Поздний гость. Стихотворения и поэмы - Корвин-Пиотровский Владимир Львович 📖 Читаем онлайн книгу ❗ бесплатно. Страница 63

Мы знаем Гингера и Блока,

На книжной полке у меня

Литературная родня

Без пятнышка и без порока, —

Шекспир, Набоков, Гуль, Платон,

В. Сирин, Слоним и Мильтон…

Здесь три спасительные точки

Отводят вовремя беду…

Вновь под вагоном на ходу

Постукивают молоточки,

И в мой полуреальный мир

Случайный входит пассажир.

Веревкой накрест перевязан

Его уродливый пакет,

Он ищет места, места нет, —

Никто, конечно, не обязан, —

И, щуря виноватый взор,

Он ускользает в коридор.

Одно мгновенье! Так знакома

Его седая голова —

Заглохший сад, роса, трава

И призрак чеховского дома —

Возможно ль? Дачная мечта,

Рассказ в печатных пол-листа —

Увы, литературным вздором

Я безнадежно начинен, —

Но если вдруг посмотрит он

Таким же близоруким взором,

Но если — И дрожит слегка

Стекло от встречного свистка.

О чем я, впрочем? На диване

Лирически храпит сосед,

На задней выпуклости плед

Пристал в обтяжку; там, в кармане,

Бумажник холмиком торчит,

И пес его ворчит, ворчит —

Опять не то. Прогулка, что ли?

Затеял Кук — теперь изволь —

Стреляет головная боль,

И стонешь, стонешь поневоле —

За дверью, в шляпе набекрень

Тиролец с перышком — Мигрень

Всё неотвязней, всё жесточе —

Я медленно тону в песках

С холодным трупом на руках

Под небом европейской ночи.

Мрак безголосый, тишина,

В альпийском озере луна.

Дремотно пробегают ели

В картонной прелести своей,

Стремительный воздушный змей

(Иль просто облако) без цели

Скользит в воздушной вышине, —

Мир, зачарованный вдвойне.

Мой милый мальчик дремлет тоже,

Он ровно дышит. Иногда

В окне с черемухой звезда

Плывут в обнимку — Боже, Боже!

И мячик розовый в углу

Змеей свернулся на полу —

ПОРАЖЕНИЕ

Вместо вступления

Задворками разбитых дач

Коней вторые сутки мучим, —

За мной вихрастый штаб-трубач

Качается в седле скрипучем.

Какая скучная война, —

На фронте ни врага, ни друга.

И душу гложет мысль одна —

Не слабо ль стянута подпруга.

А солнце южное печет,

Густая пыль забила поры,

В глаза горячий пот течет,

Жмут сапоги, обвисли шпоры —

И вдруг — внезапный поворот,

За ним прудок, покрытый тиной,

Гусиный выводок, и вот —

Русалка с длинной хворостиной.

Цветная кофточка узка,

Но так пленительно прильнула,

А из-под легкого платка

Такая молния блеснула —

Как подтянулся эскадрон!

Как избоченился спесиво,

Как солнцем вылощен красиво

Золотокованный погон.

И, пламенным сверкая оком,

Срывая ногу так и так,

Приплясывая, скачет боком

Мой горбоносый аргамак.

И враз, почти без уговора,

Небрежной удали краса,

Гремят разведческого хора

Подобранные голоса.

И тенор, заливаясь свистом,

Уже ликует вполпьяна

О том, что в поле, поле чистом

Нам рано гибель суждена.

У смертников удел особый —

Жизнь щедро одарила их, —

Ворчит тюремщик узколобый,

Но он лишь тень среди живых.

Здесь все минуты на учете —

Полней живи, полней дыши, —

На смену сгорбленной заботе —

Стремительный полет души.

И вот она с недоуменьем

Глядит с воздушной высоты,

Над временем и над забвеньем,

На всё, чем был когда-то ты.

И узелок твой за плечами

Как птичий голос невесом,

И твой почти не бывший дом

Вдруг весь осветится лучами

Иль свежевымытым окном.

Тогда воскреснувший Пугач

Еще примеривал движенья,

Во тьме невидимый трубач

Трубил надменно пораженья.

Потомки рыцарей стальных

Овчину смирную топтали,

В боях дневных, в боях ночных

Считать героев перестали.

И мы, влюбляясь на ходу,

Привычно кровью истекали,

Мы благосклонную беду

Губами жадными искали.

Но стихотворная сирень

И романтические розы

Подчеркивали скудость прозы

Окрестных сел и деревень, —

В окопы заползала лень.

Перейти на страницу:

Изменить размер шрифта: