Японцы намеревались захватить Мидуэй с тем, чтобы подступить в августе 1942 года к Гавайям, а затем оккупировать Панамский канал, блокировать с моря Калифорнию, заставить США покинуть Австралию, свернуть планы посылки войск на европейский театр. В Токио надеялись, что в процессе осуществления этого плана рухнет американо-английский союз, совместное японо-германское давление заставит правящие круги США отвергнуть президента Рузвельта. Наиболее оптимистические расчеты не исключали возможности присоединения США к странам "оси".
Битва за Мидуэй - своеобразный водораздел между сплошным триумфом японцев в первые месяцы и последующей затяжной войной на истощение, в которой США с их индустрией и ресурсами получили предпочтительные шансы. Мидуэй стал первой победой США на Тихом океане.
Япония выступила на захват крохотного Мидуэя с невиданными для военно-морской истории силами. Флот адмирала Ямамото состоял из восьми авианосцев, десяти линкоров, двадцати одного крейсера, семидесяти миноносцев и пятнадцати крупных подводных лодок - не считая вспомогательных судов. На палубах авианосцев стояли 352 истребителя "Зеро" и 277 бомбардировщиков.
Соединенные Штаты располагали лишь тремя авианосцами, восемью крейсерами, четырнадцатью эсминцами и двадцатью пятью подводными лодками соотношение один к трем в пользу японцев. Неоценимым преимуществом американской стороны было знание военного кода японцев - это давало ключ к пониманию их замыслов и действий. В радиограммах японцев в качестве цели захвата фигурировало некое АФ. Адмирал Нимиц полагал, что речь идет о Мидуэе, а в Вашингтоне считали, что так обозначены Гавайские острова. Тогда Нимиц послал ложную телеграмму о том, что на Мидуэе вышел из строя пункт дистилляции воды, и японские радиограммы отметили, что на АФ намечается нехватка пресной воды. В результате все американские силы были заранее брошены к Мидуэю.
Когда утром 4 июня 1942 года японские самолеты направились к острову Мидуэй, его значительно усиленный за две предшествующие недели гарнизон уже ждал атаки. Радары указали на приближающиеся самолеты. Пятнадцати американским бомбардировщикам Б-17 был отдан приказ направиться к идущим с северо-запада японским авианосцам. Остальные американские самолеты поднялись в воздух ожидая атаки. В десятиминутной ожесточенной схватке ценой потери двух "Зеро" японцы вывели из строя двадцать два американских истребителя. Ликвидировав слабое заграждение, "Зеро" предоставили поле деятельности 106 бомбардировщикам. Пятитысячный гарнизон острова испытал на себе ярость самураев, но, подготовленный к налету, сохранил боеспособность.
А тем временем увеличившийся отряд американских бомбардировщиков приближался к японским авианосцам. Задача была ясна и опасна: или авианосцы пойдут ко дну, или США лишатся сил на Тихом океане с соответствующими дальнейшими перспективами. Между 7 и 10 часами утра семьдесят восемь американских бомбардировщиков на низкой высоте обрушились на те самые авианосцы, чья авиация осуществила налет на Пирл-Харбор. Результаты были плачевны - 48 самолетов рухнули в океан, не нанеся урона японским кораблям. Но эти жертвы были не напрасны. Перегруженные самолетами и занятые подготовкой ко второму налету на Мидуэй авианосцы адмирала Нагумо позволили трем американским авианосцам - "Энтерпрайз", "Хорнет" и "Йорктаун" приблизиться к японскому флоту. С палуб американских авианосцев взмыли более семидесяти бомбардировщиков, и почти все они нашли могилу в Тихом океане. Но уверенный в окончании налета Нагумо приказал перевооружить свои бомбардировщики торпедами - против неведомо откуда взявшихся американских кораблей.
