— Еще бы. Это означает, что мне лучше седлаться — как и тебе, Сара. Может быть, какую-то часть пути проскачем вместе?

Да, так будет правильно.

Дэйн видел, как Сандерленд отсутствующе похлопал Сару по плечу. Его мысли были за тысячи километров отсюда. Он знает, что она все равно уедет и что он будет беспрестанно о ней волноваться. Да. Основание для этого имеется. Мне самому не слишком нравится ее отъезд. Дэйн надеялся, что она окажется способной ученицей и всему быстро научится — Азия не переносит дураков и не прощает ошибок. Ей придется привыкать к многому. Может быть, он чем-то сможет помочь.

— Сара, послушай, — сказал он наконец, — лети-ка ты со мной. По пути поговорим, чтобы очутившись на месте, ты не стала игрушкой в руках судьбы. И, кроме того, — он ухмыльнулся, — мне до зарезу нужен партнер по шахматам в самолете.

Сара положила руку на плечо отца.

— Не волнуйся. Со мной все будет в порядке..

Сандерленд кивнул и повернулся к Дэйну. В его глазах стоял страх.

После краткого разговора за завтраком с Ланже, Дэйн вышел в холл гостиницы «Полуостров» и купил номер «Южнокитайских Утренних Новостей». Вьетнам пристально наблюдал за появлением американской морской пехоты. Другие страны намеревались — если понадобится — послать в Да Нанг свои войска. В углу Дайн обнаружил небольшую заметочку, что полицейские арестовали нескольких монахов Коо Дай в Тай Нине, что на севере Вьетнама. Аналитический обзор повествовал о скорой кончине инфраструктуры Вьетконга, теперь, когда Соединенные Штаты заверили Южный Вьетнам в том, что будут ему помогать.

Сунув газету под мышку, Дэйн подошел к стойке и взял телеграфный бланк. Написал:

«ВОЗМОЖНОСТЬ РАСШИРЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ. ВЫ И ВАШИ ОРГАНИЗАТОРСКИЕ И ВЕРБОВОЧНЫЕ ТАЛАНТЫ МОГУТ ПОНАДОБИТЬСЯ ЕСЛИ СДЕЛКА СОСТОИТСЯ, ПОЙДЕТЕ ЛИ ВЫ НА ТО. ЧТОБЫ ПРИНЯТЬ НА СЕБЯ КОМАНДОВАНИЕ? ОТВЕТЬТЕ НЕ ОТКЛАДЫВАЯ В ДОЛГИЙ ЯЩИК. ГОСТИНИЦА «ПОЛУОСТРОВ».

Дэйн подписался и, написав последний известный ему адрес подполковника Уилльяма Эштона — Биконсфилд, Бэкингемшир, Англия, отдал телеграмму, пошел наверх к номеру Сары, постучал и вошел.

Она была в спальне. Дэйн кинул газету па стол, вошел в комнату и взглянул на нее. Сара лежала без одежды на огромной постели, и Крутящиеся под потолком лопасти вентилятора овевали ее тело прохладой. Сквозь полуприкрытые глаза она наблюдала за Дэйном.

— Ложись-ка рядом, — сказала она.

Он кинул одежду на стул и лег на постель, радуясь прохладному воздуху. Они лежали не касаясь друг друга, наслаждаясь тишиной и прохладой. Через какое-то время Сара, не поворачивая головы, заговорила:

— Знаешь, а я завтра уезжаю. Похоже, что и ты тоже.

— Вполне возможный вариант.

— Хочешь расскажу тебе сон? О том, что с нами происходит?

— Хочу.

— Я снова маленькая, в каком-то парке, а, может, в лесу возле Уаймеа, в общем, где полно зелени и много открытых пространств. Солнце светит ярко, очень жарко, и я бегу к деревьям в поисках тени.

— И?

— Какие-то люди выходят из-за деревьев и хватают меня. Начинают меня избивать. Я знаю только, что это азиаты. Они избивают меня до такого состояния, что я не могу идти, а затем снова скрываются за деревьями. Я поднимаюсь и пытаюсь бежать, но все тело ломит и болит. Я все время падаю на землю, кричу, чтобы хотя бы кто-нибудь помог. Но никого в округе нет. Я в ужасе. Мое платье — я его запомнила, это платье мне купила на выпускной вечер мама, белое, с голубыми оборками, очень старомодное и… просто прелесть что за платье — так вот оно все покрыто кровью.

— Это лишь сон, Сара.

— Это еще не все. Когда я попыталась в очередной раз встать, азиаты снова появились, и я начала кричать; Тут они развернулись и побежали прочь, а я посмотрела через плечо, стараясь увидеть, что именно их напугало. И то, что я увидела, меня по-настоящему испугало, но не так как с этими… в общем, по-другому. — Она села на кровати, обняла колени руками и положила на них голову. Дэйн лежал совсем тихо, не шевелясь и чувствовал, как учащенно колотится его пульс.

— Я увидела, — продолжала Сара, — мужчину. У него была темная кожа, и в вытянутой в сторону убегающих азиатов руке он держал Какой-то предмет. Знаешь, Дэйн, мне показалось, что он держал тот самый амулет, который носишь ты. И мне показалось, что человек этот — индеец.

Дэйн сел.

— Таводи, — прошептал он.

— Да, — согласилась женщина, — похоже, что это был именно он. С того самого Дня, как мы встретились, я, кажется, по-настоящему напугана. Я просто не знаю, как ко всему этому Относиться. В бредни о сверхъестественном я не верю. Но подобные сны мне не по вкусу — ничего подобного со мной ещё не происходило.

Дэйн схватил ее в объятья и крепко прижал к груди.

— Это сон, — сказал он тихо. — Всего лишь сон, каких бывают сотни. Ты просто напугана, и это понятно: Вьетнам не располагает к расслаблению. Мои рассказы о Таводи и его способностях укоренились в твоем мозгу и вот… Это сон, милая, всего лишь сон.

На шее Дэйн почувствовал горечь ее слез. Словно кожу поливали морской водой…

Ланже сидел на террасе гостиницы «Рипалс Бэй» рядом с Дэйном и внимательно наблюдал за входом в обеденный зал.

— Вот они, — сказал француз.

Дэйн наблюдал за тем, как они подходят к их столику: Кинок — более высокий, чем остальные, как его описал Ланже; Шоу — выглядевший здесь совершенно не на месте, идущий в «форватере» Киннана, как рыба-лоцман за акулой. Оба носили костюмы, сшитые явно не для тропического климата, без галстуков. Когда они подошли совсем близко, Киннан огляделся, словно бы любуясь открывающимся с террасы великолепным видом, но, как видел па самом деле Дэйн, он проверял, кто сидит за ближайшим столиком. Дэйн специально выбрал такой столик, где бы их разговору не смогли бы помешать, и Киннан, похоже, был удовлетворен этим выбором.

Дэйн почувствовал, как напрягся его мозг, и вслед за этим взвинченность от острого любопытства.

Они поднялись, пожали обоим мужчинам руки, и Ланже представил их друг другу. Высокий потянул себя за мочку уха, сел напротив Дэйна и принялся говорить спокойным размеренным голосом.

— Как я понял, мистер Дэйн, у вас есть организация, или, по крайней мере, что-то типа таковой, которая выполняет различные задания в этой части света.

— Различные задания очень подходящее и деликатное обозначение того, чем мы занимаемся, — кивнул Дэйн. — Мы — наемники. Что бы вы хотели от нас, как скоро вы требуете выполнения и сколько собираетесь заплатить?

Киннан откинулся на спинку стула и улыбнулся.

— Единственное, что осталось «за кадром» в вашем опросном листе, это на кого вы все будете работать?

— Судя по вашему акценту, не на мексиканцев и не на египтян. Думаю, что всем понятно, кто вы и откуда. Зачем же «ваньку валять»?

Киннан поерзал на стуле и взглянул на Шоу, который со времени его представления Дэйну не проронил ни слова и, похоже, не собирался этого делать.

— Мы — я имею в виду Америку — по уши завязли в этом районе, но, к сожалению, не обладаем

Достаточным количеством экспертов. Ума, чтобы это признать, у нас хватает. Сейчас у нас есть первостепенные задачи, объединяющие штабную работу, профессиональную полевую подготовку и командование идущими в бой войсками. Мне показалось, что единственным выходом из создавшейся чрезвычайной ситуации было бы купить нужных экспертов в этом деле и поставить его на поточную линию. Вы согласны?

— По крайней мере, — хмыкнул Дэйн, — смелости признать это у вас хватило.

— В чем вы видите основную проблему? — спросил Киннан.

— Основнейшая из всех — прямо и честно сказать мне, чего же от меня хотите все вы.

Застав всех врасплох, Шоу прокашлялся.

— Мы хотим, чтобы вы организовали из лаосских крестьян эффективные военные формирования, создали с юга и севера Горшковой Равнины базы и отвлекали бы круглые сутки внимание Патет Дао. К тому же нам нужно, чтобы вы обнаружили пути снабжения Вьетконга продовольствием и оружием в Лаосе и мгновенно перерезали бы их. Это нам необходимо по политическим мотивам, потому что в Лаос американские войска войти не могут.