ЭПИЛОГ

В Иерихон

В кабинет его провела не лишенная смазливости секретутка в черном деловом костюмчике с довольно-таки символической юбкой. Но глазеть на ее ножки Данил не стал и из-за того, что сюда могла докатиться заокеанская мода касаемо судебного преследования за "непристойные взгляды", и оттого, что представлял сейчас серьезную фирму, а следовательно, должен был держаться солидно. Однако ножки внимания стоили. А вот кабинет - вряд ли. Скучный был кабинет, пустоватый, обставленный с холодной деловой стерильностью. - Садитесь, герр Шерски. - Черский,- мягко поправил Данил садясь.- Впрочем, вам это столь же трудно произнести, как нам имитировать штирийский говор, поэтому не буду педантом... Он открыто взглянул на человека по другую сторону стола - прекрасно сохранился, старая сволочь, никак не дашь восьмидесяти, даже волосы в основном целы, хотя и реденькие. Что поделать, дольше всех, как правило, живут именно фабриканты оружия и военные, какие там чабаны... - Знаете, я полагал, что на стене у вас непременно будет висеть парадная сабля,- сказал Данил. - Во-первых, это давно вышло из моды. Во-вторых, что гораздо существеннее, герр Шерски, вам, как договаривались ваш секретарь с моей секретаршей, отведено десять минут. Ваше право, как это время использовать, но я бы порекомендовал держаться ближе к делу... - Однако, насколько мне известно, я у вас сегодня последний посетитель, герр Хольцман... - И что с того? - Увидим,- сказал Данил.- Всякое может случиться, герр оберштурмфюрер... Высокий, худощавый старик иронично усмехнулся: - Ваффен СС, герр Шерски. Зеленая форма, не черная. И качественно другое отношение в те полузабытые времена... - Так-таки и зеленая? - усмехнулся Данил.- И непременно - Восточный фронт? - Быть может, все же попросить секретаршу вас вывести? - Не стоит спешить,- сказал Данил.- Мы еще не обсудили крайне интересную историю двух Хансов Хольцманов. Вас и вашего двоюродного брата. В те времена, которые вы изволили назвать "полузабытыми", было два Ханса Хольцмана. Один и в самом деле воевал на Восточном в рядах зеленых СС. А второй все-таки был черным. О чем остались кое-какие документы, касавшиеся в первую очередь добровольческой пехотной дивизии СС "Лангемарк", где второй Хольцман натаскивал бельгийцев... но и некоей истории в Роттердаме. С парашютистами. - Эти старые истории... Кто их теперь помнит? - Ну, тут возможны разные мнения,- сказал Данил.- Англичане до сих пор уверены, чудаки, что во время той войны расстрелы их летчиков были не милыми шалостями, а военными преступлениями. Можно поинтересоваться их мнением... Видите ли, перед тем, как приехать к вам, я долго копался в архивах, герр Хольцман. Они громадны и до сих пор не разобраны толком, но люди целеустремленные и упрямые могут откопать немало интересного. Например, историю о хватком парне, который в неразберихе сорок пятого года все же ухитрился превратить себя в собственного двоюродного брата, благо тот не мог протестовать из Валгаллы... "Хорош, волчара,- оценил он.-Красиво плюхи держит". - Молодой человек,- прямо-таки задушевно начал Хольцман.- Вам никогда не говорили, что игры делятся на опасные... и очень опасные? - Видите ли, я не идеалист,- сказал Данил почти весело.- И потому имею дурацкую привычку оставлять оригиналы в запечатанных конвертах, которые должны быть вскрыты... - Бог ты мой! Вы серьезно... полагаете? - Я вас полагаю серьезным человеком,- сказал Данил.- И потому спешу отречься от идеализма. В отношениях меж деловыми людьми он совершенно неуместен. - Понятно... Это должен быть чемодан с наличными или номер счета в Швейцарии? - Вы меня оскорбляете,- усмехнулся Данил.- Неужели я похож на мелкого шантажиста? - Каждый человек на кого-то похож... Ну, в конце концов я согласен, что ваша история небезынтересна. Однако...