- А ничего и не нужно подписывать, - улыбка стала ещё шире, я смог рассмотреть золотые коронки справа, - то есть, потом, когда мы с вами договоримся, а я думаю, что мы договоримся, тогда и подпишете пару бумаг. А пока нас ждёт плодотворный, я надеюсь, разговор.

- О чём вы? – спросил я. Он вёл себя как-то странно.

- Давайте я, для начала, представлюсь, - он показал мне удостоверение, из которого следовало, что он майор, но не полиции, а известной Федеральной Службы, и зовут его Колесов Михаил Ильич.

- Очень приятно, – спокойно сказал я, - а каким образом моя скромная персона заинтересовала целого майора, да ещё из такого ведомства?

- Я подполковник, удостоверение пока не обменял, но это, впрочем, неважно. Важно другое. Все люди, подобные вам, рано или поздно, попадают ко мне.

- Все псы попадают в рай, - зачем-то процитировал я.

- Вроде того.

- А как же следователь, уголовное дело, обвинение? Или этим теперь вы занимаетесь?

- Думаю, следователя вы более не увидите. Сказать по правде, дело у него разваливается, трупы до сих пор не опознали, температура горения была так высока, что коронки на зубах расплавились, да и кости большей частью превратились в пепел. Кроме того, идентификация машин затруднена, обе числятся в угоне. А свидетели со стороны пострадавших крайне неохотно дают показания, подозреваю, скоро они вообще отсюда уедут, поскольку их внезапно начали вытеснять с ювелирного рынка другие представители семейного бизнеса.

- А зачем вы всё это мне рассказали? – подозрительно спросил я. – Это ведь следовало в секрете держать, вдруг бы я раскололся.

- Затем, - терпеливо объяснил он, - что вербовать людей, отмазывая их от уголовного дела, очень легко, вот только я предпочитаю обходиться без этого. Что-то мне подсказывает, что с вами мы договоримся и так. Куда лучше, если сотрудник работает не за страх, а за совесть.

- Допустим, - не стал я спорить, но испытал облегчение. – Так о чём будет разговор?

- Начну издалека, есть некоторые признаки, по которым мы определяем, что человек – наш клиент. Например, простой обыватель, учитель химии, честный человек, вдруг покупает себе ружьё, хотя и не охотник.

- Мне продавец в магазине сказал, что девять из десяти человек, покупающих ружья, не охотники.

- Разумеется. А потом он начинает куда-то пропадать, хотя работы, предполагающей командировки, у него нет. Внезапно у него появляются деньги, которые он получает, продавая золото. Вот с этого момента в игру вступаем мы. Золото, не просто ювелирка, а слитки, да ещё высокой пробы и со странным клеймом. Самое время взять вас под наблюдение.

- Но, по большому счёту это ни о чём не говорит, - сказал я, отпираться я не собирался, но был интересен ход его мыслей.

- Разумеется, требовался более весомый аргумент. И мы его получили, следователь, в отчаянной попытке хоть что-то на вас повесить, приказал обыскать место, где вас и Бочкина забрала скорая. Это не лишено смысла, вы говорили о перестрелке, ваш друг получил огнестрельное ранение. Можно было найти гильзы, следы пуль, крови. Короче, занятие полезное. Нашли они пистолет, с вашими отпечатками пальцев.

- Статья?

- Для статьи нужна экспертиза, которую провели незамедлительно. Выглядел пистолет странно, поэтому нужно было проверить, действительно ли это боевое оружие.

- Проверили?

- Разумеется, эксперты сработали быстро, поскольку над душой у них стоял я. Результаты вышли интересные. Во-первых, калибр, подобный патрон не используется ни в одной стране мира, а считать оружие кустарщиной не позволяет качество изготовления и серийный номер неизвестного завода. Во-вторых, пистолет имел большие габариты, но был относительно лёгким, что предполагало какой-то хитрый сплав. Состав его уже выяснили, компоненты никаких вопросов не вызвали, все элементы известны. В тупик экспертов поставил вопрос изготовления. Сплав этот известен, только отлить его можно, внимание, в условиях космического вакуума. Отсюда вывод, что пистолет этот стоит дороже, чем аналогичный по весу кусок золота. Неплохо?

- Атас, – признался я.

- Кроме того пули обладают чудовищным поражающим эффектом, а над составом пороха уже начали работать в Академии Наук. А теперь говорите, где ворота в другой мир?

Я растерялся и какое-то время молчал.

- Однажды вы в странном месте опёрлись рукой о камень, и рука ваша прошла сквозь него. Так?

- Так, - признал я, отпираться уже точно смысла не было, - только одна поправка: это был не я, Саша Бочкин может проходить, а меня он протаскивал с собой в обнимку.

- Проход такое позволяет? – он не на шутку удивился.

- Да, он поначалу потренировался, мышь в кармане занёс, а потом и меня взял с собой.

- Потрясающе, это открывает перед нами некоторые перспективы уже сейчас.

- Простите, – перебил я, чувствуя какой-то подвох в его словах, - а чем сейчас отличается от потом?

