Вологодцы [257]

Уроженцы Вологодской губернии, жившие в Петербурге, объединились в 1901 г. Первоначально их организация называлась «Общество вспомоществования учащимся в Петербурге волгожанам». Студентам и курсисткам, учившимся в столице, выдавались ссуды, каждую осень снималась «временная квартира для недостаточных волгожан, приехавших в Петербург сдавать экзамены для поступления в учебные заведения», доставались «бесплатные билеты для проезда до станций различных железных дорог» (это было нетрудно, так как место председателя общества занимал министр путей сообщения С. В. Рухлов).

24 апреля 1905 г. на общем собрании общество было преобразовано в «Общество вспомоществования волгожанам в С.-Петербурге». С этого времени оно начало оказывать помощь всем уроженцам губернии, а не только учащимся. Крестьянам и мещанам, в отличие от студентов, ссуды и железнодорожные билеты выдавались безвозмездно.

В обществе состояло между 1905 и 1916 гг. примерно около 300 членов. В год на нужды общества тратилось около 5 тысяч рублей, а капитал составлял около 15 тысяч.

Из 151 действительного члена общества, перечисленного в отчете за 1909 г., 57 – чиновники (37,7 %), 32 – торговцы и содержатели банкирских контор (21,2 %), 13 – врачи и фельдшера, 9 – учителя, 10 – инженеры, по 7 адвокатов, лиц свободных профессий и офицеров, 5 – фабрикантов, 4 священника и один фотограф (знаменитый Карл Булла).

Как видим, недаром общество начинало с помощи студентам-волгожанам – оно в значительно большей степени, чем другие подобные организации в столице состояло из лиц, получивших высшее образование.

Среди предпринимателей и торговцев членов общества почти нет «мелочи», подавляющее большинство – известные купцы; необычно много протестантов (директор завода, бельгийский консул И. А. Шарье, владелец парфюмерных магазинов Г. Г. Розелиус, комиссионер Ф. Ф. Эбергардт и другие).

Из русских предпринимателей выделяются коммерции советник В. А. Таратин – крупнейший торговец мануфактурой (7 лавок в Гостином дворе); купцы 1-й гильдии П. Е. Бурцев (банковская контора, он был членом и в КБО), И. П. Мартынов (хлеботорговец, председатель биржевого комитета Калашниковской хлебной биржи, член правления Общества взаимного кредита Петербургского уездного земства), Ф. А. Кривцов (торговля шелком в двух лавках Гостиного двора), М. Д. Бараков (домовладелец), Н. А. Пузырев (председатель мясной биржи, член ЯБО), В. Ф. Спехин (гласный Думы, член правления Общества взаимного кредита Санкт-Петербургского уездного земства, торговец мануфактурой, владелец зонтичной фабрики, член ТБО), Н. И. Дернов (мануфактура в Мариинском рынке, благотворитель, домовладелец, член КБО).

В составе ВБО два церковных старосты – В. А. Тестенев (крупный хлеботорговец) – церкви Бориса и Глеба, и В. А. Крутов (член правления Винной, чайной и рыбной биржи, рыботорговец с Сенного рынка, член ЯБО) – Александра Невского (Суворовская Кончанская).

Из других предпринимателей вологжан отметим рыботорговца И. В. Язикова (6 лавок) и К. О. Пшенистова (2), мануфактуриста из Гостиного двора А. С. Калашникова, домовладелицу О. Г. Григорьеву, хлеботорговцев А. В. Мурина и В. И. Морозова, ресторатора Ф. М. Столбухина.

Как уже было сказано, Вологодское общество больше чем какое-либо другое можно считать интеллигентски-чиновничьим. В его составе такие известные литераторы, как Л. Ф. Пантелеев, П. В. Засодимский, Е. П. Леткова-Султанова, редактор «Старых годов» П. П. Вейнер. Из профессуры в ВБО входили физиолог Н. Е. Введенский, ориенталист Н. И. Веселовский, филолог, директор известных курсов Н. П. Раев.

Помимо уже упомянутого С. В. Рухлова, в общество входили и другие влиятельные сановники: гофмейстер А. С. и сенатор Н. С. Брянчаниновы, экс-начальник главного тюремного управления, член Государственного совета, М. Н. Галкин-Враской, камергер И. И. Назимов, член Государственного совета граф Д. М. Сольский.

Владимирцы

Владимирская губерния тяготела к Москве, а не к Петербургу. К тому же и в самой губернии существовала мощная текстильная промышленность, поглощавшая крестьян-отходников. Поэтому история Владимирского благотворительного общества в Петербурге так грустна.

1 марта 1903 г. владимирцы, проживавшие в столице и издавна друг с другом знакомые, во главе с Иннокентием, епископом Нарвским, обсудили и приняли проект устава будущего общества. Среди собравшихся, заметим, не было ни одного купца, а только директор гимназии, профессор, генерал, трое священников.

2 марта того же года в церкви «Общества ревнителей нравственного просвещения в духе православной церкви» на Стремянной улице владимирцы отслужили «при общем пении собравшихся земляков» молебен в честь покровителя страны владимирской и открываемого общества Св. Александра Невского. После чего в зале Общества состоялось собрание, избравшее правление общества [258] .

Изначально немногочисленное, общество постепенно сокращалось (95 членов в 1903 г., 107 – в 1904-м, 112 – в 1905-м, 74 – в 1906-м, 72 – в 1907-м, 37 – в 1908-м, 52 – в 1909-м). Траты на пособия в год не превышали 347 рублей, на ссуды – 232. Недвижимости общество не имело.

Из 52 членов Владимирского общества, состоявших в нем к 1909 г., 12 священников, 11 чиновников, 4 доктора, 2 инженера, 6 торговцев и артельщиков.

Единственным крупным предпринимателем среди петербургских владимирцев был в 1909 г. потомственный почетный гражданин П. П. Синебрюхов – подрядчик, владелец бань на Лиговке и 12 доходных каменных домов в разных частях города. Впрочем, взнос Синебрюхова на пользу общества составил всего лишь 5 рублей.

Составитель отчета общества недаром жаловался: «Тогда как в других земляческих обществах в С.П.Б., например, в Ярославском и Тверском, состоятельное купечество этих губерний считает своим нравственным долгом быть членами их земляческих благотворительных обществ и содействовать их материальному благосостоянию, и благодаря этой земляческой сплоченности и своего рода благородной гордости эти общества имеют возможность не только оказывать широкую материальную поддержку своим землякам, но даже приобретать миллионной стоимости недвижимость и устраивать в них дешевые квартиры и богадельни, приюты и ясли и дешевые столовые и т. п., а в Благотворительном обществе Владимирцев даже доселе нет ни одного члена из купечества Владимирской губернии, несмотря на публикацию об обществе во владимирских печатных органах» [259] .

Новгородцы

Новгородское общество [260] возникло в 1911 г. Оно было малочисленным (46 членов в 1911 г., 66 – в 1912-м, 146 – в 1913-м) и небогатым: его капитал в 1912 г. составлял 64 рубля. Первым председателем общества был присяжный поверенный С. Я. Климовский, а с 1913 г. им стал действительный член Императорского Археологического института, почетный мировой судья Л. Н. Нелепин.

Из 146 членов в 1913 г. предпринимателями было только 20. Из них известны Безнины – хлеботорговцы с Калашниковской биржи; Е. И. Конецкий, директор Товарищества судоходства и пароходства, названного его именем; экспедитор водочного завода «Келлер и К» Н. М. Серпухов. В основном общество состояло из чиновников, священников, преподавателей, врачей.

Материально землякам общество помогало мало, что объяснялось скудостью его средств: за первые четыре года существования взносов было собрано всего 310 рублей. При обществе существовал Отдел по приисканию занятий землякам, выдавались ссуды (в 1913 г. – 14 ссуд в размере от 2 до 5 рублей; члены общества пользовались преференциями при экскурсиях в Новгород и при лечении на Старорусских минеральных водах).

С 1914 года собирались средства и оказывалась помощь раненым новгородцам, оказавшимся в петроградских госпиталях. Общество подумывало о том, чтобы его члены на долевых началах пользовались благотворительными учреждениями более благополучных родственных организаций – ЯБО, КБО, Угличского общества.