- старик добросовестно наморщил лоб.- Что-то такое по-русски я все же помню... Оффшшинка стоит... или не так? В общем, формулируется это примерно так: выделанная шкура овцы может не стоить затраченных на эту работу усилий. В самом деле, молодой человек. Ваша история скандальна и вполне подходит для "Биль-да"... но она еще и банальна. В ней нет ни евреев, ни американцев. Парочка английских летчиков... По нынешним временам это, право же, непрестижно. Скучно. У вас есть деньги, чтобы судиться со мной, или вы рассчитываете, что адвокатов вам оплатит кто-то вроде "Бильда"? - Терпеть не могу адвокатов,- сказал Данил.- Я столь кропотливо исследовал ваше прошлое с одной-единственной целью - показать, что представляю достаточно серьезных людей. Которые, соответственно, преследуют серьезные цели... мои десять минут, кажется, истекли? - Продолжайте, не смущайтесь,- ободрил старик.- Поскольку не появилась заботливая Лиз-хен... вы знаете, раньше у меня была Моника, но после известных событий пришлось перевести ее в отдел маркетинга. Иметь нынче секретаршу с именем Моника - означает непременно дать повод для постоянных шуток... - Обязательно учту,- кивнул Данил.- Итак... Лично вы меня почти не интересуете. Это чистая случайность, что биография у вас оказалась столь... запутанной. Вы и сами должны были это понять, когда вам передали кое-какие материалы... Вы их изучили? - Внимательно,- кивнул старик.- Но они, извините, фрагментарны и больше напоминают дешевый детектив... - В таком случае могу предложить другое,- сказал Данил, не спеша извлекая из кожаной папки несколько листочков машинописи.- Они тоже далеко не полны, но, мне думается, прекрасно дополняют и расширяют те, что мы вам прислали. Более того, на второй страничке вы найдете пространный список всех материалов, которыми я располагаю по данному делу... Старик, как и следовало ожидать, ловко извлек из стопочки именно эту вторую страничку. Далеко отведя руку от глаз, как это обычно делают дальнозоркие, прочитал. Потом прочитал еще раз, гораздо внимательнее. - И все эти люди, как я понимаю, существуют в реальности? - Ну конечно же,- сказал Данил.- Они все живы и чувствуют себя, не сказал бы прекрасно, однако не собираются покидать наш грешный мир. И находятся в таких условиях, что подтвердят все прежние показания. - Могу представить, какими методами вырванные... - Бросьте,- поморщился Данил.- Вы же профессионал. Я вами занимаюсь всего три недели, но успел понять, что в качестве главы службы безопасности концерна вы работали долго и продуктив-нейше... - Благодарю вас. - Это констатация факта. Ну причем тут методы? Есть показания, есть свидетели, есть полная картина происшедшего. Благонравный концерн через свою агентуру готовил убийство главы суверенного государства и переворот в данной стране. Вам необходимо название концерна или имена людей? - Избавьте от таких деталей... - Умолкаю,- сказал Данил.- Вы прекрасно все знаете и без меня. И не можете не понимать, что улики, как бы поделикатнее выразиться, неопровержимы. - На ваш взгляд. - Простите, герр Хольцман, на любой взгляд,- с мягкой укоризной покачал головой Данил. - Допустим. - Можно попросить вас в дальнейшем избегать этого слова? Герр Хольцман, оставайтесь профессионалом. - Значит, вы пришли не от себя... - А разве вы с самого начала предполагали другое? - пожал плечами Данил.Такие материалы добываются не трудами одиночек. - Можно вопрос? - Отвечу не дожидаясь,- сказал Данил.- Нет. Это не государственная спецслужба. Что, впрочем, не должно ни в малейшей степени принизить мой статус в ваших глазах... зато для вас является гораздо более выигрышным вариантом. Поскольку мои задачи и задачи государственной спецслужбы во многом различаются... - Возможно... Ну, а чего же вы рассчитываете добиться? Я согласен, это,он коснулся Даниловых бумаг,- выглядит неприглядно. Но, знаете ли, крупные концерны, говоря откровенно, все до единого порой используют методы, способные ужаснуть иных прекраснодушных либералов. Все. Разница только в том, что на свет божий это сплошь и рядом не всплывает... а если и всплывает, быстро исчезает из памяти читающей публики. Есть способы заставить побыстрее забыть. - Не сомневаюсь,- кивнул Данил.- Но кто говорил об одной лишь читающей публике? Не забывайте, я сразу предупредил, что не числю себя среди идеалистов. Позвольте напомнить одну банальность: бич любого концерна конкуренция. Я не пойду в редакции... по крайней мере, не сразу. Предварительно я навещу несколько респектабельных офисов и нескольких депутатов... Вам необходимо напоминать названия фирм и фамилии депутатов или вы сделаете это за меня? - Постараюсь. - Тем лучше. В игре, помимо того, будут деньги. Очень большие деньги, позволяющие надеяться, что шум не утихнет быстро. - Вам так необходимы скальпы? - Мне необходимо, чтобы вы приняли мое предложение,- сказал Данил.- А чтобы добиться этого, я получил инструкции не ограничивать себя в средствах и времени... - Это так серьезно? - И для меня, и для вас. Конечно, вы не можете единолично принимать решения... Но вы один из тех, чье мнение может - ив данном случае тоже оказаться решающим. Я вас не тороплю. Вы вправе думать и советоваться... Старик усмехнулся: - Значит, все-таки чемодан или счет? Только - в других масштабах? - Вынужден вас разочаровать,- сказал Данил.- Ничего подобного. Не путайте меня с теми моими земляками, что пасут здесь шлюх на вечерних улицах. У меня респектабельный бизнес. У вас - тоже. - И чего же от меня потребует респектабельный бизнесмен вроде вас, герр Шерски? - От концерна,- поправил Данил.- От вас потребуется лишь категорически встать на мою сторону, когда будет обсуждаться мое предложение. И без ваших усилий правление прекрасно поймет, в какой ситуации очутилось, какой может разгореться скандал и как скоро он наберет европейский масштаб... Но ваши усилия окажутся не лишними. - Для чего? - Мы не собираемся требовать от вас безвозвратных денег,- сказал Данил.Мы просто-напросто потребуем от вас... то есть, понятно, от концерна, вложить определенные суммы в определенные проекты. У нас в стране, понятно. Речь идет о больших суммах, по-настоящему больших. Но, во-первых, когда-нибудь вы их обязательно получите назад, как и водится в цивилизованном бизнесе, а во-вторых, величина этих сумм, я питаю такую надежу, вполне адекватна масштабам скандала, который может вспыхнуть... Я вам сказал все. Остальное -технические детали, пока что не требующие проработки. И прошу вас быстрее принять решение. Предварительное хотя бы. Он откинулся на спинку мягкого кожаного кресла и замолчал. Где-то в сердце еще сидела ноющая тоска, абсолютно здесь неуместная, принадлежащая ему одному,- и отделаться от нее не суждено уже никогда... - Речь, таким образом, идет об инвестициях? - О крупных инвестициях,-ответил Данил. - Да, я понимаю. Следовательно, герр Шерс-ки, вы твердо намерены вести дела по западным образцам? - Несомненно. - Вы знаете...- старик с бурным прошлым сделал совершенно продуманную паузу.- Во всем свободном мире с давних пор принято, что человек, обеспечивший приток инвестиций в данную конкретную область, всегда получает определенный процент, соответствующий его интеллектуальным затратам... - Мне это известно,- сказал Данил, уже понимая с усталой гордостью, что выиграл схватку.- И я готов выслушать - в разумных пределах, разумеется ваши соображения на сей счет. Герр Хольцман, я уполномочен выслушать такие предложения и дать ответ от лица своих боссов. И рад, что мы пришли к разумному пониманию...