В XX в. в России усилилось распространение оккультизма [282], истоки которого лежат в глубокой древности и который вновь возродился в учениях спиритизма и телепатии.

Увлечение спиритизмом началось в России в конце XIX в. Спириты верили в существование духов, способных вступать в сношение с людьми через медиумов (проводников), наделенных особой таинственной силой.

Спириты с помощью медиумов пытались общаться с духами, которые, по их мнению, угадывали прошлое и предсказывали будущее. Духи «стучали» ножками стола и двигали блюдце со стрелкой по бумаге, на которой по кругу были написаны буквы алфавита.

В России пользовались огромным успехом сеансы некой Веры Ивановны Крыжановской, которые посещал сам Николай II. Крыжановская пропагандировала оккультные идеи выдающихся эзотериков [283]Е.П. Блаватской, Алана Кардека и Паплюса в своих романах, которые она сама называла «оккультно-космологическими».

Медиумы чаще всего оказывались мошенниками, которые пользовались различными трюками и фокусами. Например, «ответы призраков» готовились и писались заранее. Блаватскую считали посланницей великих махатм [284], но философ В. Соловьев высказался о ней так: «Ужасная и опасная воровка душ…» и утверждал, что Блаватская призналась ему незадолго до своей смерти, что на самом деле она просто обманывала людей.

Многие ученые посвящали статьи, разоблачающие спиритизм. Среди них можно назвать Менделеева, Бутлерова. Эпидемия столоверчения, которая охватила вслед за Европой и Россию, была высмеяна Л.Н. Толстым в комедии «Плоды просвещения».

Литературу, начиная со второй половины XIX в., наводняли произведения, полные ужасов и таинственных явлений.

К началу царствования Николая II в России было 52 высших учебных заведения, в которых обучалось порядка 25 тысяч с лишним человек; 177 мужских гимназий, 58 прогимназий, 104 реальных училища, 55 духовных семинарий, 105 духовных училищ, 163 женских гимназий, 61 женское епархиальное и духовное училище, 30 женских институтов, 30 женских гимназий, 34 военных учебных заведений. Кроме того, действовало 78 724 начальных школ и училищ, в которых обучалось более 3 801 000.

Общие расходы на долю народного образования и культуры выросли в 8 раз, и затраты на эти цели в 2 раза превысили подобные затраты во Франции и в 1,5% в Англии.

Одним из первых актов Николая II был Именной Указ от 13 января 1895 г., которым повелевалось ежегодно отпускать из государственной казны 500 000 рублей для оказания помощи ученым, писателям, публицистам, а также их вдовам и сиротам.

Манифест 17 октября 1905 г. давал народу право на неприкосновенность личности, свободу слова, печати, собраний, союзов. В России росло количество политических партий, издавались тысячи периодических изданий.

Николай II родился 6 мая 1868 г. в Царском Селе. Он был порядочным, интеллигентным и образованным человеком, отличался деликатностью и был совестлив, а в обращении прост и доступен.

О мягком характере Николая II посол Франции Морис Палеолог сказал: «У Николая II нет ни одного порока, но у него наихудший для самодержавного монарха недостаток: отсутствие личности» {285}.

Николай II был очень аккуратным человеком и все, что он делал, делал тщательно. Свой установленный распорядок император никогда не менял. Только в исключительных случаях он мог отменить прием министра или отказать кому-либо в аудиенции. Николай II ложился спать и вставал в одно и то же время, много ходил пешком, увлекался спортом и любил охоту. Он был равнодушен к комфорту и роскоши, неприхотлив в одежде и еде. Николай много курил и, известно, что он нюхал кокаин, но до конца жизни сохранял хорошую физическую форму. Николай II неплохо играл на фортепьяно, хорошо рисовал.

Современники отмечали, что во внешности Николая II не было величия, которое подобает императору и вызывает трепет. Его манеры были просты. Он слушал собеседника с большим вниманием и не возражал даже тем, кто не вызывал у него симпатию. Император Николай никогда не повышал голоса, был сдержан, а его доброту окружающие часто принимали за слабохарактерность и безволие.

О том, как воспитывался наследник российского престола, можно судить по воспоминаниям первой воспитательницы Николая А.П. Олленгрэн. Она пишет: «Ни я, ни Великая княгиня, — указывал будущий Александр III, — не желаем делать из них (Николая и его брата Георгия) оранжерейных цветов… Учите как следует, скидок не делайте, спрашивайте по всей строгости, в особенности не прощайте лени. Если что, то адресуйтесь ко мне, а я уже знаю, что нужно предпринять… Мне нужны нормальные русские дети. Подерутся — пожалуйста. Но доносчику — первый кнут» {286}.

Николаю дали отличное образование. К 16 годам он знал четыре языка, хорошо разбирался в искусстве и литературе. Он увлекался классикой и любил Достоевского, Тургенева, Салтыкова-Щедрина, Карамзина, Соловьева. Говорят, что Николай II знал русскую историю на уровне специалиста-историка. Языки давались Николаю легко, особенно он любил английский, на котором говорил безукоризненно.

Лекции по специальной программе, включавшей курс Академии Генерального штаба и предметы из программы гуманитарного университета, Николаю читали известнейшие ученые того времени, например В.О. Ключевский, академик Н.И. Бекетов, Ц.А. Кюи, Н.Н. Обручев и др. Профессор Московского университета К.П. Победоносцев преподавал право и руководил его образованием.

Мать Николая Мария Федоровна писала ему: «Никогда не забывай, что все глаза смотрят на тебя… Всегда будь воспитанным и вежливым с каждым, чтобы у тебя были хорошие отношения со всеми товарищами без исключения. В то же время не допускай фамильярности или интимности и никогда, никогда не доверяй лжецам» {287}.

Если следовать В.Н. Балязину {288}, то во времена службы Николая нравственная сторона поведения офицерского круга оставляла желать лучшего. В гвардии процветали бретерство [289], волокитство, игра в карты, гомосексуализм и дикое пьянство.

Преображенский полк, которым командовал великий князь Сергей Александрович, особенно отличался извращенностью, а сам командир показывал дурной пример подчиненным. В результате Александр III отправил в отставку двадцать офицеров этого полка и не принял более крутые меры, щадя своего брата Сергея Александровича.

В другом полку, лейб-гусарском, гомосексуализм не получил такого распространения, как в Преображенском, но зато здесь процветало пьянство. А самым горьким пьяницей был командир полка великий князь Николай Николаевич. Офицеры полка пили неделями, допиваясь до белой горячки. Водку пили с выдумкой. Например, «аршинами», т. е. предлагалось выпить аршин [290]рюмок, поставленных в ряд. Еще была такая выдумка, как «лестница», когда нужно было подняться на второй этаж, выпивая по рюмке на каждой ступеньке. Играли также «в волков». Для этого раздевались догола, становились на четвереньки и выли. Буфетчик наполнял лохань водкой или шампанским, и офицеры лакали вино, при этом кусались и визжали. Сам командир, великий князь Николай Николаевич, мог залезть голым на крышу своего дома и выть на луну. В Царском Селе, где располагался Лейб-гусарский полк, он жил с какой-то купчихой, которой пел серенады при луне.