Очнувшись, или, наоборот, заснув, Пашка поднялся с холодной каменной полосы. Он не понимал, что произошло. Вроде всё то же самое, только на улице не ночь, а сумерки. В принципе, это похоже, что он в Сумеречном Царстве, да и чистота мысли вместе с бодростью присутствуют, но сомнения оставались. Хотя одеяла, на котором он лежал, нет, да и одет он иначе. Мальчик засунул руку в карман шортов и нашел флакончик с водой. Он открыл его и сделал глоток. Вроде выпил сколько надо — теперь будет больше времени. Значит, Сумеречно Царство. Но тогда почему всё так же, как и в Заветах.

— Пх-риф-фет, мой м-ф-аленький щ-щериф, — прошелестело сзади. Пашка мог и не оборачиваться, чтобы понять, кто это. Да и аромат специй при нём. Точно зира, как у узбеков.

— Здравствуйте, Человек Из Шелка.

— Хо-хо. Ты познакомился с местным фольклором, — сказал Шелковый Человек, улыбаясь во все свои пятьдесят зубов.

Пашка повернулся. В этот раз Шелковый Человек оделся в пижаму бледно-голубого цвета. Мальчик впервые рассмотрел на ней пуговицы. Фиолетовые восьмиугольные пуговицы застегнуты почти до самого конца. А так Шелковый Человек остался прежним. Просто теперь, в свете услышанного, Пашка смотрел на него другими глазами. Бледное лицо без признаков щетины, вроде и обычное, и необычное из-за симметричности. Никакой не атлет, напротив, даже с пузиком. Может, чуть выше среднего мужчины. Босые ноги, шелестящий голос, запах специй и волосы, торчащие в разные стороны. Пашка обратил внимание, локоны слегка колышутся, вроде как от ветра, но на взлетной полосе не дул ветер. Словно он существовал исключительно для загадочного мужчины.

— Познакомился, — ответил Пашка. — И пока всё, что я о вас слышал, говорит: с вами лучше не иметь дел.

— Это сказал тебе султан Ахры? Он и ее жители? Да ты ведь и сам теперь житель и шериф. А знаешь ли ты, что стал самым молодым шерифом за историю Ахры?

— Нет.

— Вот видишь, Карл, султан твой тоже воду мутит. Так почему ты не веришь мне, а веришь ему? Что он для тебя сделал хорошего?

— А что сделали вы?

— Ха! Если бы не я, ты даже доспать до поединка с некромантом не успел бы. Я помог тебе в Цветных Странах. Не говоря уж про то, что я дал тебе работу. Так кто сделал для тебя больше, Карл? Шелковый Человек, который постоянно помогает тебе, или старый пердун Алладин, который даже не может отыскать своего лучшего шерифа Никодима — твоего отца.

— А откуда вы знаете, что Никодим мой отец?

— Да это пара пустяков. Я понял это, как только тебя увидел. Ты очень на него похож. Я ведь знал Никодима и очень хорошо знал. Он пришел в Азиль-до-Абар, как и ты, еще мальчишкой. Я с огромным любопытством наблюдал, как он взрослеет и становится могучим шерифом снов. Наверное, самым могучим из всех, что я знал.

— А вы знаете, где он?

— Нет. Могу предположить, но не знаю.

— Скажите свои предположения.

— Ты очень прыток, Карл, но пока ты у меня в долгу, а не я у тебя, — улыбнулся Шелковый Человек. — Помнишь, я сказал, что ты будешь должен мне услугу, когда я заплатил за воду? Так вот, я придумал, что ты сможешь для меня сделать.

— А что если я откажусь?

Шелковый Человек нахмурился.

— Тогда ты разрушишь нашу милую дружбу. Это очень невежливо, забывать услуги, Карл. И поверь, иметь меня врагом, значительно хуже, чем другом.

— Вы угрожаете мне?

— А что если и так? — приподнял бровь Шелковый Человек.

— Ну и не нужна мне такая дружба! — взорвался Пашка. — Вы только мутите воду и не говорите главного! Я хочу найти отца, и если вы не поможете мне, тогда заберите свою воду и убирайтесь к чёрту!

Пашка протянул флакон с водой, но Шелковый Человек лишь бросил на нее безучастный взгляд.

— Во-первых, это нечестно, — сказал Шелковый Человек спокойно. — Тут воды лишь треть из того, что было. Во-вторых, это нечестно вдвойне, ведь эта жидкость мне не нужна, а тебе она требовалась позарез. И, в-третьих, не хотелось бы ссориться с тобой из-за таких пустяков.

— Ну тогда помогите мне найти отца!

