Его шепот успокоил мою тревогу, но мое сердце колотилось. Оно забилось только быстрее. Словно мало было переживаний, его губы на моем ухе послали покалывание по шее и спине.

— Почему та женщина так долго зовет Дариуса? — осведомился агент Харрис.

— Летиция вот-вот вернется. Уверен, — холодно ответил Жирар. — Я могу с чем-нибудь еще помочь?

Эзра резко повернулся, посмотрел на пустое место под столом.

Агент Харрис кашлянул.

— Я расследую еще одно дело.

Эзра смотрел на точку рядом со мной. Поймав мой взгляд, он прижал палец к губам. Я знала, что нужно было молчать. Мне не нужно было напоминать…

Мужчина появился рядом со мной.

Я так вздрогнула, что упала, но Эзра поймал меня за локоть, я не успела врезаться в ножку стола. Я потрясенно открыла рот. Дариус пригибался рядом с нами под столом, приподняв выразительные брови. Что такое? Он появился из воздуха! Каким мификом он был?

— У нас есть вызов, — продолжил агент Харрис, не замечая, что под столом людей стало больше, — и возможные обвинения в использовании незаконного артефакта на человеке. Подозревается Патриция Эриксон, но мы подозреваем, что это ненастоящее имя.

Ох, блин. Это была я.

— У вас есть члены гильдии с рыжими волосами? — спросил агент Харрис у Жирара.

Миг тишины.

— Рыжий тут, — сообщил Аарон. — Но меня уже вызвали.

— Женщина с рыжими волосами, — раздраженно исправил агент Харрис. — Мы допросим вас с Каем Ямадой подробно о вашей сообщнице, Патриции Эриксон.

Ох, блин.

Агент Харрис нетерпеливо двигал ногами.

— И мы обсудим, как эта женщина связана с плутом по кличке Призрак. Риверы настаивают, что женщина угрожала, что работает на него.

Я прижала ладони к лицу. Ну почему я не держала рот на замке? Допрашивая Риверов, я не подумала, что они опишут все мои слова и действия МагиПолу.

Дариус потянулся надо мной и коснулся плеча Эзры, а потом указал на ноги Аарона. Эзра постучал Аарона по колену.

— Можете поберечь вопросы до официального допроса, — твердо прервал его Жирар. — Похоже, Дариус отправился домой. Почему бы вам не вернуться в более подходящее время?

Жирар говорил, а Аарон вытащил ключи от машины из кармана и передал их Эзре. Крепко сжимая их, чтобы они не звякнули, он сунул их в карман.

— Вообще-то, — ответил агент Харрис, — мы осмотрим здание перед тем, как уйдем. Тут бумаги.

Кай рядом с Аароном показал три пальца под столом, загнул один. Он считал? Три, два, один…

Он отодвинул стул и встал.

— Это бред! — громко заявил он, звуча пьяно. — С чего вы заявились сюда и портите нашу ночь?

Я подавила оханье. Кай не был из тех, кто мог вспылить, и он не был так пьян, чтобы так звучать.

— Успокойся… — начал Жирар.

Кай ударил ладонями по столу, и стаканы загремели.

— Чушь! Кем он себя возомнил? Он даже не следует процедуре! Это угроза, вот что…

— Замолчи! — закричал Аарон, вскакивая на ноги. Он пьяно пошатнулся. — Ты только делаешь все хуже!

Дариус взял меня за локоть, отвлекая, и я пропустила ответ Кая. Два мага кричали друг на друга, а глава гильдии толкнул меня к бреши между стульев. Паника вспыхнула во мне, но я не сопротивлялась ему. Дариус знал, что крики не помешают агентам заметить нас.

Я выползла, Дариус — следом. В двух футах от нас Кай и Аарон кричали, пока Жирар пытался разнять их. Харрис и женщина смотрели на них с раздражением.

Никто не взглянул в нашу сторону.

Эзра появился из укрытия последним. С ладонями на моих плечах Дариус направлял меня между столиков. Никто не замечал нас. Мы обогнули стойку бара, Дариус указал мне нырнуть под двери, ведущие на кухню. Я проползла в брешь под ними, вскочила на другой стороне.

Дариус забрался следом, а потом и Эзра. Вместе мы поспешили по пустой кухне. Дариус открыл заднюю дверь, и я ощутила жаркий ночной воздух.

Эзра выдохнул.

— Это было весело.

Я смотрела то на него, то на Дариуса.

— Как нас никто не заметил?

Дариус подмигнул.

— Секреты ремесла, милая.

Мой рот раскрылся. Милая?

— Он — луминамаг, — сказал Эзра. — Скрытие — его главная сила.

Дариус нахмурился, словно Эзра испортил его игру, а потом взглянул на дверь.

— Мне пора появиться для дорогого агента Харриса. А вы уходите, — он опустил ладонь на мое плечо и нежно сжал. — Пока что, Тори, у тебя отпуск. Мы свяжемся, когда страсти утихнут.

— Но…

— Отвези ее домой, Эзра. И тебе тоже лучше не показываться на глаза.

— Да, сэр.

Дариус прошел по кухне, а Эзра взял меня за руку и потащил по маленькой парковке к красной спортивной машине Аарона. Он вытащил ключи и подбросил их на ладони, а потом спросил:

— Ты же водишь? Я стараюсь не водить. Только в экстренных случаях.

— Это не считается? — я с неохотой взяла у него ключи. — Понадеемся, что я еще что-то помню.

Мы забрались в машину. Я поправила зеркала, отчасти ожидая, что агенты вырвутся из дверей, а потом выбралась из парковки и попала на дорогу к другим машинам. Это ощущалось странно. Я не водила год, и моя машина была старинной развалиной по сравнению с этим старым, но быстрым автомобилем.

Но я хотя бы не имела дело с Аароном в гильдии. Он выпил столько виски, что ему пришлось бы идти домой пешком.

Трехэтажное здание пропало позади, и я пыталась подавить дрожь страха в животе. Забавно, что мои руки дрожали не от обвинений МП.

— Все кончено, да? — прошептала я.

Эзра повернулся, чтобы видеть меня хорошим глазом.

— Что кончено?

— Все, — я сглотнула с болью. — МП узнали обо мне. Дариусу придется меня уволить, и мне не разрешат вернуться…

Я с первого дня знала, что работала в гильдии временно. МП не позволяли людям и гильдиям смешиваться, кроме особых обстоятельств, но «Ворона и молот» под эти критерии не походила. Я должна была проработать несколько недель, но время растянулось в месяцы, и я научилась не думать о будущем.

— Нет, — резко сказал Эзра. — Дариус не сдастся так просто. Он будет бороться, чтобы оставить тебя, Тори.

— Но что он может? Он не может нарушать правила.

— Не знаю, но Дариус поймет. Верь в него, — он легонько задел мое плечо. — Даже если ты потеряешь работу, ты не потеряешь нас.

Я сжала руль крепче, сердце болело, грозя разбиться. Я хотела верить ему, но испытывала такое много раз. Как бы я ни дружила с коллегами и клиентами, как только я теряла работу, лишалась этой связи, дружба угасала за недели.

Эзра разглядывал мой профиль, а потом отклонился.

— МП знают только, что рыжеволосая женщина по имени Патриция Эриксон участвовала в одном допросе. Мы придумаем объяснение, которое отправит их искать Патрицию где-нибудь еще.

— Например?

— У Кая есть пара идей, — от моего удивленного взгляда он добавил. — Мы ожидали такое. Потому я тоже ушел. Дариус не хочет, чтобы нас забрали. От этого переговоры становятся сложнее.

Я подъехала к обочине у своего дома и поняла, что это было не лучшей идеей.

— О! Мне стоило сначала отвезти тебя?

— Нет, все хорошо. Я могу теперь ехать, дальше улицы тихие.

Оставив ключи в зажигании, я выбралась из машины.

— Нам придется снова удалить историю контактов, — предупредил он, встретив меня у капота. — МагиПол любят внезапно проверять телефоны.

— Да. Конечно.

— Мы сообщим тебе, как только станет безопасно. Надеюсь, скоро.

— Хорошо.

— Тори, — он вздохнул.

Он шагнул ближе и обнял меня. Я уткнулась лицом в его футболку. Он прекрасно пах. Его мыло или одеколон стоили потраченных денег.

— Это временно, обещаю, — его голос гудел в груди. Он отпустил меня слишком скоро. — Мне нужно идти. Ты будешь в порядке?

— Скорее всего, — бодро сказала я.

Он разглядывал мое лицо, и я сомневалась, что мой веселый тон обманул его. Я на всякий случай удерживала улыбку, пока он садился в машину. Двигатель зарычал, и Эзра, помахав на прощание в окно, уехал. Я смотрела, пока фары не пропали за углом.

Что бы он ни сказал, что бы ни обещал, а мое сердце верило, что это были наши последние объятия. Этой ночью я в последний раз пошутила с Каем, хоть и только взглядом. Этой ночью был мой последний поцелуй с Аароном, быстрый, над стойкой бара, пока никто не смотрел.

Карта Сабрины возникла перед глазами. Шут, слепо ступающий с утеса. Предупреждение, ясное, но запоздавшее.

Я стояла одна на обочине, смотрела туда, где пропала машина, и желала, чтобы этот волшебный сон продлился дольше.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Волна воздуха из кондиционера ударила по мне, когда я прошла в кофейню. Я встала в очередь и наблюдала за баристами с интересом. Хм, бариста. Так я еще не работала, но могла научиться. Ребята три дня не звонили мне, и я подумывала пойти на отчаянные меры. Мне нужно было платить за квартиру.

С латте со льдом и клюквенным кексом в руке я прошла к месту у окна. Рассеянно глядя на прохожих снаружи, я ела кекс и ждала.

Дверь звякнула, и вошел мужчина, темно-синяя форма и пистолет на поясе привлекли взгляды всех посетителей. Я помахала, он кивнул и встал в очередь. Через минуту он опустился на стул рядом со мной и развернул большой кусок бананового пирога.

Я ткнула его локтем.

— Хоть поздоровайся, а потом набивай рот.

— Пви-е-ет, — сказал он с полным ртом. Он поспешил сглотнуть. Казалось, он бросал вызов. — Прости. Я еще не обедал.

— Как смена?

Его плечи опустились, и я ощутила тревогу. Джастин был не просто копом. Он был моим старшим братом, и то, что печалило его, печалило меня.

— Я не получил повышение, — пробормотал он. — Они выбрали кого-то еще.

— Мерзавцы, — прорычала я, опуская латте. — Как они могли не выбрать тебя? Ты закончил академию в числе лучших, пашешь как собака, берешься за все смены, которые они тебе дают, какими бы гадкими…

— Спасибо, Тори, — перебил он с вялой улыбкой, зная, что я разойдусь еще сильнее, если меня не остановить. — Придется целиться на следующее.

Я рвала салфетку от кекса.

— Почему они так вредничают? Ты знаешь?

Гримаса, почти скрытая за его короткой бородой, окружающей его рот.

— Думаю, я задавал слишком много вопросов.

— Вопросов? О чем?

— Об… особых правилах. О том, что я не знал, пока не присоединился к органам, — он огляделся, вдруг напрягся. — Я не могу об этом говорить. Я подписывал бумаги.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: