— Думаю, их историю должен поведать тебе только кто-то из них.

      Но я вообще не хочу думать о том, что между ними происходит.

Моя злость вмиг вспыхивает от одной лишь мысли об этом.

      — Знаю. Когда они будут готовы, они сами мне все расскажут.

      — Могу сказать лишь одно, Кай сразу же порвал с Тиган, когда она не позволила ему быть с тобой честным. Им обоим плохо друг без друга, но Тиган отказала ему, не желая причинять тебе боль.

      — А она не подумала, что ложь тоже причиняет боль?

      — Бёрк, прошу тебя, не торопись. Сначала все обдумай, и только после этого говори с ними. Ведь потом ты не сможешь забрать свои слова обратно. Кай любит ее больше всего на свете. То, что они проделывали это за твоей спиной, — было неправильным. Но чувства между ними — настоящие.

      Мой телефон звонит снова.

      — Ответь. Иди и покончи со всей этой драмой раз и навсегда.

      Я отвечаю на звонок, пока мой палец мягко обводит контур ее губ. Я еще не готов отпустить ее. Пейсли игриво покусывает мой палец, пока я слушаю упреки Каллена за то, что я опаздываю. Я знаю, что опаздываю.

Я бормочу в трубку несколько утвердительных фраз и отключаюсь.

      — Мне нужно идти, — нежно целую ее в губы.

      — Знаю. Я говорю тебе об этом, по меньшей мере, уже пятнадцать минут.

Я снова целую ее.

— Надеюсь, ты сегодня будешь в порядке? — я приподнимаю ее подбородок, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Со мной все будет хорошо. Но станет еще лучше, когда ты вернешься ко мне. А я затащу тебя в нашу постель.

Я целую ее в последний раз.

— Сейчас мне безумно хорошо, потому что я знаю, что проведу остаток своей жизни рядом с тобой. Внутри тебя! Любя тебя, милая!

Она широко улыбается, от уха до уха.

— О, да вы, мистер Хенсли, как я посмотрю, уже совсем неплохо разбираетесь в романтических штучках.

— Если я собираюсь сделать тебя миссис Хенсли, мне придется продолжить эту игру, не так ли? Вопреки всему мы должны жить долго и счастливо.

— Я никогда не была среди тех, кто верит в счастливое будущее. Но с тобой, думаю, все это возможно.

Пейсли

      Теперь, когда Бёрк уехал на встречу с Калленом, в доме становится совсем тихо. Можно даже сказать, слишком тихо. Хоть Бёрк изо всех сил и старается убедить меня, что наши неприятности позади, но одиночество в этом большом доме и его гнетущая тишина заставляют меня нервничать.

      Я выхожу из кухни и поднимаюсь по лестнице. Сейчас в дружбе Бёрка и Кая — громадная трещина. И мне, мягко говоря, крайне неприятно это видеть. Мы все, как никогда, должны быть счастливы. Ведь мы сумели победить такого коварного безумца. Но Кай и Тиган прячутся от всех. Каждый в своей комнате. И я не вижу их со вчерашнего дня. И вот теперь стою в коридоре и разрываюсь между двумя дверями. Пытаюсь решить, к какой из них мне лучше подойти в первую очередь.

Вот она — дверь номер два.

Стучусь в комнату Кая.

      — Открыто.

      Когда я вхожу и закрываю за собой дверь, он садится на кровать.

      — Даже не думай подойти ближе. У меня и так достаточно неприятностей. Меньше всего мне сейчас нужно, чтобы меня застукали с тобой в одной постели.

      — И не надейся, болван. Тут вообще без вариантов. Я помню, как быстро ты кончаешь.

      Он усмехается, поднимается с кровати и идет через комнату, чтобы взять футболку.

      — Мы можем поговорить о Джейкоби?

      Он на мгновение замирает, а потом надевает футболку.

— Здесь абсолютно не о чем говорить.

      — Кай, парень, который охотился за нами, оказался твоим братом. И он в сговоре с твоим отцом. Ты должен что-то чувствовать.

      — Этот ублюдок мне не отец. А Джей уже мертв. Думаю, сказано достаточно.

      — Прекрасно, но ты всегда можешь поговорить со мной об этом.

      — Я знаю, Пейсли. Спасибо, что заглянула. Поверь, со мной все в порядке. Моя поганая семейка подвергла вас всех опасности. Это беспокоит меня больше, чем их предательство.

      — Кай, это же не твоя вина. Ты ведь знаешь это, правда? И не они твоя семья. МЫ.

      Кай одаривает меня полуулыбкой.

— Да, кажется, я застрял с тобой на некоторое время. Какая жалость.

      — Одевайтесь и спускайтесь со мной, мистер Хмурость. У меня есть несколько тем для разговора с вами.

      — О, какая радость.

      — Хватит придуриваться, друг мой. Это в твоих интересах, чтобы я всегда была на твоей стороне.

      — И почему же?

      Мы выходим из его комнаты и направляемся в гостиную.

      — Я определенно понадоблюсь тебе, чтобы вернуть малышку. И при этом сохранить свои яйца. Ведь рано или поздно, но тебе придется идти с этим к Бёрку. Будь мужчиной, скажи ему, что любишь Тиган и не успокоишься, пока она не будет с тобой.

Сев на диван, я скрещиваю ноги и натягиваю на колени плед.

      Кай разваливается напротив меня в шезлонге, и мы устраиваемся поудобнее.

      — В этом доме я теперь твой единственный союзник. И впереди у нас очень много работы.

