- Так, стоп. Во-первых, я по любому буду с ним общаться, так как мы ходим на один факультатив (даже если он редко на него ходит). Во-вторых, я сама решу, с кем мне разговаривать, общаться, дружить и тому подобное. Я понимаю, что ты ненавидишь Дэма, хоть и не знаю, что между вами произошло, но… Пойми и ты меня. Я хочу знакомиться с новыми людьми. Пусть некоторые из них и не особо приятные личности, но я хочу узнать это сама, а не по чьим-то словам, пусть даже и по твоим. Я не люблю, когда ограничивают мою свободу в чём-либо… Даже если это делает мой парень…
- Извини, ты права, – всё-таки согласился с моими доводами Винсент. – Я не должен был так говорить.
- Ладно, забыли. Так, куда пойдём? Ты же не просто так ждал меня, верно?
- Конечно, нет. Я хотел показать тебе одно интересное место. Оно находится не в городе, а в здании нашей школы. Надеюсь, тебе понравится.
- Винсент, привет! – к нам подошла незнакомая мне девушка.
Высокая, со стройным и спортивным телом, смугловатым оттенком кожи. Длинные, прямые волосы ярко-рыжего цвета, достающие ей до бёдер. Редкая чёлка скрывала её светло-карие (почти янтарные) глаза.
- Привет, Лавиния, – сказал Винсент. – Знакомься, Милена. Это – Лавиния Лейк, мой друг. Я с ней познакомился в первый же день в школе. Лавиния, это Милена – моя девушка.
- Привет, Милена, – поздоровалась со мной красотка. – Зови меня просто Лави. Неужели тебе удалось заарканить Винсента? Хоть у кого-то это вышло! А то он уже полгода ни с кем не встречался из-за того, что его последняя девушка бросила его ради его лучшего друга.
- Лавиния! Тебе обязательно надо всё это рассказывать? – мрачно посмотрел на свою подругу Винсент.
- Да ладно! Как будто это такая страшная тайна! – отмахнулась Лави. – Я тебя чего искала-то… Похоже, у нас в школе появился какой-то дух!
- Чего? Какой ещё дух? Лавиния, ты на солнце перегрелась или что? У нас в школе отродясь никаких духов не было.
- А вот теперь один появился, – упрямо вздёрнула подбородок девушка. – Рассказываю. Мы с подругами решили сделать сегодня что-то типа фотосессии. Ну, пофоткать друг друга в школе и в общежитии. И вот что проявилось на некоторых снимках.
Лавиния вытащила из кармана несколько фотографий и протянула их нам.
- Твою мать! – не удержалась я от высказывания.
На фотографии были запечатлены две девушки на фоне какого-то учебного кабинета. Но, разумеется, не это вызвало мою бурную реакцию. На изображении был Блэк, с любопытством заглядывающий в объектив фотоаппарата.
- Это существо проявилось не только на наших фотографиях, – продолжала рассказывать Лейк. – Ещё несколько человек фотографировали в школе и у них то же самое…
- А может, это просто какой-то необычный дефект плёнки? – предположила я.
Знаю, звучало это глупо, но мне просто другого в голову не пришло. А что мне ещё было делать? Сказать, что это демон, которого я сама приютила в своей комнате?
- Что-то я сильно сомневаюсь, что такой интересный дефект может быть сразу у нескольких фотоаппаратов, – произнёс Винсент, разглядывая фотографии.
- Вот-вот. Я же говорю, что у нас появился дух! – радостно сказала Лавиния.
- А почему такая радость? – усмехнулся парень. – Кстати, это не может быть иллюзия? Может, это какой-нибудь иллюзионист пошутил над вами?
- Нет, – покачала головой Лави. – Я ведь сама иллюзионистка и всё знаю об иллюзиях. Они не могут проявляться на плёнке. А радость потому, что дух очень симпатичный и, похоже, безобидный. Ему просто было интересно! Ладно, оставляю вас вдвоём. А у меня ещё дела сегодня, – и она быстро убежала.
- У всех есть какие-то дела, – задумчиво протянула я. – Даже у Дорея! Слушай, какие дела могут быть у демона? Тем более, в школе.
- Кто ж его знает. Я знаю только, какие у нас с тобой сейчас дела. Пошли.
Винсент повёл меня в часть здания, которую занимали учебные кабинеты. Мы пришли к одному из них, где Винсент сказал:
- Подожди меня здесь. Я сейчас, – и он первым зашёл в помещение, не дав мне даже заглянуть туда.
Правда, ждала я совсем не долго – минуты две.
