Поиск
Воробьи налетели. Под дерзкий их писк
Обогнул обелиск.
На решетке, качаясь, висят малыши,
Голубь взвился в тиши…
У последнего дома кудлатый щенок
Изгибается в льстивый клубок:
«О прохожий, зачем ты уходишь к реке?
Разве плохо у нас в городке?»
Деревенские удовольствия *
I
Странная игра
Под лозой лопочет гулко речка.
На лозе трепещет стрекоза…
Я тянусь. Вот-вот схвачу… Осечка!
Из-под пальцев взвилась егоза.
И опять садится. Плеск волны.
«Начинайте, милый друг, сначала».
Так со мною в Петербурге до войны
Некая медичка поступала.
II
Первый опыт
Теоретически все это так легко:
К айве веревкой прикрутить козу,
Сесть под козой на табурет внизу,
Взять за сосцы… И брызнет молоко.
Увы, увы… Практически не так:
Коза ногой прорвала мой пиджак,
Веревка лопнула, сосцы умчались в сад,
Пытаюсь встать… и падаю назад.
III
Отрезвление
Склонивши лоб, лечу в местечко
На двухколесном рысаке:
«Бумага, хлеб, чернила, свечка»,—
Подробный список в башмаке.
Душа, как огненная роза…
Но ведь и розе не прожить
Без орошенья и навоза.
Уймите, Муза, вашу прыть!
Из-за мечтательности вашей,
Вчера к столу придвинув стул,
Я сдуру в чашку с простоквашей
Перо шальное окунул.
Ведь так дойдешь и до горчицы…
Пора очнуться! Руль в руке…
Вертитесь, бешеные спицы!
Подробный список в башмаке.
IV
Бегство
Я проснулся и спичкою чиркнул о стул…
В низкой комнате плеск, и шуршанье, и гул.
Ведьма, что ли, влетела в ночное окно?
Трепыхается свечка, в аллее — темно.
Задрожал я до пяток, как в бурю камыш:
Над башкой прочертила летучая мышь!
Острогранным зигзагом — вперед и назад…
Разве я заколдованный дьяволом клад?
Пять минут я штанами махал в вышине,
Но не выдержал, — сдался, — скользнул по стене,—
И, по лестнице темной сбежав босиком,
На ларе под часами свернулся клубком.
В Марселе *
I
Среди аллеи на углу базар:
Кувшины стройные, цветистые рогожки
И пестрые тунисские дорожки
По-деревенски радостны, как жар…
А под платанами гирляндами висят,
Как кремовый гигантский виноград,
Чудесные густые ожерелья…
— Скажите мне, что это за изделья?
Не погремушки ль для слоновьих ног?
Иль для верблюжьей сбруи украшенья?
* * *
И спутник мой, без тени восхищенья,
Мне отвечает коротко: «Чеснок».
II
На козлах толстый франт
С бичом в ленивой лапе.
В оглоблях Россинант
С гвоздикою и в шляпе.
Рассевшись, как бебе,
Под белым балдахинцем,
Ты кажешься себе
Почти персидским принцем…
Навстречу в две стены
Плывут бурнусы, фески,
И белые штаны,
И медные подвески…
Румяна и жирна,
Под пальмовым наметом
Марсельская Нана
Торгуется с пилотом.
Внизу синеет порт
В щель улицы-колодца.
В душе веселый черт
Все веселей смеется…
Но кляча стала вдруг,—
Глаза, как две черешни!
«Куда?» — «Не знаю, друг,
Я, милая, не здешний».
III
Посмотри, посмотри, как вскипает, как пенится след!
Чайки низко над нами летят вперегонку…
Провансалец-старик надвигает на брови берет,
Смотрит вбок на сапфирный лоснящийся цвет
И в мотор наклоняет масленку.
Раздвигается порт. Вкусно пахнёт соленая даль.
За спиной над домами янтарная мгла и пылища.
На волне, отражая дрожаще-цветную спираль,
Пароходы пустые открыты до ржавого днища.
Удирает душа… Ничего на земле ей не жаль.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: