«Уважаемый тов. Кайсенов. Я сейчас занимаюсь на пятом курсе университета и пишу дипломную работу на тему «Партизанское движение в годы Великой Отечественной войны на Киевщине». Хочу просить вас, как воина партизанского соединения имени Чапаева, которым командовал И. К. Примак, написать хотя бы несколько слов об образовании этого соединения и о помощи партизан Советской Армии при форсировании Днепра в 1943 году. В газете «Радяньска Украина» я прочитал, что вы написали несколько книг о партизанах, поэтому я и решил обратиться к вам лично.
Меня эта тема очень интересует, так как я сам родом из Переяславского района Киевской области, из деревни Зарубенец, то есть оттуда, где была переправа в сентябре 1943 года. Вы эту деревню знаете, так как вам приходилось там уничтожать фашистов и подлых изменников нашей Родины. Многих из партизан я знал и знаю, но встретиться с ними не удается. Так, например, я знаю Григория Спижевого. Он с товарищами уничтожил изменника Родины Мойсу, от рук которого погибло много наших честных людей. Знал и Алексея Крячека. Он часто проезжал мимо нашей деревни к себе домой в свое село Козин. Мы знали, что он подпольщик и выполняет задания партизан. Известны мне и многие другие.
Партизаны вашего соединения покарали смертью предателей Родины, жителей нашей деревни Андрея и Михаила Грушницких. Это были не люди, а звери. Как сейчас помню один случай, когда эти изверги издевались над советскими людьми. В моей детской памяти этот случай остался на всю жизнь. В октябре 1941 года я видел, как Михаил Грушницкий и его сообщники топили в Днепре одного нашего солдата-кадровика за то, что он не хотел снять сапоги. Грушницкий «командовал» переправой и брал с переправляющихся все, что мог.
Солдат этот, попав в окружение, вместе со своими товарищами пробирался к партизанам. Еще на пароме Грушницкий сорвал с солдата часы. Увидев, что на нем хорошие сапоги, бандиты накинулись на него. Солдат сопротивлялся, и тогда предатели решили его утопить. Он снял сапоги, бросил их в лицо предателю и в одних портянках пришел к нам домой. Мать дала ему ботинки. Я очень жалею, что не помню теперь его фамилии. Солдат был в вашем соединении, мать знала его фамилию, имя и отчество, но сама она погибла в сентябре 1943 года, когда фашистские варвары бомбили переправу.
Буду благодарен, если вы откликнетесь на мою просьбу и напишете несколько слов о партизанском соединении имени Чапаева».
Я написал студенту Дяченко все, что мог. Дяченко еще мальчиком оказался свидетелем нашей переправы через Днепр. Читатель прочел о переправе в этой книге. Не все, конечно, я мог вспомнить, но самые яркие эпизоды переправы сохранились в памяти. Эта переправа была действительно всего лишь одним из эпизодов партизанской борьбы.
В моем архиве хранятся автобиографии некоторых партизан. Пусть это не удивляет читателей. Ведь мы действительно в тылу врага по условиям конспирации не могли афишировать свои родословные. Семьи многих партизан жили в оккупированных городах и селах, а известно, как жестоко относились немцы к родственникам подпольщиков. Иногда партизанам приходилось даже скрывать свои настоящие фамилии, давать подпольщикам и партизанам клички. Меня, например, все называли русским именем «Вася». Жандармам и в голову не приходило заподозрить в смуглолицем казахе известного им партизана «Васю». Поэтому, начав работать над книгами о партизанах, мне пришлось уже после войны уточнять и восстанавливать их биографии.
Читаешь теперь эти автобиографии и восхищаешься простыми советскими людьми. Вот, например, Бычков Андриан Павлович. Родился в 1906 году в Одессе, рано осиротел, учился уже при советской власти. Работал и плотником, и сварщиком, и слесарем. В 1930 году вступил в партию. В начале войны — подпольщик. Десятки и сотни патриотов переправил он в партизанское соединение имени Чапаева, а когда отряд соединился с регулярными частями армии, он вылавливал старост, полицаев, жандармов. Ничего, конечно, мы об этом в ту пору не знали.
