Когда стало очевидно, что Томоко отчаянно сопротивлялась, подозрения комиссара несколько ослабли — никаких следов борьбы в одежде и облике Адзисава не имелось. Ему позволили вернуться домой. Найденный на земле баклажан Адзисава никому не показал.

Дома его ждала Ёрико, так и не ложившаяся в постель.

— Что с тетей Томоко? — взволнованно спросила она. Ее маленькое тельце колотила нервная дрожь. Адзисава не мог сказать ей всей правды. Рано или поздно она узнает о гибели Томоко, но пока надо было уложить ребенка спать.

— Она немножко ранена, ее увезли в больницу. Ничего страшного, спи спокойно, — с тяжелым сердцем солгал он. Но в круглых внимательных глазах Ёрико было понимание. Она, несомненно, поняла, что он говорит неправду, но не хотела мучить его расспросами.

Уложив девочку, Адзисава достал из кармана баклажан и принялся его рассматривать. Зачем преступник таскал его с собой, если, конечно, баклажан принес преступник?

Взгляд Адзисава замер. На лиловой кожице он разглядел пятнышко крови. Потер пальцем — действительно, кровь, хотя и успевшая засохнуть,

И тогда Адзисава все понял. Преступник специально принес с собой баклажан, чтобы надругаться над девушкой! Поистине, оскорбленный дух зверски убитой Томоко помог Адзисава найти в темноте эту улику, с помощью которой, быть может, удастся разыскать негодяя, глумившегося над ее телом. Адзисава почувствовал, что его всего трясет от ненависти. Вся надежда на этот баклажан. С его помощью Томоко безмолвно подсказывает своему возлюбленному, как найти убийцу. Но где, где его искать?!

По виду — самый обычный баклажан. Только, пожалуй, менее глянцевый, чем обычно. И еще непривычно то, что темно-лиловый он только с одной стороны, а с другой окраска гораздо светлее. Словно его нарочно подставляли солнцу только одним боком.

Должно быть, баклажан вырос в месте, куда попадает не так уж много солнечных лучей. Это все, что мог вынести Адзисава из осмотра единственной улики. Пожалуй, если обратиться к специалисту, удастся выяснить что-нибудь еще.

Адзисава решил немного поспать — ему предстоит тяжелый день. В комнату уже проникал свет, издалека доносилось петушиное кукареканье.

К осмотру места убийства выездная группа приступила только в 8.30 утра. Снова вызвали Адзисава как первого, кто обнаружил труп. Отсюда до его дома было метров триста, до дороги — тридцать. Убитая защищалась до последнего — трава кругом была вытоптана, ветки соседних кустов обломаны. Следов было множество.

— Это вы тут натоптали, — обрушился на свидетеля комиссар. — Как теперь прикажете искать?

— Я не топтал. Увидев тело, я почти не двигался с места.

— Ладно. Так или иначе, здесь орудовал не один человек.

— Сколько их было?

— Пока не могу сказать. Но явно не один, — ответил Такэмура и, спохватившись, что сболтнул лишнее, отрезал: — Мне еще нужно будет многое у вас выяснить. Встаньте вон там, в сторонке, и не мешайте нам.

Результаты осмотра места преступления были следующими.

Положение тела: головой к северо-востоку: лицо повернуто вправо и прижато щекой к камню: туловище немного развернуто влево; правая рука согнута в локте, ладонь обращена кверху, пальцы скрючены, словно пытаются за что-то ухватиться; левая рука вытянута вниз, ноги расставлены неестественно широко и согнуты в коленях. Блузка и юбка разодраны. Лицо посинело, глаза закрыты. Белки под веками налиты кровью. На шее с двух сторон следы пальцев и ногтей: справа — отчетливо виден отпечаток большого пальца сверху и четырех снизу, слева — четырех сверху и большого снизу. Очевидно, убийца задушил Томоко Оти двумя руками, причем левая была выше.

Начальник уголовного розыска подозвал Адзисава:

— Покажите руки, пожалуйста.

Адзисава сразу понял смысл этой просьбы. По следам пальцев на шее убитой можно определить величину рук и примерный рост преступника.

— Вы еще подозреваете меня?

— Не тратьте время на препирательства, если хотите помочь следствию.