- Тут лекция нужна, но, если коротко, то проходы между мирами, а это, как вы уже, наверное, догадались, проход не единственный, бывают настроены на конкретного человека, как, например, ваш друг Бочкин. Он не уникален, подозреваю, что в этом городе найдётся ещё несколько десятков человек с подобными способностями. Кроме того, можно открыть проход для всех. Вокруг этого места нужно построить базу, завезти и установить нужное оборудование, подвести силовые линии, потому что установка энергию жрёт, как атомный ледокол. Вот тогда мы сможем открывать проход для всех, пусть и на короткое время. А вы говорите, что сейчас уже Бочкин сможет переместить туда, скажем, меня. Значит, и освоение начнётся раньше.

- Хорошо.

- А теперь рассказывайте, что там? Хотя подождите, я попробую угадать, там было развитое индустриальное общество, потом произошёл катаклизм, опрокинувший цивилизацию в хаос, теперь там всё гораздо хуже, чем было, люди пользуются остатками техники прошлого, а заправляет всем теперь некая тайная организация, взявшая власть сразу после катастрофы.

- Михаил Ильич, – с подозрением спросил я, уж больно подозрительно глаза у него блестели, - вы сегодня ничего не употребляли?

- Гхм, – он смутился, – нет, сегодня нет. Всё не так?

- Не так. Там мир, который похож на наш, с одной только разницей, время там ушло немного вперёд.

- Немного?

- На календаре у них две тысячи четыреста шестьдесят восьмой год, только числа на день отстают. Технологии там действительно высокие, а мир разорён и процентов на девяносто является пустыней. Вот только никакого катаклизма там не было, всё гораздо прозаичнее. Люди просто прожрали все ресурсы и загадили природу. Теперь они живут в обособленных городах, именуемых анклавами, места их размещения тяготеют к источникам воды, которая в том мире в дефиците. Сообщение между ними редкость, они полностью самодостаточны. Кроме того, активно используют ресурсы заброшенных городов, которых много в округе.

- Что с климатом?

- Сложно сказать, была информация, что в целом на Земле похолодало, но в тех местах, где были мы, наоборот потеплело. Настолько, что я своими глазами видел бегемотов.

- А как там живут? Какой общественный строй в этих городах? Капитализм? Феодализм? Рабовладение?

- Мы имели дело с людьми из города под названием Лесной. Там что-то, вроде коммунизма. Все работают, дисциплина, блага распределяются централизованно…

- И секса нет, – с улыбкой перебил он меня.

Мне стало смешно.

- Секс там такой, что вы забудете обо всём на свете. Но не в этом суть. Есть и другие анклавы, мы были ещё в одном, так там вполне себе капитализм. Рынок, где продаётся всё, промышленный район, где производят то, чего нельзя купить, ну и центр развлечений, где удачливый рейдер может спустить добычу на выпивку и шлюх.

- Значит, рейдерство, сбор хабара по руинам, узнаю. Где ещё были?

- Есть ещё мелкие земледельческие общины и дикие банды, но те, подозреваю, живут первобытнообщинным укладом.

- Было что-то, что не укладывается в привычную картину мира?

- Да, нам встречались монстры, мутанты, выведенные в лабораториях. Зомби, гигантские пауки, хищные коровы, престарелый супермен и гигантская клякса, крадущая людей в темноте.

- Но это всё были творения земного разума?

- По большей части, да, но было и ещё кое-что, то, чем наши миры отличаются. Джинны.

- Джинны?

- Да, огненные создания, похожие на людей, живут в пустыне, могут появляться и исчезать. Обладают каким-то мышлением.

- Вы видели такого?

- Да, один такой огненный джинн стал нашим другом. Или не стал, но он дважды помог нам избежать гибели. Впрочем, допускаю, что это были два разных джинна.

- Они появились до катастрофы или после?

- Насколько мне известно, явление было описано учёными в двадцатом веке, просто раньше они были редкостью и жили в пустынях, а теперь, когда вся земля стала пустыней, встречаются повсеместно.

- Точка бифуркации, - проворчал он себе под нос. - Рассказывайте уже дальше. Что там было, какие приключения с вами случились? Что я всё из вас клещами вытягиваю?

Михаил Ильич заёрзал на месте, видимо, в мыслях уже полковником стал.

И я рассказал ему всё, как было. Все наши приключения. Только кое-где слегка покривил душой. Например, не стал рассказывать о том, кто подорвал «ювелиров» в лесу. В моей версии событий мы тогда просто ушли за проход. Умолчал я и об алмазах, да и общее количество золота обозначил в пять килограммов, если получится реализовать через них, то раскрою карты. Ничего не сказал про мутации, а то начнут опыты ставить. Ну, и наконец, не стал ничего рассказывать о наших с Нэнси любовных отношениях, просто потому, что не их это дело, ну, жили втроём, что с того? Свечку нам никто не держал. Рассказ закончился тем, что вражеские парашютисты ранили Шурика, а я, чтобы спасти ему жизнь, перешёл через проход обратно. Когда я замолчал, он вынул из ящика стола стопку бумажных листов.