Глава 56

Дневник Королевы

Волк и вправду отстал, но это еще не значило, что опасность миновала. И не только потому, что нас преследовала орда черных пантер, произошло нечто иное. Я ощутила, как земля содрогнулась, а после раздался вскрик Ангела. Я поднялась, держась за прутья решетки. К моему удивлению, я увидела Ангела лежащего на снегу. Единороги продолжили гонку, унося прочь карету.

— Ангел! — закричала я, держась за прутья решетки руками, словно пленник, молящий о свободе. — Берегись!

Пантеры приближались к лежащему без сознания Ангелу. Они разорвут его на кусочки.

Я истерично всхлипнула, не в силах мыслить ясно, зная, что моя судьба лишь во власти единорогов, которые, как я надеялась, знали путь к Черному Лесу и Дереву Авалон, где жила Помона, к которой я намеревалась попасть вместе с детьми. Оставались считанные минуты до въезда в Черный Лес, поэтому я предположила, что единорогов хорошо натренировали. Хотя я не знала, смогут ли они пережить нападение пантер.

Дыши, Королева Скорби. Дыши.

Но одного дыхания было не достаточно, единороги начали сбавлять скорость. Они с глухим стуком упали на землю и испустили такой вопль, что весь лес содрогнулся. Я слышала мифы о том, что крик единорога вызовет у вас желание вырвать свое собственное сердце, лишь бы его не слышать. Но с пантерами дело обстояло иначе. Они начали вгрызаться в глотки единорогам, и когда с ними было покончено, они перевернули карету на бок.

Я лежала в опрокинутой карете, глядя на полную луну в небе сквозь прутья решетки.

— Мармеладка, — прошептала я. — Ты меня слышишь? Я знаю, кто ты. Я знала твою мать.

Но луна мне не ответила. Вскоре две пантеры запрыгнули на карету, в попытках добраться до меня. Глядя им в глаза, я продолжала дышать. Я чувствовала, как дети шевелятся внутри.

Никогда бы не подумала, что буду рожать одна, в окружении чудовищ. Полагаю, все мои слуги в другой карете, которая ехала за нами, погибли.

— Вам не удастся убить меня, пока я не рожу их! — Закричала я на пантер, а они, будто поняв, о чем я говорю, яростно зарычали на меня.

— Тужься, Королева, тужься, — бормотала я себе под нос, ощущая, как тело разрывается от боли. Силы были на исходе, от боли я едва не теряла сознание, но я приказала себе держаться изо всех сил.

Пантеры отчаянно скребли карету. Глаза ярко сверкали алым. Тело ломило от боли, а слюна одной из пантер попала мне на лицо. Я билась в агонии, но меня убивала лишь мысль о том, что мои дочери появятся не свет и некому будет о них позаботиться. Они выпадут на дно этой злосчастной кареты, купаясь в крови, пока пантеры не доберутся до них.

Внезапно, меня осенило, что я слишком оптимистична, думая, что обе мои дочери появятся на свет. Ведь смерть одной из них была неизбежна, так что надеяться было не на что. И эта мысль была последней, прежде чем мир погрузился во мрак…