— Но вы обращаетесь со мной как с преступником!

— Обычная проверка, ничего особенного. Чтобы отделить следы пальцев и ног преступника от ваших, нам надо знать, что здесь ваше, а что его.

Комиссар был настойчив, и Адзисава позволил эксперту обмерить его руки. К счастью, они оказались гораздо больше, чем руки убийцы.

— Представляю, что было бы, если бы размеры совпали, — съязвил Адзисава.

— Рано радуетесь. Подозрение с вас ещё не снято полностью. Преступник действовал не один.

— Да бросьте вы. Смерть Томоко-сан для меня — страшное горе. Вы все пытаетесь меня преступником выставить и никак не можете уразуметь, что я торчу тут вовсе не для того, чтобы давать свидетельские показания.

— А для чего же, любопытно узнать?

В глазах комиссара мелькнула тень беспокойства.

— Присматриваюсь к вам.

— В каком смысле?

— А в таком. Хочу понять, на чьей вы стороне — убитой или убийц.

— Что-о?! — вспыхнул Такэмура.

— Томоко-сан — журналистка. Она расследовала одно важное дело. Преступники боялись ее разоблачений и решили заткнуть ей рот таким мерзким способом. Это не просто изнасилование и убийство, за этим стоят могучие силы. Хотелось бы, чтобы действия полиции не зависели от этих самых сил.

— Вы хотите сказать, что мы действуем по чьей-то указке?!

— Очень хотел бы верить, что это не так.

— И что же это за «могучие силы»? — побагровел Такэмура.

— Если я назову их, следующей жертвой стану сам.

— Если трусите, нечего языком зря болтать! — рявкнул комиссар, но развивать опасную тему не стал. Похоже, слова Адзисава задели его за живое.

Вскрытие и осмотр тела Томоко Оти были произведены в городской больнице. Выводы медицинской экспертизы гласили:

«1. Причина смерти: удушение.

2. Вид смерти: насильственная смерть (убийство).

3. Предполагаемое время смерти: от 2 до 3 часов 3 сентября.

4. Наличие следов изнасилования: травмы девственной плевы и мягких тканей; кровоподтеки на внутренних сторонах бедер. Не вызывает сомнения факт группового изнасилования с участием по меньшей мере двоих человек. Определение группы крови преступников не представляется возможным.

5. Группа крови убитой: О.

6. Прочие данные: под ногтями среднего и указательного пальцев жертвы обнаружены частицы кожи (группа крови В)».

Результаты экспертизы полностью исключили возможность участия Адзисава в нападении, и полиция оставила его в покое. Он был уверен, что убийство вызвано расследованием аферы в низине Каппа.

Противник раскрыл тщательно спланированный заговор и нанес упреждающий удар, считал Адзисава. А групповое изнасилование Томоко — это месть лично ему,

Если так, он знает, кто убийцы. Семейство Ооба. Непосредственные исполнители, конечно, головорезы из банды Накато, но подлинные убийцы — члены клана Ооба.

Разоблачение махинаций с земельными участками имело бы эффект, только если бы оно прозвучало со страниц газет. Ведь прямых доказательств нет. Показания Косабуро Тоёхара — не в счет, да и потом, вдова его сына вполне официально продала свою землю компании, за которой стоит организация Накато.

«Что же такое хотела Томоко мне сообщить?» — мучительно думал Адзисава и решил встретиться с тем человеком из «Вестника Хасиро», о котором Томоко говорила, что он старый соратник ее отца. Но в редакции ответили, что Уракава на работу не ходит. Адзисава так и не понял, то ли заболел редактор отдела местной хроники, то ли у него свободный день. Тогда, выяснив домашний адрес Уракава, Адзисава нанес ему визит. Редактор выглядел усталым и разбитым.

— A-а, так это вы — господин Адзисава, — сказал он. — Наслышан о. вас от Томоко-сан.

— Да, мы работали с ней вместе. А теперь, когда с ней так по-зверски расправились, я хочу отыскать этих мерзавцев. Судя по всему, на нее напали после того, как она ушла из редакции. Но по дороге, очевидно, произошло нечто непредвиденное, потому что она пошла не домой, а ко мне.