Японский адмирал полагал, что уже все самолеты противника задействованы в бою. Но он фатально ошибся. Когда на палубах японских авианосцев производилась громоздкая операция перевооружения самолетов, в небе неожиданно появились семнадцать старых бомбардировщиков с "Йорктауна" и тридцать два с "Энтерпрайза". В течение шести минут японский флот понес исключительные по значимости потери - были потоплены четыре ударных авианосца "Кага", "Акага", "Сорю" и "Хирю". На такую удачу американцы раньше просто не могли рассчитывать.
В результате битвы у Мидуэя японский флот потерял половину своих авианосцев, 55 процентов своей авианосной ударной силы. (За все оставшееся время войны Япония сумела построить лишь пять авианосцев.) Такого страшного удара императорская Япония еще не знала.
Возможно, не менее важной для Японии была потеря на палубах тонущих кораблей почти половины авиационных асов, показавших свою квалификацию в Китае, на Пирл-Харборе, Малайе и Яве. Потеря кораблей и пилотов серьезно затормозила тот безумный порыв, в котором японцы между декабрем 1941 и июнем 1942 года овладели контролем над огромной зоной Восточной Азии. Была создана предпосылка для мобилизации американских сил.
Но императорское окружение, признавая силу нанесенного удара, не потеряло решимости. Наиболее приближенный к императору Хирохито маркиз Кидо записал в дневнике: "Император сказал, что удар нанесен тяжелый, но, несмотря на сложившиеся обстоятельства, он приказал начальнику штаба военно-морских сил Нагано продолжать боевые действия и обеспечить, чтобы моральное состояние войск не ухудшилось. Он подчеркнул, что не хочет, чтобы будущая тактика военно-морских сил была пассивной".
Война на Тихом океане вошла в фазу некоего равновесия, причем время было не на стороне японцев. Обе стороны видели перед собой годы ожесточенной борьбы и готовились к ней. Император Хирохито после Мидуэя приказал конструкторам создать новое поколение самолетов и другого вооружения и быть готовыми к его массовому выпуску к концу 1944 года.
Создавалось впечатление, что японцы утверждаются в своей сфере надолго. Возводились монументы завоевателям Сингапура и Манилы, создавалась сеть школ по изучению японского языка в завоеванных странах, выискивались марионетки-квислинги. Было образовано специальное Министерство Великой Восточной Азии.
Двадцатого августа 1942 года в Токио прибыли репатриированные из США сотрудники японского посольства во главе с Номурой и Курусу. Они обрисовали подлинную реакцию населения США на Пирл-Харбор, рассказали о мобилизации американской экономики. Хирохито подолгу беседовал с ними и капитаном Йокояма Исиро - главой японской разведслужбы в США. Ситуация, как стали понимать в императорском дворце, требовала крайней централизации власти, избавления ото всех потенциально пацифистских сил. Первого сентября 1942 года Тодзио к двум своим портфелям (премьер-министра и военного министра) добавил третий - министра иностранных дел - вместо колеблющегося Того.
Показателем усиления интереса Рузвельта к азиатскому театру военных действий было назначение командующим военно-морскими силами США адмирала Э. Кинга, известного своим исключительным вниманием не к официально объявленной "арене номер один" - Атлантике, а к Тихоокеанскому бассейну. Фокусом борьбы на Тихом океане стал Гвадалканал, где американцы отразили четыре японских наступления и около которого произошло семь морских сражений.
В ночь на 12 октября американцы одержали первую победу в морском сражении: были потоплены тяжелый крейсер "Фурутака" и три миноносца. А в бою 25 октября американцы хотя и потеряли свой предпоследний авианосец "Хорнет", но вывели из строя японские авианосцы "Азуихо" и "Сойкаку", а также тяжелый крейсер "Тикума".
Эти потери навели императорский двор на мрачные мысли. Двадцать седьмого октября император Хирохито признал: "Наше второе наступление провалилось". В этот же день Хирохито лично инструктировал нового японского посла в Риме заверить выступающий в качестве посредника Ватикан, что японские армии могут при определенных условиях уйти из Китая, а японские требования в Юго-Восточной Азии будут, в случае заключения мира, минимальными.