующие их боевые

потенциалы, четко свидетельствовали об этом.

«Чодар» и «Бегемот» имели, по большому счету, схожее назначение, и общие для

них конструкторские решения, заложенные в устройство, были оптимизированы для

борьбы с конвенционными БР и одинаково ограничивали их возможности по решению

специфических задач. При их разработке не была в достаточной степени учтена

возможность того, что противник тоже сможет использовать лямбда драйвер, хотя ради

этой функции конструкторам пришлось пожертвовать эффективностью некоторых других

систем. Поскольку постоянно поддерживать защитное силовое поле было невозможно,

для противника, даже не обязательно имеющего в своем распоряжении лямбда драйвер,

но просто хорошо знакомого с принципами его действия – иными словами, Тессы и ее

подчиненных – оставалась возможность одержать победу над новейшими образцами

амальгамовских бронероботов даже на обычных БР.

Сверхъестественный генератор силового поля не давал права считать бронеробот

абсолютно неуязвимым.

По расчетам Канаме, соотношение сил, при котором БР, оснащенный лямбда

драйвером, можно было приравнять к конвенционному бронероботу третьего поколения –

естественно, при условии аналогичной подготовки пилотов – можно было выразить

коэффициентом «один к восьми». Восьми М9, прошедших тренировки по отработке

совместных действий и координации, было достаточно для того, чтобы уничтожить

одиночный «Чодар». Конечно, исход боевого столкновения зависел от многочисленных

дополнительных факторов – тактики и умелого взаимодействия – и отряд М9 мог понести

серьезные потери, тем не менее, такой, пусть даже слегка упрощенный, расчет выглядел

оправданным.

Аналогичные расчеты для танков и противотанковых вертолетов в условиях

современной войны приводили к максимальному коэффициенту «шестнадцать к одному».

Если принять во внимание эту цифру, разница в силах между бронероботами, несущими

56

на борту лямбда драйверы, и конвенционными, выглядела уже не столь драматично. В

истории развития боевой техники можно было найти и куда более разительные примеры,

когда следующее поколение боевой техники превосходило предыдущее в поистине

гомерических масштабах. К примеру – межконтинентальные баллистические ракеты с

ядерными боеголовками, выросшие из классических артиллерийских орудий и

реактивных минометов.

Но многие ли люди в окружающем ее мире успели прийти к таким же выводам?

Скорее всего, их можно было пересчитать по пальцам – она сама, Леонард, Тесса, и еще

несколько таких же, как они. Возможно, несколько пилотов, вроде Мао, которые имели

реальный боевой опыт столкновений с применением лямбда драйверов – они тоже могли

догадаться.

Так думала Канаме, задумчиво глядя в экран ноутбука.

Леонард намеренно и ненавязчиво подвел ее к осознанию этого факта. Ей не

пришлось долго ждать следующего шага.

– Как бы ты сама использовала эту ненадежную жестянку, которую называют

лямбда драйвером? К примеру, что можно было бы сделать с этим железным парнем? –

как бы ненароком поинтересовался он.

Подумав, Канаме повернулась к ноутбуку и на трехмерном чертеже немного

удлинила конский хвост гибкого радиатора, торчащего на затылке «Чодара», разделила

его надвое, заплела в косички и украсила кокетливыми бантиками, которые до этого были

какими-то антеннами.

– Да, я забыл сказать, с твоей подругой все хорошо, – неожиданно сказал Леонард,

с тонкой улыбкой рассматривая, плод ее трудов. Потом он вернул ноутбук и спокойно

добавил: – Почему бы тебе не попытаться еще разок?

Она поняла, что речь шла о Токиве Киоко.

В следующий раз Канаме провела гораздо больше времени, склонившись над

ноутбуком, и, наконец, передала его помощнице Леонарда. Это был чертеж, набросок

замысловатого устройства, которое помогло бы улучшить охлаждение бронеробота. Тем

не менее, Леонарду рано было праздновать победу – на самом деле над тем, кто попытался

бы воплотить этот агрегат в металле, можно было бы только посмеяться. Канаме нарочно

выбрала неверные цифровые значения так, что агрегат не только не имел никакого

практического значения – он делал совсем не то, для чего предназначался – но еще и при

этом выглядел солидно и технически обоснованно. Это была своеобразная

интеллектуальная ловушка, в которую, без сомнения, попался бы любой обычный

инженер или технолог. Раздраженная попыткой вытянуть спрятанные в ее голове знания,

Канаме решила испытать испытателя. Конечно, Леонард заметил обман и распознал ее

намерения, но всего лишь пожал плечами и удалился, не сказав ни слова.

Если бы знать, сколь ей еще томиться в этом поместье.

Чего именно пленители хотели от Канаме?

Леонард часто разговаривал с ней о разных малозначащих вещах. Хотя он не

обмолвился и словом о том, что происходит в таинственных недрах «Амальгам», у Канаме