- Заходи, – пригласил меня внутрь парень.
Я зашла и обомлела! Мне сначала даже показалось, что я очутилась где-то в открытом космосе! В действительности же – это был огромный планетарий. В кромешной тьме светили все созвездия, которые только могут быть! Здесь была не только наша звёздная система, но и многие другие, о которых я даже не слышала. Похоже, что создатель этого планетария решил вместить в одно помещение все знания об астрономии – звёзды, планеты, млечный путь, звёздные туманности, чёрные дыры… В общем, красота была неописуемая!
- Как тебе? – спросил Винсент.
- Слов нет! Это… это так красиво! Но откуда здесь планетарий? У нас вроде нет астрономии ни среди обязательных предметов, ни среди факультативов. Или я что-то пропустила?
- Это старый кабинет – ему лет пятнадцать, кажется. Просто когда-то астрономия как раз входила в число обязательных предметов. Потом её понизили до факультатива и, в конце концов, после того, как старый преподаватель ушёл, вообще убрали из программы. А планетарий остался. Говорят, что на следующий год его переделают под обычный кабинет.
- Да? Жаль, – вздохнула я. – Такого классного места не станет!
- Но тебе здесь нравится?
- Ещё бы! Знаешь, я всегда мечтала побывать в планетарии, но у меня никогда не было такой возможности. В нашем городе планетариев отродясь не было, а в большие города я не ездила до этой экскурсии.
- Значит, можно сказать, что я исполнил твою мечту? – сказал донельзя довольный Винсент. – А я получу что-нибудь за это? Поцелуй, например? Разрешишь?
- С каких это пор ты просишь разрешения, чтобы поцеловать меня? – улыбнулась я. – Вчера ты об этом не спрашивал.
- Вчера – это вчера, а сегодня – это сегодня. Но, в любом случае... – договаривать он не стал, а просто поцеловал меня.
Поцелуй был совсем не таким, как вчера. Наш первый поцелуй был пронизан нежностью и легкостью, как и полагается людям, впервые ставшими ближе. Вчера все было осторожно – Винсент проверял, отвечу ли я взаимностью, смотрел на реакцию. А сегодня парень целовал меня, жадно сминая губы и страстно проникая глубоко своим твердым языком. Моя голова привычно закружилась в окружении миллиарда звезд, расположенных над нами. Дыхание сбивалось, но это не мешало мне отвечать на поцелуй с той же страстью.
- Кхм, мне, конечно, очень жаль вас отрывать от столь интересного занятия, но, всё-таки, придётся.
Мы с Винсентом оторвались друг от друга и посмотрели на незваного гостя. Это был наш завуч по воспитательной работе – Доминик Вейн!
- Ой! Здравствуйте, мистер Вейн. А мы тут… это… – я не представляла, что можно сказать в подобной ситуации.
- Я вижу, что вы тут «это»! – усмехнулся завуч. – Значит, так. Если вы сейчас исчезните за пять секунд, то я делаю вид, что ничего не видел, и меня тут вообще не было. Ясно?
- Ясно! – кивнул Ванхам. – А вы сейчас, разве, не должны быть на собрании учителей?
- Собрание только что закончилось – это во-первых. А во-вторых, ваши пять секунд уже пошли, – сообщил Доминик.
Мы не стали больше испытывать терпение завуча, а решили быстро смыться от греха подальше.
- Блин! Почему именно завуч по воспитательной работе?! – задала я вопрос, когда мы уже просто шли по коридору. – И на фиг он зашёл в планетарий – кабинет, который даже не используется?
- Не знаю. Спрашивать его сейчас об этом мне как-то в голову не пришло.
- А в «Шисуне» очень строго относятся к отношениям между учениками?
- Да нет. Здесь вообще смотрят на такое сквозь пальцы. Во всяком случае, когда дело касается учеников старше семнадцати лет. Ну, и тем более, марионетки и кукловоды часто живут в одной комнате, даже если они разного пола. Учителя же не будут каждую ночь проверять каждую такую пару – кто и чем там занимается. Преподавателям это и на хрен не надо. У них своих дел полно, кроме как следить за нравственностью школьников, некоторым из которых уже за двадцать. Конечно, преподавателям не желательно попадаться в таких компрометирующих ситуациях, как мы сегодня. Выгнать за это – не выгонят, но лекция о нравственности часа на три обеспечена. Разумеется, многое зависит и от самого учителя. Как видишь, Вейн в этом вопросе – нормальный мужик. Келлер вообще это приветствует – он бы сам ушёл, чтобы нам не мешать. С остальными как повезёт.