— Хорошо, — сказал Шелковый Человек сухо. — Но вопрос остается открытым, что ты сделаешь для меня? Я вон сколько гор уже для тебя свернул, а где твои горы? Что ты готов сделать, чтобы я помог тебе?

— Да всё что угодно! — Пашка уже давно кричал, а теперь чуть не охрип.

— Отлично, — улыбнулся Шелковый Человек. — Но давай договоримся сразу. Ты делаешь то, что я тебе говорю и не задаешь лишних…

— Я не согласен, — покачал головой Пашка. — На таких условиях можете проваливать.

Шелковый Человек ничего не делал, он просто стоял и смотрел на мальчика, но у Пашки пот заструился по спине.

— Ну что же, — голос Шелкового Человека стал еще более шипящим. «Что же» прозвучало как «щьто ше». — Ты тверд и я тоже тверд. Но за тобой должок. Ты должен отработать воду.

— Я ничего не стану делать!

— Это печально, Карл. — «Печщ-щально Кх-харл» — Тогда я буду вынужден отстаивать свои интересы всеми возможными средствами. Флакон.

Шелковый Человек протянул руку. Пашка уже хотел сказать, что не отдаст, но, глядя на фигуру мужчины, понял — тот может просто его отобрать. Он вложил пузырек в ладонь с раскрашенными ногтями.

— До встречи, — поклонился Шелковый Человек и исчез.

Пашка стоял посреди посадочной полосы и думал, правильно ли поступил. С одной стороны, от разрыва с Шелковым Человеком он только потерял. У него больше нет флакона с водой, время пребывание в Азиль-до-Абаре в следующий раз будет ограничено. Но всё же Пашка не жалел о разрыве. Ну помог он ему, но что это за помощь? Да, благодаря Шелковому Человеку он увидел статую отца, но так же попал в позорную комнату. Да, без воды он не смог бы справится с призраками, потому что проснулся бы в самый неподходящий момент, но он так же чуть не погиб от призрачной руки предыдущего султана Ахры. И пусть Пашка не знал, что это за новая работа, но опасная — это точно. Поэтому мальчик отбросил сомнения и пошел по взлетке к Заветам.

Сумеречное Царство. На первый взгляд оно ни капли не отличалось от Мира. Всё то же самое. Те же здания полуразрушенного аэропорта, тот же лес, те же квадратные плиты. И всё же что-то здесь не так. Ну, например, Пашка не слышал пения птиц. Он здесь, собственно, вообще никого не видел. Точная копия Мира за исключением его обитателей. И даже ветерка никакого нет, чтобы принес очередную порцию специй, предвещающих приключения. Мальчик решил посмотреть, что происходит в Заветах, и есть ли они вообще в Сумеречном Царстве. Оказалось — еще как есть.

Мальчик пришел к Николаевке, спустя полчаса. В Сумеречном Царстве оказалось тоскливо и одиноко. Он не встретил ни одного человека. Над домами нависло серое безоблачное и беззвездное небо. Если в Предрассветном Царстве был хотя бы какой-то намек на солнце в виде света на горизонте, в Сумеречном — нет. Непонятно, откуда здесь вообще свет. Впрочем, тут всё не слишком понятно — во сне…

Он шел по Заветам. Кое-где в домах горели тусклые огоньки. Пашка прошел гаражи, потом мимо «Детского Мира», вдоль мастерских, из которых в Мире открывались врата в Предрассветное Царство и, наконец, вышел к своему дому. Во дворе никого нет, только качели одиноко… даже не скрипят, потому что ветер их не качает. Пашка посмотрел наверх и впервые увидел хоть что-то. Где-то вдалеке летела стая гусей. Правда, гусей очень необычных. Как правило, гуси быстро-быстро машут крыльями, но эти делали взмахи медленней и неторопливей. Присмотревшись, Пашка понял, что и на гусей они похожи очень отдаленно. В заблуждение его ввело то, что они летели высоко и косяком. И еще у них сзади длинный хвост. Эти птицы определенно напоминали Пашке… драконов. Драконов?

Как будто услышав его мысли, косяк начал заходить в вираж. Пашка не мог поверить глазам, но уже спустя несколько секунд пришлось — к нему на огромной скорости движется косяк самых настоящих драконов! Пашка рванул в сторону своего подъезда. Драконы летели определенно быстрее, чем возможно физически. Не успел Пашка пробежать и двадцати метров, как уже мог рассмотреть гигантских тварей во всей красе. И, надо сказать, они действительно очень красивы. Во-первых, цветом — все драконы, а летело их штук десять, серебристой окраски. Наверное, встреть их мальчик при других обстоятельствах, сказал бы, они очень красивы. Но, когда бежишь от десяти летающих ящеров, стараясь не стать ужином…