А Вася Яковенко? Он пришел к нам в отряд мальчуганом, стал смелым разведчиком. А через полгода след его затерялся. Я даже не знал, куда написать ему, где разыскивать. Только после войны мы с ним встретились. Паренек служил в армии, воевал, был комсомольским работником. Сейчас он в Киеве, вырос, возмужал, стал коммунистом. Такая же, примерно, судьба у Ильи Витряка и некоторых других наших юных разведчиков. Все это, я повторяю, стало известно только после войны.
Мне казалось, что я хорошо знаю своего товарища, командира соединения «Закарпатье» Александра Васильевича Тканко. Вместе с ним мы прожили не один день. Были и на «Большой земле», и в тылу врага, вместе спускались в Карпаты на парашютах, вместе громили карателей. Но, оказалось, многое мне не было известно в то время. Герой Советского Союза Тканко до войны учительствовал в Молдавии и совсем не помышлял о военном ремесле. Партизанский талант открылся у него в жестокой битве под Волгоградом. Над Волгой в то время день и ночь висели вражеские самолеты, головы нашим солдатам не давали поднять. Наша авиация уступала фашистской. Что же делать? Как бороться с ней?
И вот молодой командир Александр Тканко посылает в политуправление фронта план борьбы с авиацией противника. Он предлагает уничтожать аэродромы и самолеты врага партизанскими группами. Так он оказался в тылу врага в должности комиссара воздушно-десантной группы. Через некоторое время последовал приказ командования остаться Тканко в тылу врага для организации партизанских отрядов и вести борьбу с оккупантами всеми возможными средствами. Так мы встретились с будущим своим командиром. Встретились, чтобы уже не расставаться до самого конца партизанской войны.
Теперь Александр Васильевич Тканко снова педагог, кандидат наук, директор института в Черкассах. Когда мы разыскали друг друга, он прислал мне письмо, которое я бережно храню.
«Передаю тебе, боевому другу и командиру, — пишет Александр Васильевич, — горячий привет и пожелания успехов в строительстве новой мирной жизни… За эту жизнь пролили кровь сыны всех народов нашей Родины… Хорошо вспоминать, дорогой друг, что и ты, как представитель казахского народа, внес свой вклад в дело освобождения Украины от фашизма…
В заключение своего письма я должен сказать тебе, Касым, что нам надо еще больше крепить дружбу народов нашей страны. Единой семьей мы идем вперед и добьемся победы».
…Много писем в моем архиве. А письма все идут и идут. И в каждом из них я слышу голос дружбы, дружбы крепкой и верной, которая вдохновляет на труд, дает великие силы.
ЗАКАРПАТСКИЕ ВСТРЕЧИ
Долго собирался я после войны в Закарпатье. Хотелось побывать на бывших партизанских стоянках, на местах давних боев. Была у меня и надежда на то, что удастся встретить своих боевых соратников. Словом, мечта о поездке в Закарпатье не покидала меня. И вот наконец такая возможность представилась. Республиканское общество по распространению научных и политических знаний командировало меня на Украину. Казахстан праздновал свой сорокалетний юбилей, и мне довелось рассказывать об успехах родной республики на далекой Украине.
Кто хоть раз побывал в Карпатах, тот на всю жизнь сохранит в своем сердце память об изумительной, неповторимой красоте гор и долин, никогда не забудет шума бурливых речек, лесные запахи, вкус холодной, до ломоты в зубах, родниковой воды. Закроешь на минуту глаза — и все встает перед тобою, как наяву.
Я был в Карпатах в 1944 году. И вот я теперь еду по Карпатским горам и почти в каждой долине узнаю «свою», ту самую долину, что укрывала друзей-партизан двадцать лет назад. Кажется, что и деревья мне знакомы, и ручей, и каждый камень у дороги. Так же шумят тяжелыми ветвями столетние дубы. Только не слышно выстрелов и злобного лая овчарок. И, видно, поэтому все, что я вижу вокруг, кажется мне не совсем реальным.
В Ужгороде встречаю своих старых друзей. Бывший начальник штаба моего партизанского отряда Григорий Давыдович Алексеенко оказался главным инженером мебельной фабрики. Вспомнили командира отряда закарпатских партизан Василия Павловича Русина, храброго партизана Милентенкова, Леньку Безрукого. Настоящая его фамилия была Потиленко, но все называли его Ленька Безрукий. Еще в начале войны он потерял правую руку, но после госпиталя вернулся в строй и сражался до самого конца войны. Участвовал он и в десанте на Карпаты. Погиб как герой.