      — Я люблю Тиган больше всего на свете. Уже дважды в течение всего происходящего дерьма я думал, что навсегда потерял ее. Мне не нужно напоминать, что у меня остались неразрешенные дела, — уверенность в своих словах ясно читается на его лице. — Бёрк теперь, скорее всего, ненавидит меня. Но после того, как я пережил реальную возможность этой потери, я больше не могу бороться со своими к ней чувствами. И, если честно, никогда не мог. Бёрку предстоит придумать, как с этим справиться. Мое сердце принадлежит Тиган. Я не успокоюсь, пока она не поправится, и мы не будем вместе.

      — Отлично. У меня даже появилась надежда, что ты не совсем конченный болван.

      Кай весело улыбается мне.

      — Не бойся, Бёрк смирится с этим.

      — А я вот не уверен.

      — Вот увидишь, так все и будет. Ты приступишь к тому, что сказал о Тиган, а я займусь Бёрком. Но сначала ты должен пойти к нему и все объяснить. Пусть он увидит целиком всю картину и поймет, что ты ее любишь. Убеди его, что лучше тебя для своей сестры он никого не найдет.

      — Звучит, как верный способ схлопотать еще парочку нокаутов от Бёрка.

      — Возможно, ты и прав. Но рано или поздно он прекратит размахивать кулаками. Ему придется смириться, как только он увидит, что его методы не работают. Кроме того, я могу быть очень убедительной, когда захочу. Я помогу тебе завоевать его расположение.

      — Ты собираешься трахнуть его, чтобы он смог это принять?

      Я бросаю ближайшую подушку, целясь ему в голову. Кай не успевает увернуться, и подушка попадает ему прямо в лицо.

      — Не будь таким кретином, — из моей груди вырывается язвительный смешок. — Но если понадобиться, то я это сделаю.

      — Я уверен, что это будет настоящая жертва с твоей стороны.

      — Теперь мы семья. И я сделаю все, что угодно, для тебя и Тиган. Даже если это означает весь день страдать от множественных оргазмов и стать гребаной акробаткой, чтобы Бёрк смог реализовать все свои самые буйные фантазии. Даже те, о которых он и мечтать не смел.

      — Ладно, я и так слишком много услышал. Не желаю представлять ваши акробатические этюды. Извини, но мне теперь придется промывать глаза отбеливателем.

      — Заткнись, — я бросаю в него еще одну подушку, но эта пролетает мимо. — А если серьезно, то я на твоей стороне. Вместе мы обязательно сможем его переубедить. Все будет хорошо.

      — Надеюсь, у тебя есть волшебная вагина. Думаю, вскоре она нам понадобится.

      — Все будет хорошо.

Глава 35

Бёрк

      Тела. Много тел.

Вот они все передо мной. Лежат на земле. Искалеченные. И в загробной жизни каждого из них ожидает вечное неупокоение. Эти трупы не заслуживают достойного погребения. И уж точно не будут покоиться с миром.

Воздух на складе пропитан кровью и смертью.

Здесь сейчас слишком много лишенных жизни тел. Все они прежде работали на Джея, а сейчас лежат у моих ног. Каллен заканчивает приготовление кислотной смеси, которая разгребет весь этот бардак. Трупов слишком много, чтобы просто сбросить их в залив.

      Я бросаю последний взгляд на труп Джея.

      — Все готово, — сообщает Каллен.

      — Хорошо, давай займемся ими.

      Каллен, как хороший фокусник, каким-то чудодейственным образом буквально за несколько часов неизвестно откуда достал гигантскую бочку с маслом и серной кислотой. Но я не собираюсь беспокоить его своими дурацкими вопросами. А впрочем, даже не хочу знать, как ему это удалось.

      Мы осторожно помещаем тела, одно за другим, в смертоносную жидкость. Джея же я оставляю напоследок. И когда его тело присоединяется к остальным, то с улыбкой на лице и с облегчением в душе говорю ему прощальное «скатертью дорога».

Наконец-то все действительно закончено.

      «Да пошел ты, Джей, со своими гребаными играми. Зря ты с нами связался!»

      — Пошли, здесь больше нельзя оставаться. Даже один дым может убить нас, — говорит мне Каллен.

      — Ты слишком много знаешь о том, как избавляться от трупов.

      — Ну да, конечно... — он слегка пожимает плечами. — Я удивлен, что Кай не пришел. Думал, он захочет проститься с Джеем.

      — Нам с Каем прежде нужно кое-что решить меж собой.

      Мы выходим со склада, и чистый, освежающий воздух заполняет мои легкие. Сделав глубокий вдох, я закрываю за собой двери и запираю их новым кодом.

      — Это все из-за твоей сестры, да?

      — Да.

      — Это конечно не мое дело, но тебе лучше оставить их в покое. Пока я на вас работал, то много чего увидел. У вас троих есть та связь, которой большинству людей за всю их жизнь не посчастливится познать. Чего бы они ни натворили без твоего ведома, поверь, они точно не хотели причинить тебе боль. Не позволяй своему гневу все испортить.

      Я не боюсь, если мне причинят боль. Я беспокоюсь лишь о том, что в конечном счете может пострадать Тиган. А потом мне придется убить Кая за то, что он виноват в ее страданиях. Она и так слишком много пережила.

— Ладно. Похоже, эта процедура займет еще некоторое время. Даже с кислотой не так-то просто полностью избавиться от такого количества тел. Я буду периодически проверять, как идут дела. А в ближайшие два дня все здесь приберу. Если кто-нибудь из вас все же решит сюда заглянуть, то сначала убедитесь, что вы не задержитесь в помещении надолго, — говорит Каллен.

      — А ты, приятель, останешься в городе?